- Зачем так много?! - удивляюсь я.

- Затем, что к примеру через неделю их может не быть и не в каждом, есть наименование того, что мы закупили. - отвечает подруга, читая чеки и откладывая в сторону. - О, вот, на три штуки, за шарфик и бижутерию в ассортименте. Нам везет, это даже больше, чем мы планировали.

- А как же шарфик?

- Ой, вообще не проблема. - машет рукой Энн и уже через пять минут приносит мне десять шарфиков разной длины и узоров. - Выбирай любой, я тебе одолжу.

Я почти истерически засмеялась от этого действия подруги. Смех просто лился из меня и кажется, я даже не могла его остановить! Мне казалось, что все мои попытки движения вперед и эти “махинации” наивны и тщетны.

Энн почувствовала мое состояние или возможно услышала это в смехе. Она подошла ко мне и крепко обняла, начав гладить по спине.

- Бет, все будет хорошо. Ты справишься.

- А справлюсь ли? Господи, Энн, я не. … Я не могу так. Во мне сейчас столько паники и отчаянья и из-за этого появляется новое беспокойство за моего ребенка, ведь мне нельзя паниковать и переживать, но. … А вдруг я не справлюсь? Вдруг Даррен придумает еще что-то? Вдруг он…

Хлесткая пощечина обожгла мою щеку и я в шоке посмотрела на подругу, что нахмурившись смотрела на меня.

- Значит так, Бет. Ты сильная и справишься со всем. У нас в стране тысячи, если не миллионы матерей одиночек! Все они справляются и воспитывают прекрасных детей! Ты замечательная и сможешь со всем справится! Мы поможем и в конце концов, твои родители тоже помогут.

- Они со мной разговаривать даже не хотят. - тихо замечаю я.

- Это временно. Просто пока что до них не дошло. Они всегда думают о деньгах, о том насколько они стали богаче и насколько обеднели. Но пройдет время и они почувствуют твое отсутствие.

- Мне кажется такого не будет.

- А если не будет, то нафиг такие нужны. - фырчит она. - Зато у твоего чуда есть две сногсшибательные тетушки. - она морщится от собственного заявления. - Хотя нет, мы будем просто Мэри и Энн без всяких там тетушек.

- Энн… - я обнимаю ее крепко. - Спасибо тебе.

Мы сидим еще немного и пьем чай, разговаривая на нейтральную тему, но по большей части Энн спрашивает меня о курсах и том, чему там учат. Это отвлекает меня и я понимаю, что Энн тоже увлекает тема дизайна, просто она не задумывалась об этом всерьез. Закончили мы разговор довольно поздно, поэтому пришлось писать Даррену и говорить, что я останусь у подруги с ночевкой. Это раздражало, но лучше было пока следовать его правилам.

Казалось, что Даррену снова стало плевать на меня. Он перечислял мне деньги на счет, а я ходила на работу, сидела в кабинете и. … Решила рискнуть еще раз. Если жизнь и так катится в тартарары, то можно либо принимать это, либо рисковать дальше. Поэтому я начала смотреть на то, что необходимо для открытия собственной фирмы и составлять примерный бизнес план.

Это оказалось сложно, но намного проще, чем убедить Даррена в своей покорности, хотя, кажется уже и убеждать не надо было. Вела я себя точно как покорная овечка, что покорно ждет своей участи. Только брыкается немного, наверное, когда никто не видит.

В конце рабочего дня, я вышла из офиса и на мгновение замерла. Так как в какой-то момент к офису подъехала машина, точная копия машины Марселя и в душе затеплилась надежда, что все еще не потеряно. … Но из нее вышла девушка и эта надежда разбилась.

Глупая, конечно же он не приедет после всех тех неприятностей, что я ему устроила. Я пошла дальше к остановке, пытаясь не грустить, а вспоминать с теплом, то, что было между мной и Марселем. Как там говорится? Со временем все плохое стирается и остается только хорошее? Вот и я торопила время, чтобы все хорошее осталось, а грусть и тоска стерлись из моего сознания.

Я уже по привычке направлялась к необходимой мне остановки, переходила пешеходный переход, когда каким-то образом оказалась лежащей на асфальте, слушая визг шин, скрывающейся за поворотом машины. Еще два или три мгновения, я не могла сообразить почему лежу, а не иду? Почему надо мной начинают толпиться люди. А потом резкая боль пронзила все тело до такой степени, что я даже кричать не могла, у меня горло сдавило от этой боли и ужаса осознания - меня сбила машина. Я могу потерять ребенка и как бы я не пыталась произнести хотя бы слово “ребенок”, из горла вырывались только стоны, а перед глазами начинала разливаться тьма.

Все что происходило дальше всплывало эпизодами. Вот кто-то склоняется надо мной, а кто-то говорит по телефону, вызывая скорую. Машина скорой помощи и какие-то непонятные медицинские термины.

- Ре…ре..бе.. - я пытаюсь сказать, что беременна и надо спасти мое маленькое чудо, но не слышу своего собственного голоса.

Потом каталка и врачи с медсестрами, я все еще пытаюсь произнести такое важное слово, но кажется кричу только в собственном сознании. Моя агония даже не от физической боли, а от осознания того, насколько серьезно выглядят врачи, продолжается в голове и я бьюсь в стеклянную непробиваемую стену, пытаясь донести до них свой ужас и желание спасти это дитя.

Наконец-то, тьма забрала меня полностью. В этой непроглядной тьме, я неслась на всех порах, слыша как мой ребенок плачет. Я старалась его найти и обнять, уберечь ото всех невзгод, но я не могла найти, не могла этого сделать и даже ощущая усталость бежала слыша плач со всех сторон, зовя малыша и надрывно крича ему, что его мама рядом, что я здесь и никогда не брошу ребенка.

***

Даррену сообщили о Элизабет, как только ее привезли в больницу. Единственное, что он произнес на это, так это отдал распоряжение держать его в курсе состояния девушки и ребенка.

Первым делом он поехал в полицию и ему показали видео с моментом аварии. Пока полиция пыталась рассмотреть водителя и номер машины, Даррен увидел на руке водителя кольцо. Он сам дарил это кольцо Стейси, оно как-то само собой отложилось в его памяти, и только поэтому он понял, кто именно сбил Элизабет.

- Идиотка… - рыкнул выходя из участка Даррен, уже набрав номер своего человека. - Да, найди мне эту сумасшедшую. Я про любовницу бывшую или ты совсем кретин?! И сделай это быстрее ментов иначе я твою жизнь в ад превращу.

После этого распоряжения, Даррен поехал в больницу. Там он сам уже узнал о состоянии Элизабет и оплатив все лучшее для девушки, возможно из-за того, что почувствовал укол совести, стал ждать. Нет, все-таки это была не совесть, а скорее выгода, которую он мог извлечь из ребенка.

Он сидел ожидая врача и того, что Стейси поймают. Это женщина перешла черту и поплатиться за это.

- Вы Даррен Квил? - поинтересовался подойдя к нему врач.

- Да. Как моя жена и ребенок?

- Перелом руки, перелом ноги и трещина в ребрах, есть угроза выкидыша, поэтому мы подержим ее две недели в стационаре для наблюдения.