Василиса замерла в ожидании, но, не получив ответа, вернулась к перещелкиванию каналов.

- Побоюсь показаться повторюшкой, - наконец, проговорила она, когда мы в тишине выпили по полчашки кофе. – Но что же ты все-таки планируешь делать?

Я посмотрела вокруг: квартира в собственности у Глеба, хотя часть денег на покупку была моя. Да, и куплена в браке. Скорее всего, какой-то уголок мне здесь положен. А дальше что? Ютиться на кухне, пока они в спальне будут с Полиной детей делать?

Может, опять в «ЮрГрупп» обратиться? Что Ян посоветует?

В любом случае, пока не стоило открываться перед Глебом.

- Буду молчать, - выдавила я с болью.

Снова ублажать мужчину, который спит с другой? Я эти-то дни с трудом выдержала…

- Уверена?

Экран телефона загорелся сообщением.

- Спам, видимо.

Я взяла его и хотела раздраженно смахнуть рекламу, но замерла.

- Вина? – испуганно предложила Василиса.

Глава 6

СВЕТЛАНА

Полина, а теперь я точно знала, что это она, лежала на груди моего спящего мужа и делала селфи.

Я понимала, что ее улыбочка запомнится мне на всю жизнь.

Василиса забрала у меня телефон и вручила торт.

Началась карусель: вино, торт, кофе, вино, торт, кофе…

Василиса тоже на знала, что с этим всем делать. Все предлагаемые ею варианты были очень агрессивными:

- Давай подпалим ее лохмы? Я зажму в лифте, буду держать, а ты – жжжечь! А потом найдем Глеба и ржавыми ножницами отрежем ему хозяйство!

Глаза подруги горели кровожадным блеском.

- А где мы возьмем ржавые ножницы? Ик.

- У Людки-химички… Ик… Она нам их своими формулами дебильными ср..ржавеет…

- Сначала развестись надо, - я сползла с дивана и попыталась добраться до секретера. – А то мне придется потом к нему в больничку ездить, примочки ставить. Не хоочччууу….

Потом мы включили видео с нашей с Глебом свадьбы и рыдали. Снова напугали Тяпу, и тот ушел спать на кухню.

- Даже Тяяяпааа меня бросил! – взвыла я.

- Погодь, - Василиса выставила вперед указательный палец. – Никто тебя пока не бросил. Сейчас вернем твоего песика. И мужа тоже.

- И муужаа! – продолжила выть я.

А потом вдруг наступило утро.

С ним пришли похмелье и боль от предательства. Мы сидели с Василисой на кухне и ели харчо. Я всегда хранила в морозилке замороженный суп. Это отлично спасало, когда замерзаешь на улице. Вот и сейчас пригодилось.

Василиса молчала, я тоже. На душе было гадко и хотелось реветь, но слез почему-то не было.

Если ночью я еще хотела вернуть Глеба, то теперь мне казалось это отвратительной идеей. Зачем он мне такой нужен?

- Можешь пока пожить у меня, - Василиса, словно, услышала мои мысли. – Пока вы будете решать вопрос с квартирой.

- А чего его решать? – вскинулась я. – У Полины есть своя квартира, по всей видимости. Вот пусть он к ней и переезжает.

- Так и скажешь ему? – с тихим подозрением спросила подруга.

- Так и скажу, - я уверенно кивнула. – Даже вещи его соберу. Поможешь?

Василиса кивнула. Мы поели, выпили кофе и начали собирать вещи Глеба.

Конечно, собрать все барахло, которое накопилось за пятнадцать лет, было невозможно. Мы остановились, когда набралось два чемодана и три большие сумки.

- Остальное потом сам заберет, - решила я и пошла провожать подругу.

Все же, дома её ждала нормальная семья, и это нужно было ценить.

А я провела остаток дня за обычной рутиной: готовилась к урокам, смотрела кино, готовила. Когда стирала, все грязные вещи Глеба сложила в пакет, пусть теперь Полина ими занимается.

Казалось, мне станет легче после принятого решения. Сначала так и было, а к вечеру начался мандраж.

Я попыталась отвлечься на кино, но получалось плохо. В голову лезли упаднические мысли и очень хотелось себя жалеть. В итоге, уснула я уже под утро.

***

Меня разбудили громкие ругательства Глеба. Он пришел домой, и, видимо, споткнулся о чемоданы и сумки.

- Света! – заорал муж. – Чего ты в холл вещей натащила?!

С трудом разлепив глаза, я сначала посмотрела по сторонам, потом схватила спящего Тяпу и, будто прикрывшись им, побрела в холл.

- Мы с Полиной решили, что жить теперь ты будешь у нее, - сама не поняла, как у меня такая фраза родилась!

- Что вы решили? – прорычал Глеб. – С кем?

- С твоей любовницей, - я очень старалась, чтобы голос мой не дрожал.

Отстранившись от ситуации, я прекрасно с этим справилась. Сколько раз приходилось на семинарах выступать или замещать учителей в чужих классах. Там дрожать ни в коем случае нельзя!

- Тут, конечно, не все вещи, - слегка разочарованно уточнила я. – Со временем сможешь остальные забрать.

- Ты… наверно… забыла… - голос Глеба опустился до приглушенного рыка. – Что это моя квартира.

Он скинул кроссовки и пошел на кухню:

- Так что, если кто и съедет отсюда, то только ты. И шавку свою не забудь забрать.

Глеб начал громыхать посудой, открыл холодильник.

- Я не понял, где завтрак? Тебя совсем переклинило?

Такого я точно не ожидала…

Я потерянно посмотрела на чемоданы и очень явственно осознала, что жить в одной квартире с предателем точно не хочу.

Глеб появился в проеме двери:

- Так и будешь меня выбешивать? Я в душ. Когда вернусь, чтобы приготовила болтунью и американо.

Муж безо всякого смущения и стыда прошел мимо, взял домашнюю одежду и хлопнул дверью в ванной.

Я вздрогнула от резкого звука. Ну уж нет, на такое унижение я точно не согласна!

В ванной зажурчала вода, я посадила Тяпу на кровать и быстро переоделась в джинсы и тунику. В большую сумку запихнула косметику для Тяпы, школьные тетради, папку с документами, смену нижнего белья и смотала комом свой рабочий костюм.

Ладно, Глебушек. Если ты хочешь по-плохому, я найду в себе силы с тобой повоевать.

Руки тряслись, ошейник на Тяпе я застегнуть не смогла, поэтому просто запихнула все в сумку, а пса взяла под мышку.

Хлопнув дверью, я вот о чем подумала: если Полина его голодным отпустила, значит, гречишников ему теперь точно не видать.

***

ЯН СТРЕЛЬЦОВ

Впервые видел так близко столь… обычную даму.

«Дама», не иначе. Так-то видно, что молодая еще, но прекратившая женское существование в тот момент, когда в ЗАГСе ответила «Да».

Когда я только строил «ЮрГрупп», то специализировался больше на коммерсантах. Денег хотели многие, а учиться хотели единицы. Им хватало наших сиюминутных советов. Потом уже появилась линия для подростков, для жертв насилия, для потерявших родных или питомцев. Но с ними я уже не общался, я сидел на золотом троне на самой вершине. Сейчас всё мое окружение – это хищники или падальщики.

В моем доме даже прислуги нет, потому что все, кого брал, оказывались шпионами. Всем хотелось повторить мой успех, а я не собирался делиться секретами.

Охрана была.

Когда ворота послушно поползли в стороны, Стас встал на пути машины. Датчики сработали на приближение, и он уже за двести метров знал, что подъезжает именно моя «Парма», но каждый раз встречал вот так: ноги в стойку, правая рука на кобуре, левая за спиной под броником. Не знаю, что у него там: нож или граната? Не спрашивал, но доверял, как самому себе.

С его братом мы вместе служили. Стас был контрактником, и его списали после очередного ранения. Отбитый парень, на всю голову. Кроме службы его ничего не интересовало в жизни.

Теперь он служил мне. Нет, «у меня».

Я притормозил, чтобы Стас убедился, что меня не держат в заложниках, и отошел. Подъехав к гаражу, я выключил двигатель, но выходить не спешил.

Так вот, о даме. Интересно, разобралась она с мужем и его подстилкой? Или она разобрались с ней? Как бы узнать?..

Глава 7

СВЕТЛАНА