Окончательный разрыв между фараоном и фиванскими жрецами произошел при Аменхотепе IV (Эхнатоне) — 1379–1362. Религиозная реформа Эхнатона и перенос на 6-м году его царствования столицы в Средний Египет подытожили деятельность его предшественников. Своей реформой молодой царь объявлял войну фиванской аристократии и жрецам Амона при сохранении тесного союза с войском, свободным от традиционных религиозных представлений. Аменхотеп IV, как и его предшественники, опирался в первую очередь на знать Нижнего Египта, в том числе на жреческую аристократию, что являлось знаменательной особенностью его политики. Фараоны XIX и XX династий, стремившиеся ликвидировать какие бы то ни было следы деятельности Эхнатона, в этом смысле следовали его примеру.
Суть реформы Аменхотепа IV состояла в том, что он ввел новый общегосударственный культ бога Атона, почитаемого в образе солнечного диска — по-египетски ate — с исходящими от него лучами. Это была наиболее абстрактная форма культа солнца, элементы которого существовали уже во времена его отца Аменхотепа III. Но если религиозная концепция времени Аменхотепа III, развивавшаяся на основе гелиупольской теологической доктрины, содержала мифологические элементы, то концепция Эхнатона, свободная от этих элементов, была более рационалистичной. Обожествлялась животворящая сила солнца. Новый культ должен был способствовать укреплению царской власти, поскольку царь провозгласил себя единственным сыном и воплощением нового божества. Борясь с самим именем бога Амона, входившего в состав его собственного личного имени, царь переименовал себя в Эхнатона («Полезный Атону»), а свою столицу назвал Ахетатон — «Горизонт Атона» (ныне городище Эль-Амарна). Эхнатон был, по-видимому, глубоко убежден в правильности своей концепции. Позицию фараона разделяла его главная жена Нефертити. Эхнатон является автором многочисленных гимнов богу, а автобиографические надписи его чиновников свидетельствуют о том, что он охотно давал пояснения относительно новой религии и ее различных аспектов. Его внимательными слушателями были и скульпторы — многочисленные наброски, эскизы, модели и другие произведения искусства отражали новую религиозную концепцию, прославлявшую жизнь, эмоциональность и любовь к природе. Традиционные темы египетского искусства в то время были заброшены или облечены в новую, возникшую во времена Аменхотепа III форму.
Интерес к вопросам религии, мирная внешняя политика создали Эхнатону репутацию безвольного мечтателя, с которой он вошел в историю. Хотя молва о безволии этого правителя не соответствует правде, авторитет Египта на международной арене в годы царствования Эхнатона тем не менее упал. Однако не следует забывать, что падение международного престижа Египта началось еще при Аменхотепе III. По всей вероятности, Эхнатон понимал, какими могут быть последствия такого положения дел и попытался развернуть деятельность, направленную на укрепление авторитета фараона и его страны на международной арене. На 10-м году царствования Эхнатон приказал всем египетским вассалам явиться и принести дань в Ахетатон. Однако, судя по всему, подобные мероприятия не имели большого политического значения.
Гораздо существеннее были результаты внутренней политики фараона. Среди особо пылких приверженцев новых верований, которые так и остались не понятыми основной массой населения, имелась группа старых чиновников, которые вместе с царем покинули Фивы и переехали в новую столицу. Благодаря этому были сохранены традиционные принципы управления государством. Царь в большей мере, чем когда-либо, единолично решал все государственные дела. Новостью было участие в их обсуждении членов царской семьи. Преклонение перед новым богом, привязанность к семье, любовь к природе не мешали Эхнатону быть беспощадным к врагам. Это испытала на себе и Нефертити, по непонятной причине на 12-м году царствования Эхнатона попавшая к нему в немилость.
Действительно ли целью религиозной реформы Эхнатона было введение монотеизма? Литература не дает однозначного ответа на этот вопрос. Часть историков и специалисты по истории египетской религии отвечают на него положительно (С. Моренц, Ю. Я. Перепелкин, М. А. Коростовцев), другая часть (Ж. Веркуттэ, И. Беккерад, К. Олдрид) пишет о цели этой реформы с большой осторожностью, которая вполне оправданна, поскольку многое говорит об известной двойственности политики Эхнатона.
Фараон развернул широкое строительство храмов, посвященных новому богу. Храмы строились в Ахетатоне, Мемфисе, Гелиуполе. Менее крупные храмы воздвигнуты в Нубии, на Элефантине, в Фиваиде, в Среднем Египте и в Дельте. Полностью восстановить территорию, на которой был распространен культ Атона, невозможно, поскольку в период господства Рамессидов почти все уцелевшие к тому времени храмы этого бога были уничтожены.
Утверждение культа Атона сопровождалось преследованиями культа Амона. Содержавшиеся в надписях имена этого бога и его супруги Мут стесывались. Гонениям подвергся и старинный культ богини Нехбет. Зато многочисленные местные культы главных и менее значительных богов, особенно в периферийных районах, остались нетронутыми. В этих районах храмы старинных египетских богов стараниями местного населения пережили период гонений.
Археологические работы на месте столицы царя-реформатора принесли интересные данные о распространении новой идеологии в этом городе. Предметы, обнаруженные, например, в частных жилых домах «Горизонта Атона», свидетельствуют о том, что их обитатели в четырех стенах своих домов помимо Атона и царской семьи, как и прежде, почитали бога-обезьяну Тота и бога-крокодила Собека. Так же относилось к новой религии и население деревень в окрестностях Ахетатона. В жилых домах города и даже во дворце найдены привезенные из окрестных деревень кувшины для вина, украшенные эмблемами Птаха, Хора и даже Амона.
Все это доказывает, что намерение Эхнатона установить монотеистическую религию, даже если оно у него было, проводилось в жизнь не слишком последовательно. Приведенные примеры говорят о том, что вопросы, не касавшиеся непосредственно важнейшего религиозно-административного центра — Фив, — никого особенно не интересовали.
Лишение бога Амона главенствующего положения в египетском пантеоне было равнозначно упадку его храмов и связанных с ними людей. Поэтому против реформы выступили не только жрецы, но и высшие государственные сановники, на протяжении многих поколений связанные с Фивами. Реформа лишила их влияния в стране, поскольку Эхнатон взял в свои руки все стороны управления, она отняла у них и экономическое могущество, так как контроль над храмовым хозяйством тоже оказался в руках фараона.
Недовольна была и военная аристократия. В результате военных успехов хеттов кардинально изменилась политическая расстановка сил в Сирии. Египетские вассалы, князьки Угарита, Амурру и Кадеша, перешли на сторону победителей. Египетский фараон был не в силах этому противодействовать. Создавшаяся сложная политическая обстановка послужила предметом переписки, обнаруженной в Эль-Амарне. Богатый материал найден также в архивах Угарита, города, достигшего в тот период наивысшего расцвета, после которого наступила его гибель в 1365 г. до н. э. в результате землетрясения.
Возможно, незадолго до смерти Эхнатон позволил восстановить запрещенные традиционные культы, и прежде всего культ Амона, что должно было смягчить нараставшие противоречия. В этом участвовал, по-видимому, зять и преемник Эхнатона Семнехкара, построивший в Фивах святилище Амона. Последующие события показали, что восстановить гегемонию Фив доамарнского периода невозможно. Ни Тутанхамон, ни его преемники Эйе и Хоремхеб не намеревались восстанавливать могущество фиванских жрецов и связанной с ними знати. Правда, в борьбе эти цари пользовались иными, чем Эхнатон, методами.
Когда вскоре после Эхнатона умер Семнехкара, на трон вступил другой зять Эхнатона, Тутанхамон (1361–1352), которому тогда было неполных десять лет. К этому времени в Ахетатоне сложилась очень сильная оппозиция, в которой одну из главных ролей играл конюший дворца фараона Эйе, носивший титул, смысл которого пока неясен, — «божественный отец». К оппозиционной группировке принадлежал, по-видимому, еще один чиновник - Хоремхеб.
