Снова элитный дом в престижном районе, уютный холл, сверкающий чистотой, и тот же подтянутый охранник, с которым Мулько, как и накануне, перекинулся всего несколькими словами. Выяснив, что особа, интересующая майора, никуда сегодня не выходила, Мулько кивком головы поблагодарил охранника и направился к скоростному лифту.

Выйдя на площадку пятого этажа, он остановился у знакомой двери, один раз коротко позвонил. Не дождавшись ответа, повторил попытку, но опять безрезультатно. В конце концов Мулько полностью утопил кнопку звонка и не отпускал ее, по меньшей мере, секунд десять. Эта попытка также ни к чему не привела.

Майор взялся за ручку двери, слабо потянул ее на себя и нисколько не удивился, когда дверь поддалась. Он вошел и замер, вслушиваясь в тиканье часов в прихожей, но кроме равнодушного бега времени не услышал ничего. Мулько постоял так совсем недолго, а затем принялся осматривать жилище.

Шикарная квартира представляла собой совершенный бедлам. Мебель была перевернута, матрасы и подушки вспороты, вещи, присыпанные слоем пуха, разбросаны по полу во всех комнатах.

Лилю майор нашел в спальне. Она в неестественной позе, с прикованными к батарее руками, лежала на полу у подоконника. Вся ее одежда состояла из полупрозрачных розовых трусиков. Одного взгляда Мулько хватило, чтобы определить, что мертва она уже несколько часов и что прежде, чем умереть, женщине пришлось вынести нечеловеческие страдания.

Лицо ее искажала застывшая гримаса ужаса, на животе ясно проступали грубые лиловые борозды, грудь испещряли ожоги от сигарет. Рот был залеплен пластырем. Сначала у Мулько создалось впечатление, будто Лилю до смерти захлестали плеткой, но, подойдя ближе, он разглядел на шее сине-фиолетовые пятна. Женщина оказалась задушенной.

Убийцы, по всей видимости, что-то искали здесь, ничего не нашли и занялись истязанием бедняжки. А когда она, не выдержав пыток, призналась, где прячет то, что им было нужно, задушили. Или она не успела ничего сказать? Что они искали? Майор немедля занялся ощупыванием ящиков шкафов, столов и тумбочек в поисках какого-нибудь секрета наподобие двойного дна или чего-то похожего. Но все поиски оказались тщетными.

Мулько тяжело вздохнул, оперся о подоконник и закурил, обводя хмурым взглядом комнату. Зачем-то взял с подоконника икону Владимирской Божией Матери, заключенную в рамку, повертел ее в руках. К нижней поверхности подставки прилипло несколько пуховых перьев. Сначала это не удивило Мулько: вся спальня была сплошь усеяна пухом. Изодранная подушка сиротливо покоилась в углу комнаты. Но, вдруг почувствовав, что подставка неплотно крепится к рамке, майор сделал небольшое усилие, и рамка с подставкой оказались у него в разных руках. Из паза между самой иконой и задней стенкой на руку ему выпал компакт-диск. Мулько снова перевернул подставку, посмотрел на прилипшие перья и глубоко задумался, с каждой секундой мрачнея все больше и больше…

Зазвонил телефон. Мулько не спеша подошел, поднес к уху трубку.

— Слушаю вас, — медленно проговорил он.

— Мне нужна Лилия, — прозвучал раздраженный мужской голос.

— Она в магазин спустилась, за продуктами, — солгал майор. — Перезвоните минут через двадцать.

— А с кем я, прошу прощения, имею честь? — недоумевал голос на том конце провода.

— С ее старым знакомым. Вам, должно быть, известно, что у нее очень много знакомых, так вот я — один из них.

— Прекратите морочить мне голову! — раздалось в трубке. — Когда я несколько часов назад от нее уходил, ее холодильник был забит до отказа. А что касается вас, то ни за что не поверю, будто бы она очередного клиента оставила одного в своей квартире. Немедленно позовите Лилию к телефону или я…

Мулько не стал дожидаться, что пообещает сделать его невидимый собеседник, и нажал на рычаг.

Итак, причиной, по которой убили Лилю и его жену с сыном, являлось, возможно, существование этого компакт-диска. Какую информацию нес на себе диск, Мулько пока не знал, но надеялся выяснить это еще до наступления полуночи.

Он достал трубку, набрал номер Каримова.

— Альберт, необходимо пробить телефон, — без предисловий начал он, когда полковник наконец отозвался. — У меня здесь труп женщины, а ей только что кто-то звонил, но не пожелал представиться… Да, и еще нужен один адресок. Проживать по нему должен некто Храмов Вадим Семенович.

— Так быстро? — вяло уточнил Каримов. — Я о том, что мы расстались немногим более суток назад, а у тебя уже на руках мертвое тело. Кто она, Саня?

— Хорошая подруга Ларисы… Точнее, была ею. Возможно, ты что-то слышал о ней, возможно, и лично был знаком: Лилия Хузина. Вспоминаешь?

— Нет, лично знаком не был, но в разговорах с Ларисой нечто такое проскальзывало. Продиктуй мне номер и жди. Минут через пятнадцать я тебе перезвоню.

Мулько назвал Каримову шесть цифр, светившихся на табло определителя телефонного аппарата, и вышел на лестничную площадку.

Спустившись с пятого этажа обратно в холл, он подошел к охраннику, предъявил удостоверение.

— Один вопрос, молодой человек, — потребовал Мулько. — Что вы можете сказать о жильцах с шестого этажа, которые въехали сюда три дня назад?

Охранник, казалось, был несколько сбит с толку неожиданной демонстрацией удостоверения сотрудника ФСБ. Он в недоумении нахмурил лоб, а затем воскликнул почти весело:

— Ах, эти! О них ничего не могу сказать, товарищ майор. Единственное, что мне известно, — они молодые супруги. Всё. Остальное покрыто мраком. Тем более что эти молодожены съехали сегодня.

— А точнее?

— Примерно в обед.

— Съехали — это в каком смысле?

— Они снимали здесь квартиру. Говорили, что цена для них подходит, но прожили почему-то всего два дня. Оставили мне ключи, чтобы я передал их хозяевам квартиры.

Мулько помолчал немного и спросил:

— Уходили с багажом?

— А как же! С багажом въезжали, с ним и выехали: два чемодана, оба коричневого цвета.

— Опишите мне их. Мужа и жену, естественно.

— А чего описывать-то? Он лет тридцати пяти, среднего роста, довольно плотный, наверняка бывший спортсмен. Она — ниже его на полголовы, лет на пять моложе, ужасно симпатичная. Просто красотка! Ну, что еще?..

— Пока довольно, — оборвал его Мулько, выкладывая на стойку фотографию Нинель Сорокиной. — Не похожа?

Охранник внимательно всмотрелся в изображение и отрицательно покачал головой.

— Нет. Тоже, конечно, красотка, но не она. Эта — блондинка, а у постоялицы волосы были рыжими. Да и разрез глаз совсем не тот, подбородок чуточку острее… Нет, определенно не она.

— Ну, хорошо. — Мулько убрал карточку в карман и вытянул руку ладонью вверх. — Давайте ключи.

— А ордер есть у вас?

— Вы, молодой человек, американских фильмов насмотрелись? — с холодной улыбкой поинтересовался Мулько. — Это радует… Ордера у меня нет, но его вполне может заменить взвод спецназа. Позвоним?

— К-куда? — растерялся охранник.

— В батальон, чтобы спецназ приехал.

— Думаю, не стоит. Возьмите. — И он протянул майору связку ключей.

…Нужная майору квартира находилась почти в идеальном порядке, разве что внушительный слой пыли на мебели слегка портил общую картину. Блестел чистотой лишь обеденный стол в гостиной.

Мулько прошелся по комнатам, открывая и закрывая ящики шкафов, проверил на кухне холодильник, который оказался совершенно пустым, заглянул в мусорное ведро в туалете. И, брезгливо поморщившись, принялся копаться в ворохе обрывков использованной туалетной бумаги. К счастью, слишком долго заниматься этим ему не пришлось. Уже через несколько секунд Мулько извлек на свет божий два обрывка тонкого синего провода с клеммами на концах и поврежденный разъем входного штекера.

Побросав свои находки обратно в ведро, Мулько вымыл руки и провел повторную беглую экскурсию по всем комнатам. Однако никакой электроаппаратуры, кроме телевизора, в квартире не было.

Когда он выходил на лестничную клетку, в кармане его рубашки запищал мобильный. Выслушав Каримова и попрощавшись с ним, майор спустился к охраннику, вернул ему ключи и снова достал телефон. Бросив взгляд на пластиковый бейдж, болтавшийся у парня на лацкане униформы, набрал «02».