Так вот и живём, не понимая,

что разлук никак не отменить.

…Все мы незабудки, вспоминая

тех, кого мы не смогли забыть…

Может, ждёт любовь за поворотом

на крутом житейском вираже?

…Все мы незабудки для кого-то,

кто не смог путь отыскать к душе…

Годы жизни делим на минутки,

чтобы смысл бытия понять…

Все мы в чьей-то жизни незабудки.

Разве память у души отнять?

Любопытное чувство

Лидии Лебединской

Любопытное чувство –

жизни тянется сеть,

но нисколько не грустно

и не страшно стареть.

Кто-то в возрасте юном,

словно старец, устал, –

высыхает изюмом,

виноградом не став.

Сердце смотрит грустнее

милой юности вслед.

Раз душа не стареет,

значит, старости нет.

Виноград, подрастая,

вспенит кружки для нас,

чтобы го́дам не старить,

а пьянить в сотый раз.

Творческий псевдоним Николая Зотова.

Педагог и филолог с фундаментальным академическим образованием. Выпускник Института филологии и журналистики ННГУ, где он последовательно получил степени бакалавра, магистра с отличием и окончил аспирантуру по направлению «русская литература».

С 2018 года Николай посвящает себя написанию текстовых квестов для игрового приложения «Квестоманьяк», совмещая авторскую практику с научной деятельностью (работал младшим научным сотрудником в ННГУ). Параллельно он делится знаниями и любовью к филологии с учениками нижегородского лицея № 180, где работает учителем русского языка и литературы.

Изнанка

Слава Усов проснулся ровно в 7:00 из-за громкой мелодии установленного на телефоне будильника. Вставать было лень, но что поделать – работа… Мама ещё спала. Мальчишка не захотел её будить, поэтому тихо сбегал в ванную, а затем на скорую руку слепил себе бутерброд из копчёной колбасы, огурца, плавленного сырка и листа салата. Потом быстро оделся в то, что попалось на глаза, и выскочил на улицу.

Погода была вполне приемлемая – не жарко и не холодно. По небу лениво ползли облака, но дождя они не предвещали. До работы – небольшого магазинчика – надо было пройти около семи остановок. Можно было, конечно, доехать на троллейбусе, но Слава экономил деньги.

В городе всё было как-то уныло. Туда-сюда сновали прохожие и ездили машины. Мальчишка обратил внимание на бородатого нищего, что сидел у пивного ларька и просил денег. Рядом с соседним домом тёрлась небольшая рыжая собачонка. Она униженно клянчила у людей еду, но те были слишком заняты своими делами и не обращали на неё внимания. На остановке топталась подслеповатая старуха. Она то щурилась на табло, то подбегала к проезжавшим мимо автобусам, но, видимо, все они ей не подходили… Рабочие чинили трамвайную линию, студенты дружно курили за углом университета, уличные торговцы наперебой предлагали помидоры и лук. Всё это было уже как-то отдалённо знакомо, и вовсе не потому, что город был Славе родным… Просто он уже когда-то видел и нищего, и собачонку, и старуху, и рабочих, и студентов, и торговцев. А может, ему просто казалось…

В магазине Славе, как обычно, выдали две здоровенные сумки. Надо было разнести ленивым клиентам, что оформили доставку до порога, чехлы для телефонов, компьютерные мышки, клавиатуры, наушники и прочую дребедень. А заодно – расклеить рекламки. Рекламки клеить надо было осторожно, чтобы не заметили дворники. Заметят – в лучшем случае всё посрывают, а в худшем – будут орать на всю улицу, вызовут полицию, а то и метлой по спине…

Разносить товары и клеить объявления Слава уже привык. Отличная работа для девятиклассника. Только скучная. Тем более что почему-то всегда выпадало ходить по одним и тем же улицам. Усов хотел дать денег нищему и покормить собаку… но пожадничал. А на бабку с остановки не хотелось тратить времени – мало ли, она глухая или вовсе неадекватная.

К обеду мальчишка закончил с работой, получил в магазине пятьсот рублей и отправился домой. Мамы не было. Пришлось вновь довольствоваться бутербродом – не то чтобы Слава не умел готовить, просто было лень. Усов погонял игрушку на компьютере, потом почитал и лёг немного подремать.

Будильник. Что, уже семь утра?! Да…

Слава долго не мог понять, как это он мог столько проспать… Мысли в голове путались, воспоминания ускользали. Какую книгу он вчера читал? О чём там было? А играл во что? Точно читал, точно играл… Но вспомнить названия книги и игры было просто невозможно. Как в тумане.

Книжки лежали на тумбочке. Усов взял верхнюю – «Преступление и наказание» Достоевского… Следующая – «Обломов» Гончарова… Потом три тома «Войны и мира» Толстого… А ещё «Мёртвые души» Гоголя, «По ком звонит колокол» Хемингуэя и «Как закалялась сталь» Островского. Мальчишка перебрал толстые тома… Но так ничего и не вспомнил. Компьютер включать было некогда – надо было собираться на работу.

Мама опять спала. В этот раз бутерброд был состряпан из помидора, лука, сыра-косички и ветчины…

На улице было и не жарко, и не холодно. Это в середине лета! Прохожие куда-то спешили. Нищий просил пятьдесят рублей. Собака повизгивала и каталась на спине. Старуха металась от автобуса к автобусу. Это всё уже определённо было…

Слава взял сумки и пошёл на бульвар имени Гагарина, потом на площадь Ленина, потом к скверу Пушкина, потом на улицу Лермонтова.

Дома мальчишка съел ещё один бутерброд, взял Достоевского… Но строчки слипались, буквы плясали, смысл ускользал. В игре тоже не было конкретики. Надо было доставить товары и расклеить объявления, не попавшись дворникам. У пивного ларька квест давал нищий. На остановке просила что-то выполнить бабка. Собака предлагала взять у неё какое-то задание.

Неумолимо захотелось спать.

Слава вложил в «Преступление и наказание» огрызок карандаша и уснул.

7:00. Мама спит. Бутерброд с килькой, оливками, майонезом и свёклой. Что читал? Достоевского. Но карандаш оказался в «Обломове». Достоевский же лежал в самом низу стопки, под «Войной и миром». Все книжки в одинаковых серых переплётах, заглавия написаны золотыми полустёртыми буквами – поди прочти…

Ни жары, ни холода, ни ветра, ни дождя. Нищий. Собака. Старуха. Рабочие. Студенты. Торговцы. Все прохожие какие-то безликие. Бульвар Гагарина, площадь Ленина, сквер Пушкина, улица Лермонтова.

Дома никого. Как же уныло и пусто… Хочется спать… Карандаш теперь в первом томе «Войны и мира». Или это «Мёртвые души»? Дурацкая игра… Почему в компьютере больше других нет?

7:00. Слава решил разбудить маму, но её комната оказалась пуста. Видимо, уже ушла на работу. Тогда мальчишка перевёл будильник на шесть утра. Сделал нормальный бутерброд из хлеба, колбасы и сыра.

Нищий у ларька уныло гнусавил:

– Дайте пятьдесят рублей! Голова болит! Пожалейте, граждане!

Слава вздохнул, порылся в кармане, вытащил пятьдесят рублей и сунул в грязную мозолистую широкую ладонь.

– Ты просто нереальный, пацан! Дорогой ты мой! Добрая душа! Все эти жлобы ходят мимо, ходят, и хоть бы кто рубль дал! А мне ведь много не надо! – Нищий тут же сунулся в ларёк, откуда высунулся уже с бутылкой.

Холодов поморщился и отправился дальше.

Бабулька на остановке никак не могла уехать… уже третий день?! Или это всё разные старухи? Или Славе вообще только казалось, что он каждый день видел эту бабку на остановке?!

– Помочь вам? – спросил мальчишка.

– Да, внучок. Мне бы на 48-ю маршрутку.

Усов внимательно вгляделся в табло. Цифры и буквы плыли волнами, двигались то слишком медленно, то ужасно быстро. Школьник напряг зрение…

– 48-я маршрутка тут не ходит… – наконец не особо уверенно проговорил он.