Навстречу ей — легки на помине! — шли два милиционера, один при рации и оба при дубинках.

Интересно, им уже роздали фотороботы преступников? Вряд ли. Прошло всего несколько часов, не успели. Попросить у них закурить?

Влада открыла было рот, но потом передумала. Милиционеры уже пожилые, лет до тридцать, и несимпатичные, с ними не хочется не то что разговаривать, а даже по одному тротуару идти. Да и могут ли быть симпатичными легавые? А вот научиться курить — хорошая мысль. В камере других удовольствий не будет. Ну, разве еще почефирить…

Она прошла мимо каких-то церквей, вышла на высокий берег Москва-реки. Вода привлекла ее внимание. Вот решение всех проблем! Нужно спуститься к реке, войти в воду и идти, пока она не станет по грудь, потом по шею, потом… Потом можно будет просто опустить лицо в воду и сильно вдохнуть. И — прощай, злой Кукловодов, прощай, некрасивый мальчик Стас, прощайте, папа и мама!

Вспомнив о родителях, Влада вздрогнула. Мама… Она этого просто не переживет. И папа…

Провожал Владу на сборы, конечно же, папа.

Отцовский «пассат» остановился в Замоскворечье возле обыкновенного жилого дома. Указанная квартира была на первом этаже. Ее явно только что отремонтировали — дверь весело блестела лаком, а в коридоре витали запахи клея, шпатлевки и краски.

«3D-Action» — значилось на новенькой металлической табличке.

— Это, наверное, название фирмы-спонсора, — догадался отец. — Посмотрим, что за фирма, что за люди…

Он нажал на кнопку звонка. Мелодично прозвенел колокольчик, дверь тотчас отворилась. Не открылась, а именно отворилась, как отворяются все модные нынче бронедвери. На пороге стоял молодой бородатый мужчина в темных очках. Широкие покатые плечи, плотный торс не оставляли сомнений в том, что это либо борец, либо штангист, либо просто качок, переставший тренироваться и начавший быстро толстеть.

Борода у него была замечательная: росла чуть ли не от самых глаз и была широкой и обильной, словно Волга в нижнем течении.

— Здравствуйте, — слегка поклонился отец. — Мы по поводу сборов.

— Проходите, проходите, — гостеприимно улыбнулся бородач. — Это, должно быть, Влада Эс? — перевел он непроницаемый взгляд на Владу. — Полагаю, в скором времени вы станете по крайней мере призером соревнований! А это ваш… — слегка замялся бородач.

— Мой отец, — не сразу поняла Влада причину заминки. А, вот в чем дело: папа не пьет, не курит, раз в неделю ходит в тренажерный зал и раз в сауну, выглядит лет на пять моложе своего возраста, и открывший им дверь мужчина решил…

Влада улыбнулась.

— Проходите, пожалуйста, — посторонился бородатый, и Влада вслед за отцом вошла в офис. Три стола с компьютерами, радиотелефон, у окна — пальма, растущая не в кадке, а в изысканной формы огромной керамической вазе.

Никого, кроме бородача, в офисе не было. Может быть, остальные сотрудники в других комнатах? Как бы там ни было, выглядит офис хоть и не так, как отцовский кабинет в банке, но весьма солидно. У предков не должно быть поводов для беспокойства.

— Позвольте представиться: Сабельников Юрий Гурьевич, — протянул отец мгновенно появившуюся в его руке визитку, едва они сели в удобные кожаные кресла.

Бородач в свою очередь выудил из письменного прибора визитку, протянул отцу.

— Кукловодов Герман Фрицевич, заместитель директора фирмы «Три-Ди-Экшн».

Влада чуть не прыснула.

Герман Фрицевич — это почти что Немец Немецкович. Прикольное, однако, имя выбрали Кукловодову родители!

— Очень приятно, — протянул руку отец, приподнявшись с кресла.

— Рад познакомиться, — заулыбался Герман Фрицевич.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Извините, у нас тут накладочка произошла, — начал сразу же оправдываться Кукловодов. — Секретарь неправильно указала в «мыле» время прибытия. Всех остальных участников мы уже отправили, я задержался специально для того, чтобы встретить вашу дочь.

— Отправили — куца? — насторожился отец.

— В дом отдыха, недалеко от Архангельского. Там чудесные условия — лес, воздух чистый, шеф-повар до пенсии в столовой Госдумы работал… Вашей дочери очень, очень повезло! — позавидовал Владе Герман Фрицевич.

— Как долго продлятся сборы?

— Один день или две-три недели, в зависимости от результатов. Из десяти оставшихся после выполнения первого задания претендентов четверых мы отсеем через неделю, вторую четверку — через две, а пару победителей будем тренировать еще неделю.

— Я смогу навестить свою дочь? — не успокаивался отец.

— Конечно! Никаких проблем! Единственное «но» — захочет ли этого Влада!

— Почему нет? — насторожился отец.

Наверняка он подумал о «Белом братстве» или «АУМ Синрике». Папа много раз предостерегал Владу от контактов с группами и обществами, занимающимися модификацией сознания. «Если куда и идти за утешением, так только в православный храм, — убеждал он дочь. — Но прежде всего — к нам с мамой. Нет такого вопроса, в котором мы тебя не поняли бы или вынудили бы поступать так, как тебе не хочется. Нам бы очень не хотелось, скажем, чтобы ты вышла замуж за алкоголика и тем более наркомана, но даже если такое случится — из беды мы будем выбираться все вместе».

— Для того чтобы Влада смогла побыть с вами, нам придется остановить игру. Вряд ли это понравится остальным участникам, и на вашу дочь станут поглядывать косо. Кроме того, маменькиных сынков вообще не жалуют в молодежных компаниях.

— Влада — девушка! — улыбнулся отец.

— Единственная из всех участников. Геймеры, кстати, с некоторым предубеждением относятся к девушкам. После работы, за кружкой пива — с удовольствием поболтают и поухаживают, но пускать их в святая святых, на арену Квэйка или даже просто за компьютер…

— Потому что некоторые девушки прекрасно знают цену и геймерам, и их любимому занятию, — ввернула Влада. — А больше этим придаткам компьютеров похвастать нечем.

— Совершенно верно, — согласился Кукловодов. — Может быть, вам будет достаточно ежедневных телефонных звонков от любимой дочери?

Отец вопросительно посмотрел на Владу.

— Торжественно обещаю: буду звонить каждый день по два раза, вздумают обижать — немедленно сбегу и позвоню из ближайшего автомата, — пообещала Влада.

— Ну, если по два раза…

Отец хотел спросить что-то еще, но Кукловодов уже встал со стильного вертящегося кресла.

— Вы сможете в любой момент позвонить мне по указанному в визитке телефону и получить исчерпывающий ответ на любой вопрос. То же самое относится к вашей жене. А сейчас, извините, мы должны ехать.

Отец взглянул на часы.

— Да и мне уже пора на работу…

Они покинули офис. Кукловодов закрыл бронированную дверь на два замка.

У подъезда его и Владу ждала темно-вишневая «Мазда», явно не последнего года выпуска.

Кукловодов помог отцу переложить из машины в совершенно пустой багажник «Мазды» Владин довольно-таки объемистый рюкзак. Отец, попрощавшись с Германом Фрицевичем за руку и поцеловав Владу, не таясь посмотрел на номер «Мазды», демонстративно занес его в электронную записную книжку и лишь после этого сел в свой «Фольксваген-пассат».

Кукловодов галантно помог сесть Владе, отрегулировал сиденье, чтобы ей было удобно, не торопясь обошел машину спереди и угнездился на месте водителя. Отец, не дождавшись их, посигналил на прощание и уехал. Герман Фрицевич просигналил в ответ.

— Ну что, сборы начинаются? — усмехнулся он, доставая с заднего сиденья объемистый полиэтиленовый пакет.

В пакете был шлем от виртуалки, наверняка новейшей модели. Во всяком случае, даже на последней выставке ничего подобного не было. Кроме того, здесь лежали манжеты виртуального скафандра — наколенные, для локтей и для запястий.

— Знаешь, что это?

— А то… Но такого скафа я еще не видела.

— Мы не имели права нарушить один пунктик договора, когда давали первое объявление в Интернете, — пояснил Кукловодов, протягивая шлем и манжеты Владе. — Но теперь я с удовольствием подтверждаю то, что сообщал «мылом»: соревнования будут не по «Квэйку-четыре», а по новейшей виртуальной игре, которая пока неизвестна ни в России, ни в Америке.