- Что? – поднимаю на нее глаза.

- Ксения Геннадьевна, а вы встречаетесь с тем красавчиком, которого к нам приводили? – выстреливает она быстро.

Немного торможу и смотрю на эту дурочку. Захотелось под кобелем полежать?

- Для какой цели интересуешься? Хочешь стать очередной зайкой? Или просто ночку под кобелем провести?

- Ну, как же, он свободен и, я тоже. Может я за него замуж выйду! – заявляет безумная.

- А ну тогда да, конечно. Если согласна делить его с целым зоопарком, тогда вперед! Могу и флаг в жопу засунуть.

- Так бы и сказали, что он вам самой нужен! – обиделась девушка.

- Да кому такой кобель нужен? Он ни одной юбки не пропускает! Ты будешь его в ресторане ждать, а он, в это время отлучившись будет пялить в туалете очередную зайку. Оно тебе надо? – бросаю ей, и прихватив карты иду в ординаторскую, куда собираются мои коллеги. – девчонка сморит на меня округлившимися глазами, я и сама понимаю, что перегнула палку. После извинюсь, сорвалась. Бывает. Да и срывать меня начало только после встречи с этим… козлом!

Меня трясет и всё потому, что мне снова с утра напомнили об этом козле. Ох и закрутила бы я его рога сейчас в дудочку! И машину цветами обложил, как гроб на похоронах. Сволочь! Сжимаю в руках карты, так что трещат пластмассовые папки, это немного меня отрезвляет. Захожу практически последней и сажусь на последний свободный стул. Минут через пять входит заведующий, а с ним какой-то борзый перец. Прищуриваюсь, где-то я этот мандат уже видела. И тут меня осеняет! Так это же депутат, который чешки навострил в мэры нашего города. Вот еще один уёб…к, на наши головы. Скоро ведь выборы, нужно поддержать мандатами этого чувака с подвешенным языком. Будто у нас тут время есть выслушивать его тупые предложения, которые тут же он забудет стоит сесть в кресло мэра.

И пока вещает этот тип, я открываю истории и читаю динамику своих пациентов, это для меня намного важней, чем засыпка парковых дорожек и ремонт крыльца у рынка, куда косяком шлепают наши пенсионеры. Минут через пятнадцать, мандат прощается и уходит, туда ему и дорога, зато приползают его помощницы, ползающие между рядов и вручающие флайеры и листовки с его мордой. Останавливается рядом со мной и пытается всучить, перекрывая мне анализы моего прооперированного мажора.

- Девушка возьмите! И обязательно приходите проголосовать за Дмитрия Артемьева!

- Спасибо, я за козлов не голосую. И уберите ваши бумажки, не фиг трепать ими у меня перед лицом.

- Вы же его совсем не знаете! Почитаете и измените свое мнение. – снова пихает мне несчастные смятые листки. Меня обуревает злость и бешенство.

- А ну свалила нахрен, отсюда! – рычу сквозь зубы, бросая на девку злой взгляд.

Та тут же ретируется, смотря на меня с подозрением. Может подумала, что я от конкурентов? Мои коллеги с удивлением поглядывают на меня, и я понимаю, что никогда еще не срывалась на посторонних людях, да и вообще ни на ком. Закрываю глаза, дышу приводя свое бешенство в уравновешенность. Эмоции еще никого не доводили до добра. Мне нужно остыть. Мило улыбаюсь и смотрю на стену за заведующим, который наконец-то начал планерку и обсуждение пациентов. Стараюсь сосредоточиться на его словах и вникнуть в работу.

- Тебя какая бешеная моль укусила, а Несмирная? – интересуется однокурсник.

- Егор, хочешь пойти следом за той девкой?

- Нет.

- Ну вот и сиди. Молча. – дарю ему оскал и отворачиваюсь.

Парень качает головой, я и сама понимаю, что перегибаю палку, но ничего с собой не могу поделать. После планерки, бегу по палатам, наших пациентов уже развезли из реанимации, и пора проверить их состояние. Постепенно отвлекаюсь и забываю о вчерашнем и утрешнем инциденте, погружаюсь в обследования, анализы, перевязки и операции. Таня меня больше не донимает, воротит нос каждый раз, как только сталкиваемся с ней взглядами. Я даже передумываю перед ней извинятся, буду ещё разные тут от мен нос воротить. В обеденный перерыв звонит телефон, вижу родительский номер и сразу же беру. Неужели что случилось? Мы договаривались, что во время работы они мне не звонят, только если что-то экстренное и срочное. А просто поболтать о делах мы можем и вечером после работы.

- Алё? Мама что-то случилось?

- Не знаю, это ты мне скажи! – ворчит родительница.

- А мне откуда знать? Я же не владею ментальной магией? Мама я вообще-то на работе, и я сегодня на сутках, или говори, что случилось или я пошла работать. – заявляю безапелляционно.

- Мне позвонила Вера Григорьевна из тридцать пятой и говорит, что в нашей квартире происходит что-то странное.

- Чего? – тяну ошарашенно, - Ничего там не может происходить! Я все закрыла на замки, когда уезжала.

- Может доедешь и проверишь? Ты же знаешь эту сплетницу, еще что-нибудь придумает, а потом по всему району разнесет?

- Хорошо, я отпрошусь на часик, но мне придется его отработать, - выдыхаю я.

- Позвони нам потом, хорошо? – успокаивается мать.

- Ладно, мам. Пока.

Знаю я эту старую сплетницу, ее хлебом не корми, дай только о чем-нибудь посплетничать, а ведь и сама эти сплетни придумывает и рассказывает, да еще и с подробностями. Пойду, найду Льва, отпрошусь.

Нахожу заведующего у него в кабинете, он заполняет бумаги и пишет карты.

- Лев Палыч, можно? – заглядываю в кабинет.

- А, Ксения, проходи. У тебя что-то срочное? Снова кому-то в лоб звезданула, да так, что мужик от тебя без ума? Или твой мажор что – то учудил?

- Скажите тоже, Лев Палыч. Я отпросится на часок хотела, соседи позвонили, там у моей квартиры подозрительные личности крутятся, проверить надо бы.

Лев смотрит на часы, заглядывает в расписание, откладывая ручку.

- Хорошо, только возьми с собой кого – нибудь.

- Зачем? – недоумеваю я.

- А если тебе помощь понадобиться? Вдруг что-то серьезное? Мужика возьми с собой, да даже Егора вон.

- Да какой из него мужик? Так название одно. Если что, полицию вызову.

- Ладно, только одна нога там, другая здесь! Пока все спокойно, без тебя справятся.

- Спасибо, Лев Палыч.

- Иди уже, стрекоза. - Выскочила из кабинета и понеслась в ординаторскую, переобую только обувь, некогда мне переодеваться по десять раз. Хватаю сумку и бегу на выход.

Мне уже и самой интересно, что же там такое может происходить? Двери я всегда закрываю на все замки, и проверяю десять раз прежде, чему уйти на работу, тем более на сутки.

На сердце почему-то начинается волнение, странное предчувствие преследует меня всю дорогу. Втапливаю педаль газа в пол, вцепившись в руль мертвой хваткой и лавирую среди машин, приближаясь к дому. Поворачиваю во двор, и уже отсюда вижу грузовик, из которого что-то разгружали у моего подъезда, а рядом на лавочке вся батарея старых сплетниц или местное НКВД, как их любит называть мой отец. Паркуюсь чуть в стороне, потому как ближе подъехать я не могу. Выхожу из машины и спешу к квартире, не успеваю…

Ярослав.

Девчонка убегает, гневно сверкая глазами, и прыгает в такси отшивая меня. Я – то уж надеялся, что у меня всё схвачено. И надо же было ей увидеть, как я заигрываю с Тонькой! Иной раз думаю, что она мне в наказание свалилась, за все мои предыдущие отношения с бабами, которых я кинул и не посмел жениться. Хочется матерится и кому – нибудь врезать, чтобы пар скинуть. И как много она услышала? Хотя судя по поведению малышки достаточно, чтобы быть оскорблённой.

Смотрю вслед отъезжающей машине, и думаю – а может к херам все это послать? Я не мальчик уже, чтобы за девкой бегать, как сосунок какой-то. Что я бабу на ночь не найду что ли? Возвращаюсь в ресторан, настроения заканчивать ужин нет, зато хочется накатить чего покрепче. И компания мне нужна. Достаю телефон и звоню другу.

- Бро, накатить не хочешь? – говорю, едва друг берет трубу.

- Чего вдруг? – слышу ехидный голос этого обормота.