— Падение той твердыни — эльфийский труд. Во время нападения они сместили более глубокие слои Тени ближе к поверхности. Это само по себе увеличило их боевые возможности, но так же и позволило миновать всю защиту. У оборонявшихся, в сущности своей ремесленников, не нашлось достойного ответа. Их вырезали в течение часа. Таким образом империя утратила один из крупнейших источников разнообразных зелий и эликсиров, не считая прочих достижений алхимии. А что стало с благословенными садами, подаренными нам Наставником, вы и сами видели, аллур.

— Да, печальное зрелище. — Тирисфаль искренне кивнул, выходя на площадь перед храмом.

Некогда мощенная спаянным в монолит камнем, ровная и всегда чистая, сейчас она выглядела совсем иначе. Ее покрывали каменные мешки, неестественно выросшие из единого полотна, что гнойные шишки на воспаленной плоти. Из них обильно торчали длинные, тонкие пики, обещавшие глубокие раны и смерть всякому, кто попытается подступиться. Внутри своеобразных ежей находились люди. Обычные жители поселка, неспособные как-либо сопротивляться, столкнувшись в непреодолимой для себя силой.

Каменная скорлупа стала для них последним пристанищем. Могилой. Кровь сочилась из дыхательных отверстий, омывая бурыми потеками «ножки» каждого яйца.

Могильная тишина царила перед храмом. Даже троица малахитовых волков была бесшумна, изваяниями застыв на пороге храма.

— Я пытался защитить их. — глухо проговорил Террон. — Не смог. Только помог убить. Нужно было позволить им разбежаться. Возможно, так больше смогло бы уцелеть.

— Ожившие тени, да?

— Верно. Они способны не только следовать по пятам за хозяевами, но и отделяться от них. Я полагал, свет солнца помеха для их существования. Ошибся. Они вполне сносно держались под его лучами и проникали внутрь мешков, сквозь щели. В темноту.

— Все мы крепки задним умом. — колдун пожал плечами. — Легко судить о своих или чужих ошибках, зная итог. Увы, прошлое не переиграть. Содеянного не вернуть. К тому же, так ли ты уверен, что отпустить их было лучшим шагом?

— Нет. — фортификатор покачал головой. — Эльфы изначально нацелились не на меня или мою стражу. Их цель заключалась в истреблении именно обычных людей. Они всегда так поступали.

— Умно. — отстраненно отметил чернокнижник.

— Подло. Дети Илтелура очень высоко ценят свои жизни, поэтому всегда стараются избегать опасных схваток. Жалят из тени, в спину, и отступают. Если атака дала результат, то попробуют еще раз, по нужде. Если толка нет, отступят и выберут другую жертву. Они не атакуют заведомо более сильных. На равного нападают, превосходя числом.

— Эта тактика дает результат. Она же сыграла мне на руку. Спустись в мое подземелье двое эльфов, ученицы могли и погибнуть.

«А ведь правда, убийца решил не обламывать об меня зубы, пытаясь раскусить защиту. Вместо этого он постарался убить Лиалу и, видимо, собирался отступить»

— Он мертв?

— Превращен в кусок перемолотого мяса.

— Хорошо. — Ал’Тир смежил веки и глубоко вдохнул, прежде чем медленно выдохнуть. — Снова я у вас в долгу.

— Он пытался убить меня, мои учениц. Не говоря уже о том, что проник в мой дом и мог украсть какие-нибудь рукописи. Так о каком долге идет речь?

— Теперь эльфы несколько раз подумают, прежде чем сунуться к нам повторно. Вы добыли несколько лет спокойствия. Возможно, десятилетие.

— Потеря одного настолько значима для них?

«Наверняка все не так просто, иначе слыть эльфам пацифистами и рабами других старших рас»

— Отнюдь. Численность детей Илтелура на Ирридиле нам неизвестна, но их никогда не было мало, несмотря на слабую рождаемость. Просто эльфы не любят упорствовать на тех направлениях, где погибает хоть кто-то из них. Конечно, если это не связано с расширением Первозданного Леса. Тогда они начинают относиться к потерям несколько проще. Надеюсь, нам повезет.

— Не хотелось бы в скором времени столкнуться с ними еще раз. Давно мне не доводилось чувствовать холод клинка на своей плоти. К слову, как тебе удалось выжить?

— Верное средство — активный щит. Долгие отношения с эльфами научили нас поддерживать его постоянно. Разве вы не поступаете схожи образом?

— Маны нет. — чернокнижник махнул рукой. — Есть способ преждевременного раскрытия остроухих лазутчиков?

— Затратные чары, блокирующие три первых слоя Тени. Достаточно, чтобы перекрыть ход таким отрядам, однако кто-то более умелый проберется, не сомневайтесь. Могу поделиться.

— Буду благодарен. — демонолог кивнул. — Почему не накрыл ими Приют?

— Эти чары давно вышли из обихода. Мы их учим, но не используем. Видимо, придется прибегнуть к старой практике повсеместно. — Террон постучал пяткой посоха о камень. — Чтобы накрыть поселок и копи, потребуется использовать половину ресурса малого источника под храмом. Однако, теперь другого выхода нет. Поселенцев не направят, пока я не создам все необходимые условия.

— Так значит, это место не бросят. Я уж начал волноваться о продовольствии.

— Серебро и самоцветы нужны империи. Выработка не будет прекращена, пока затраты на нее не превысят полезность. Все-таки, люди тоже не бесконечны, особенно желающие рисковать собой и ехать жить на пограничье.

— Двух волков у тебя уже забрали.

— Огромная потеря. Уже второй раз им приходится сталкиваться с неподходящим врагом. Сначала порождения Астрала, теперь давний враг. А ведь они специалисты по истреблению чудовищ…

— К слову, мне аура эльфа показалась странной. Очень уж велика оказалась у нее степень сопротивления, относительно объема маны. Мои заклинания почти не имели никакого эффекта.

— Такова особенность детей Илтелура, помимо вечной молодости. Это вы еще не имели дела с их действительно сильными магами, аллур. Они для магии исчезающе досягаемы, хотя есть и слабость — выдыхаются достаточно быстро. Их запасы маны, как вы верно заметили, не так уж велики. И все равно, если верить текстам, с ними приходилось бороться группами, путем изматывания. Либо отправлять своего убийцу. Все-таки нам, магам, именно себе подобных убивать труднее всего. Металл справляется лучше.

— Спорное заявление, чаще всего оружие со щитами справляется хуже заклинаний. Хотя и мне доводилось терпеть поражения именно от воинов.

— Демоны и эльфы никогда не брезговали использовать помимо магии еще и оружие. В отличии от нас, они способны проживать кратно больший срок, что позволяет им достигать мастерства в обоих направлениях. В глубоком прошло мы потерпели множество поражений, пока частично не переняли их традиции. Так появились отдельные Дома воителей и разного рода храмовники. Впрочем, лишь единицам за всю историю человеческого рода удавалось достигать высот, на которых находятся многие демоны и эльфы. Наша стезя в ином. — фортификатор крепче сжал посох. —

Глава 56

Ларель резко вдохнула полную грудь воздуха, словно утопающая. Руки сами собой вскинулись вверх, крепко ухватившись за горло. До конца не осознавая реальности, она пустым взглядом уставилась в пол. Раз за разом девушка переживала тягучую, мучительную смерть. В конечностях чувствовался фантомный холодок, навеянный не оправившимся от смерти сознанием, а кончики пальцем покалывали мелкими иглами.

Во вспышках света, из полупрозрачных коконов, рядом с ней появлялось все больше и больше людей. Мужчин, женщин и подростков. Таких же Вечных. Половина дрожала, охваченная ужасом, некоторые, как и начинающая волшебница, мало реагировали на окружающее, у остальных реакция разнилась.

— Какое же блядство! — выкрикнул кто-то из них. — Какому умнику показалось, что подыхать в условиях наличия всех ощущения, ахуенная идея⁈

— Закрой пасть! Без тебя тошно!

— Ты меня не затыкай, если зубы ценишь!

— Второй раз сдохнуть захотел? Могу устроить.

— А давай! Посмотрим, кто кого! Хуже уже не будет!

Завязалась драка. Пара тощих, выглядевших измотанно и устало, даже в другом мире, мужчин, принялась остервенело избивать друг друга. Неуклюже, до смешного нелепо, но с полной самоотдачей. Первые брызни крови из разбитого носа украсили пол храма уже спустя несколько секунд