– Ай, не ходит! А я-то с самого утра стою и жду… А она не ходит! Старость не радость! Вижу плохо! – всплеснула руками старуха. – А ты не знаешь, где ходит?

Слава полез в свой смартфон. В глазах появилась резь, будто в них насыпали песка. На экране было ничего не разобрать.

– Пойдёмте на бульвар Гагарина, – сказал Слава. – Может, там ходит.

– Пошли, внучек. Только ты меня за руку веди, а то, боюсь, упаду ненароком! Пошли! Пошли! – Бабка вцепилась крючковатыми пальцами Усову в ладонь. – И чего молодёжь ругают? Хорошая у нас молодёжь! Только одеваются по-ненашенски. Да в своих компьютерах всё тык да тык, тык да тык! Видимо, что-то там важное есть у них, за экранчиками-то! Важное!

На остановке рядом с бульваром Гагарина бабулька тут же уткнулась в табло:

– Ай, ничего не могу прочитать, как во сне! – пожаловалась она.

– Почему как во сне? – удивился Слава.

– Потому что во сне сколько ни старайся, прочитать ничего нельзя! – насмешливо ответила старуха.

Тут подошла 48-я маршрутка, и бабка, быстро сев в неё, оставила Усова стоять с открытым ртом.

Девятиклассник уже подходил к своему магазинчику, но тут к нему под ноги сунулась знакомая собака-попрошайка. Слава вздохнул, пошёл в магазин и купил ей сосисок. Школьник не стал дожидаться, пока несчастная зверюшка наестся, а рванул на работу – уже опаздывал.

Но попрошайка вдруг догнала его, преградила путь… Усов от неожиданности отступил назад. Тогда собака тявкнула и побежала куда-то за магазин. Слава пожал плечами и пошёл дальше, но животное повторило свои действия.

– Не наелась, что ли?

Собака в ответ взлаяла и бросилась по тому же маршруту.

Тогда мальчишка понял, что попрошайка хочет что-то ему показать. Он пошёл за ней следом и вскоре увидел два железных гаража, стоявшие во дворе дома. Собака влезла между ними и принялась с глупым видом трясти передней лапой. Слава втиснулся следом… На земле валялся всевозможный мусор.

– У тебя щенки тут? – удивился Усов.

Он обошёл собаку, но вдруг больно ударился коленкой. Но ударяться было не обо что…

Слава протянул вперёд руку. Ладонь упёрлась во что-то твёрдое и холодное… невидимое! Мальчишка принялся шарить. Между гаражами оказалась невидимая стена! Через неё нельзя было перелезть, её не получалось обогнуть… Усов с силой ударил по преграде кулаком и чуть не сломал кости. Собака тем временем куда-то убежала.

Мальчишка обошёл гаражи… Гаражи как гаражи. Двор как двор. Таких везде полно. Ничего странного. Тут Славе пришло в голову прощупать стену с противоположной стороны. Но… Её не было! Мусор, вонь… и ничего. Тогда школьник зашёл так, как в первый раз. Уткнулся в стену! Бред…

Усов пошёл прочь и чуть не столкнулся с высоким худощавым мужчиной в кожаной куртке.

– Вы не в курсе, что там… между гаражами? – сам не зная почему спросил школьник.

Прохожий повернул к нему лицо… Оно показалось Славе размытым. Вроде и лоб, и брови, и глаза, и нос, и рот… Только вот в общую картину это всё никак не складывалось. Всё вместе и всё отдельно. Усов вдруг вспомнил, что такими же были и нищий, и старуха. И менеджер магазина, что совал сумки и платил зарплату. И все заказчики.

Мальчишка отшатнулся от худощавого, и тот молча потопал своей дорогой. А Слава забежал в магазинчик.

За опоздание его не ругали – безликий менеджер сунул ему в руки сумки и пачку рекламок… Молча. Школьник не мог припомнить, чтобы этот человек хоть когда-нибудь что-то говорил.

Усов пошёл разносить заказы. Опять площадь Ленина, потом сквер Пушкина, потом улица Лермонтова…

Нищий вновь просил пятьдесят рублей. Старуха стояла на остановке. Собака хотела есть.

Слава подошёл к старухе:

– Вам помочь?

– Да, внучок. Мне бы на 48-ю маршрутку… – прошепелявила бабка.

– А вы давно тут стоите? – не выдержал школьник.

– А я-то с самого утра стою и жду…

– Я же вас проводил на бульвар Гагарина!

– А я-то с самого утра стою и жду…

– Я же вас на автобус посадил! – изо всех сил заорал Слава.

– А я-то с самого утра стою и жду… – Старуха твердила, как попугай.

Слава разнёс заказы, получил пятьсот рублей и пошёл домой. По дороге он сунул деньги нищему.

– Добрая душа! Все эти жлобы ходят мимо, ходят, и хоть бы кто рубль дал! А мне ведь много не надо! – Нищий просунул голову и руку в ларёк, купил бутылку, а потом невозмутимо сел и опять загнусавил:

– Дайте пятьдесят рублей! Голова болит! Пожалейте, граждане!

– Я же вам пятьсот рублей дал! – чуть не заплакал Усов.

– Дайте пятьдесят рублей! Голова болит! Пожалейте, граждане!

Дома Слава с отчаянной решимостью взялся читать Достоевского. Строчки кочевряжились, буквы дрыгались. «Во сне, сколько ни старайся, прочитать ничего нельзя!» – вспомнились школьнику слова старухи.

«Неужели… я сплю?!» – подумал мальчишка. Он попробовал ущипнуть себя, ударил по коленке. Ничего не изменилось.

«Видимо, что-то там важное есть у них, за экранчиками-то! Важное!» – опять пришли на ум слова странной бабки.

Мальчишка включил компьютер…

«Ты просто нереальный, пацан!» – Девятиклассник вздрогнул. Он, как и все вокруг, нереальный! Побежал в комнату матери… Той не было. «Опять на работе!» – услужливо возникла мысль. Слава кое-как прогнал её. КОГДА ОН ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ВИДЕЛ СВОЮ МАТЬ?

Ответ на все вопросы был, видимо, в игре. Или за невидимой стеной. Но в игру войти было легче. Игра… была копией реальности. Надо было доставить товары и расклеить рекламки, не попавшись дворникам…

Славе ужасно хотелось спать. Мальчишка боролся изо всех сил, пытаясь сохранить хоть какую-то ясность мыслей. Мозг от этого перегревался, словно процессор компьютера. Голову обручем охватывала колючая, мерзкая боль. И всё-таки Усов боролся… Потому что боялся заснуть и опять всё забыть. Продолжить бесконечно лепить себе бутерброды из чего попало, ходить кругами по одним и тем же улицам, встречать всё тех же людей. Такого быть не должно!

Единственная игра, которая была установлена на компьютер, вообще не имела графики. Мальчишка знал, что похожие игрушки были в 90-х годах, когда индустрия компьютерных развлечений только начинала развиваться. Хотя по сравнению с этой игрой произведения программистов 90-х показались бы, наверное, шедевром! В странной Славиной игре всё было пиксельное, да ещё и размытое, чёрно-белое. Усов никак не мог осознать, как вообще раньше играл в такое… Он отлично помнил, какими должны быть нормальные игры, помнил, что был заядлым геймером. Что же изменилось?!

Девятиклассник упорно гонял своего персонажа по игровому миру. Оказалось, что город в игре – копия его родного N. Правда, доступны были лишь бульвар имени Гагарина, площадь Ленина, сквер Пушкина, улица Лермонтова… Знакомый наборчик. И тут школьника осенило: его жизнь стала компьютерной игрой! Безликие NPC, ограниченное число локаций и небольшой список ежедневных квестов. Игра внутри игры…

Слава вспомнил странную невидимую стену, на которую показала ему собака. Если стена есть в большой игре, должна быть и в маленькой. После того как мальчишка догадался об этом, головная боль стала просто невыносимой. Перед глазами всё плыло. Кровать неодолимо тянула к себе. Хотелось уткнуться в подушку и отдохнуть… Покой… Тепло… Уют… Счастье…

Кое-как Усов нашёл в злосчастной игре те самые два гаража. Но персонажу никак не удавалось между ними протиснуться. Правда, оказалось, что на один из гаражей можно залезть, а потом спрыгнуть с него в нужный промежуток между белым и чёрным пикселями. Как только Славин alter ego совершил все эти действия, экран компьютера погас. Погасло и сознание.

Слава Усов проснулся ровно в 7:00 из-за громкой мелодии установленного на телефоне будильника. Вставать было лень, но что поделать – работа… Мама ещё спала. Мальчишка не захотел её будить, поэтому тихо сбегал в ванную, а затем на скорую руку слепил себе бутерброд… и тут же вспомнил всё! Будильник он вчера перевёл на 6:00! Мамы дома не было уже неизвестно сколько времени! Окружающий мир был игрой!