— Ясно.
«Выходит, они имели прямой доступ к Сущности, но не умели хорошо с ней обращаться изначально. Они учились. Как дети, сначала ломая, но по мере роста, справляясь все лучше и лучше. Возможно, искажение нар’глод из того и проистекает. Иш’кор ошибся, попытавшись вмешаться в сущность всего своего народа разом. Но какой для этого нужен уровень силы, власти? Тяжело представить… А „дар“, скорее всего, есть вознесение на следующую ступень расы. Во всяком случае, на то похоже»
— Сколько даров нужно было принять, чтобы стать магом Истока? — демонолог чуть наклонил голову к боку. Ему даже не приходилось ничего изображать, любопытство било ключом.
— Пять, насколько мне известно. Я удостоился двух, прежде чем принял Смерть. Всякий, прикоснувшийся к могуществу Силы, терял возможность возноситься все выше и выше. У нас был собственный путь, такова плата. Ты уже должен был это понять, если бывал в любом из храмов.
— Бывал, однако не понимаю смысл твоих слов.
— Наставник не обратил на тебя внимание? Не послал тебе видения, не поделился нитью своих мыслей?
— Нет.
— Необычно…
— После Всеобщей Войны Арил’Ирун перестал проявлять себя. Совсем. Словно ушел и забыл о людях. Так мне сказал арил в храме.
— Но храмы продолжают строиться?
— Да. Недавно была восстановлена крепость Белых Мечей и храм Порядка.
— Хорошо. — скелет кивнул. — Когда Владыка вернется, он будет доволен. Люди не должны забывать Наставника. Он сделал для нас все, бросил вселенную к нашим ногам, а мы сделаем все для него.
— Ты полностью уверен в своих словах. От чего?
— Астральные Владыки — сила великая, неизмеримая. Они могли мановением руки изменять реальность, они могли Творить. Ты действительно думаешь, будто хоть с кем-то из них что-то могло произойти? Какая наивность, несвойственная сынам Тьмы. Я не зря упоминал, что на заре становления империи, Наставник сокрушал всех врагов на нашем пути. Так было, пока мы не столкнулись с нараддар. Владыки долго сражались, упорно, но победителя не выявили. Следом мы обнаружили детей Илтелура и крепко умылись кровью, а Владык стало уже трое. Понимаешь? К моменту столкновения с оставшимися двумя народами, Владыки уже сдерживали друг друга. Вмешательства Наставника стали редки. Скорее всего они и сейчас продолжают наблюдать за своими детьми, выжидая. Битвы на Ирридиле были особенно кровопролитны, не один десяток раз Владыки лично сходились на поверхности планеты, используя проекции.
— Вот как… хотелось бы когда-нибудь посетить те места.
— Я однажды сдерживал продвижение Семени Первозданного Леса, вместе с Домом Ал’Акрас. Битва выдалась столь масштабной, что мне пришлось прибегнуть к созданию дикой нежити, за что впоследствии понес кару от Силы. Мы использовали все, что могли. Шли на любые, самые отчаянные шаги. Ирун Ал’Акрас принес себя в жертву, воплотивший Оком Яростного Пламени. Маг, проживший семь столетий, принявший в себя мощь первородного элементаля огня, был ужасающ. Он обращал в прах целые орды тварей леса. Но был убит. Мгновенно. Илтелур превратил его статуэтку. В отместку, Арил’Ирун обрушил свой посох на Семя. От места удара земля на сотни километров пошла трещинами. Позже мой Дом воздвиг в том месте гробницу в честь павших и храм Памяти. Как вернешься, спроси о нем и битве в Расколотых Землях.
— Обязательно. Можешь поведать о других интересных местах?
— Конечно, я Таруш прожил достаточно…
Глава 70
— Интересные места… — немного задумчиво протянул Тирисфаль, закончив выслушивать истории. — Обязательно загляну в те края.
— Тебя поразит величие империи.
— Скорее того, что от него осталось. Боюсь, хоть мне наверняка то не известно, почти все тобой описанное находится за пределами нынешних границ.
— Тем лучше для тебя. — проекция некроманта будто бы пожала плечами. — Я уже почти смирился с упадком, но для других он сулит возможности. Брошенные храмы могут хранить реликвии, возвращение которых вполне способно послужить укреплению нынешней империи. Поверь мне, Оракулы всегда были щедры, особенно по отношению к магам Силы.
— От чего так? — колдун хмыкнул. В его понимании маги Силы скорее вредным, опасным и хаотичным элементом.
— Много пользы. Самые великие атрэс вышли из Дома Ашир. Некоторые легионы принесли империи десятки Сфер и бесчисленные сокровища. Дом Шесар, твой Дом, славился великолепными разведчиками, самыми скользкими и скрытными магами. О вас, ваших секретах и делах знали преступно мало. Однако, Арил’Ирун позволял. От него тайн быть не могло. Не среди людей. Именно выходец из вашего Дома, Талраш Молчащий, добыл подавляющее большинство знаний о Тени. — скелет ненадолго замолчал и щелкнул зубами, словно дальше ему говорить не хотелось. — Стоит ли говорить, что Жизнь и Свет пользовались куда большим почтением? Их служба была полезна, но куда менее рискованной и кровавой, чем у наших Домов. И более приглядной. Покуда редкие некроманты Ашир жили и погибали на полях боя, с каждой битвой все дальше уходя от человеческого облика, они нежились в городах и храмах. Пока Шесар гибли на острие атаки, добывая чужие секреты и защищая наши, Жизнь и Свет упивались незаслуженным тщеславием. Трижды проклятые лизоблюды. О, ты не представляешь, с каким удовольствием я бы передушил всех рабов Света. — он поднял и сжал задрожавшие кулаки. — С какой сладостной истомой я слушал новости о гибели очередного напыщенного идиота… Тебе сложно разделить мои чувства, я понимаю. Лишь надеюсь, что тебе не доведется иметь с ними дел.
— Почему? — маг потер нижний край маски напротив подбородка.
— Любишь выслушивать, как тебя поливают помоями никчемные твари, часто не способные даже постоять за себя?
— Любой, кому хватало на подобное глупости, долго не жил. Проклятья, знаешь ли, здоровью и долгой жизни не способствуют.
— Правильный подход. Редко сыны Тьмы подобное любили, предпочитая прятаться и скрываться, но я одобряю твой подход. Всякий червь должен знать, под чьей ногой его место.
— Так почему Свет и Жизнь позволяли себе подобное в отношении ветеранов бесконечной войны? Выглядит в высшей мере глупо.
— Полезность. — выплюнул скелет, на миг вспыхнув ярче. Сама мысль о том ему претила и вызывала яркое отторжение. — Видишь ли, последователи Жизни толкали вперед алхимию, совершая открытия и разрабатывая новые рецепты. Занимались селекцией животных и растений. Именно они высадили многие невероятные сады, в которых можно было найти что угодно. Под их ответственностью находились зверинцы. И пусть число их магов никогда не превышало десяти на всю империю, каждый добивался огромных результатов на своем попроще. Рабы Света взяли на себя иную роль. Они заложили основу храмовникам, особой страже. Искали подходящих, учили и тренировали, попутно пропитываясь высокомерием. Почему-то дуракам казалось, что они имеют полное право смотреть на остальных свысока. Один из этих презренных и наложил печать на гробницу. Наверняка не своим умом он ее поставил. Ему кто-то нашептал…
— Довольно обыденно для людей, ты так не думаешь? Такова наша природа. Она требует иерархии, установления четких границ и возвышения над другими.
— Забавно то, что столь отвратительному пороку были подвержены в основном последователи Жизни и рабы Света. Самые изнеженные миром, благами городов и вниманием Оракулов. Прочие Дома, не смотря на расхождения в некоторых взглядах, никогда не позволяли своим членам подобным образом относиться к другим. Мы ковали одну империю. Да и не стоит отметать самого обыденного взаимоуважения, которого были начисто лишены рабы Света. Они считали себя выше всех остальных Домов.
— Не могу не заметить, что маги Жизни не оставили столь кровоточащего следа в твоей жизни. Почему? Казалось бы, ваши Силы полностью противоположны друг другу.
На протяжении всего разговора внимательно следя за собеседником, чернокнижнику не составило труда заметить, как тот слабел. Не явно и не резко, а постепенно. Все тот же саван из маны, уплотненный до состояния языков пламени, покрывал кости. Однако все больше нитей энергии разлеталось вокруг.
