— Э... вашей маме в этот раз было так плохо, что боюсь, я не всё помню из нашей жизни, поэтому предлагаю познакомиться заново, — улыбнулась она.

Скептически настроенные дети только недоуменно переглядывались. Наверное, их мама еще никогда, приходя из больницы, не жаловалась на проблемы с памятью.

— Начнем с тебя, — указала она на старшего сына. Высокий темноволосый молодой человек, он действительно оказался выше её на целую голову, с серо-зелеными глазами, попытался улыбнуться.

Вообще все дети сидели так настороженно, будто в любой момент могли подскочить и убежать прятаться, именно такая атмосфера предстала перед Оксаной.

— Меня зовут Август, мне 15 лет, в школе буду учиться в этом году в 10 классе.

Далее вышла вперед девочка, среднего роста, даже чуть ниже Оксаны, стройная или худая, ко второму Оксана склонялась больше, если учесть, что творилось в кухне, длинные темно-русые волосы были заплетены в косу, а серые глаза излучали вызов.

— Меня зовут Октябрина, мне 12 лет, перешла в 6 класс.

К сестре присоединился еще один брат. Ниже её на голову, тоже худой мальчишка со щербинкой в зубах, конопатый, явно отцовские гены победили русый цвет матери, с серыми глазами, неловко переминался с ноги на ногу.

— Меня зовут Марат, мне 10 лет, я перешел в 3 класс.

Представившиеся дети слегка отошли в сторону, давая выход самым младшим.

Еще одна девочка, как ни странно, выше Марата, худая, короткие темно русые волосы и серые глаза.

— Походу глаза вообще у всех как на подбор, — подумала Оксана.

— Меня зовут Декабрина, мне 8 лет, я только пойду во второй класс.

Самая младшая сверлила Оксану глазами, как бы раздумывая, насколько можно той доверять. Вспомнив слова малышки, что мать её покалачивала, Оксана не удивилась, что ребенок был осторожен.

Длинные темно-русые волосы, раскиданные по плечам, ярко-серые глаза. Малышка теребила платье, чуть выпятив губу и смотря исподлобья, всё еще не решалась представиться. Не выдержав паузы, старший сын заявил: «А это наша Августина, ей 4 года. В садик она не ходит, мы за ней смотрим».

— Какие красивые у вас имена, — ответила Оксана, поняв, что сморозила большую глупость, дети наверное недоумевают, как так отшибло память, чтобы забыть имена детей.

— Ты сама говорила, что легче запомнить имя ребенка, если назвать его в честь месяца, когда он родился.

Такого Оксана не ожидала. Сумев справиться с эмоциями и не вытянуть лицо от шока, она только и проговорила: «Какая я оказывается оригиналка».

Мать этих детей, по ходу вообще странная женщина. Учитывая бардак на кухне, Оксана не удивилась бы, если мать этих детей тихая пьяница, она только очень надеялась, ради блага самих детей, что во время беременности их мать не пила.

Покончив с представлением, Оксана решила приготовить поесть.

— Надо занять руки, — думала она, — иначе мысли просто взорвут мозг.

Потихоньку встав, она отправилась на кухню. Дети еще раз переглянулись.

— И что это было? — спросила Октябрина, поворачиваясь к Августу. Тот пожал плечами.

— Возможно, это последствия сильного отравления, а вдруг нам повезет и мама станет нормальной? — думал он, уходя на кухню.

В его жизни была одна нормальная женщина — это его бабушка. Когда им случалось отдыхать у них в деревне — это были лучшие их дни. Всегда сытые и умытые, а сколько нежности и любви дарили бабушка и дедушка. — Эх, в этот раз даже не понятно, вспомнит ли мать, что обещала им эту поездку? — Он всегда летом по 100 раз на дню спрашивал маму, хватит ли им денег на поездку и знал, что той проще отложить нужную сумму, чем выслушивать сына. Да и сама она была не против того, чтобы отдохнуть от детей, это они чувствовали и сами. Порой ему казалось, что возвращаясь домой, мама смотрит на них так, будто рассчитывала не увидеть их еще долго.

Первым делом Оксана залезла в холодильник. Мышь там не повесилась, так как даже не за что было. Пустой от а до я, непонятно только, зачем его вообще включают. Развернувшись к вошедшему сыну, Оксана указала на холодильник.

— Мы съели последнее, что было съестное, — просто ответил он, слегка ссутулившись.

Уж не знаю чего он испугался, но пять детей, а еды нет.

— Так, сейчас мы с тобой пойдем в магазин. Деньги еще есть? — спросила я, помня, что еще осталась сдача с 1000, которую он мне дал днем.

— Да, немного, — чуть опешивший Август не спешил отдавать все припрятанные им деньги. Обычно за едой ходили он и Октябрина.

Увидев ту самую Октябрину в дверях, Оксана распорядилась: «Я сейчас соберу бутылки и мусор, заодно вынесем, а ты начни мыть посуду, чтобы не тратить потом на это время».

Через 20 минут Оксана была готова к походу в магазин.

Ближайший супермаркет она знала как свои пять пальцев, всё-таки родители жили рядом и она часто наведывалась сюда, а потом уже к ним. Любила побаловать продуктами, зная, что мама иногда экономила, считая, что может обойтись без некоторых продуктов.

На четыре тысячи не разбежишься, особенно на такое количество детей, но Оксана решила купить самые простые и необходимые продукты: картошку, вермишель, тушенку, пельмени, гречку. Фрукты и овощи она решила прикупить у дачников, которые как раз на остановке в оснащенном для этого месте и продают дары своих участков.

Оксана выбирала придирчиво не только сами продукты, но и людей, ими торговавших. Женщина, не вынимавшая сигарету, которая этими же слюнявыми руками брала товар, бр... Неопрятный мужичок, который видно сразу с грядки, где не только продукты, но и он сам «упахался» в земле, тоже отталкивал от себя. Наконец-то, когда товар и продавец не вызывали сомнения, Оксана набрала огурцов, помидоров, морковки, яблоки, так вообще нашла за бесценок и скупила целое ведро. Загруженные пакетами, они шли домой. Тяжесть эта была приятной, еда, урчавший живот как у самой, так и сына, поторапливал быстрее к дому.

Столько продуктов Август не видел еще никогда, только бабушка и дедушка навешивали на них сумки с продуктами, отпуская обратно в город, но здесь мама сама купила столько, даже не прихватив свое любимое блюдо — алкоголь.

После позднего обеда разговор не шел. Дети разбрелись по комнатам, закрывая двери. Уставшая Оксана решила прилечь. Сама не заметила, как проспала до утра.

Проснувшись в семь утра, Оксана с унынием поняла, что ничего не изменилось. Всё та же комната перед глазами: большая двухспальная кровать и шкаф с одной стороны, диван у окна, телевизор на тумбочке с другой стороны. Спать больше не хотелось. Оксана решила приготовить завтрак.

Сварив пельмени, она нарезала легкий салат из огурцов и помидоров. Уже в восемь она стучала в комнаты детям.

— Вставайте! Завтрак готов...

Услышав голос матери, Август чуть не слетел с кровати. Завтрак! Неужели он проспал? Обычно готовил для всех он и Октябрина. Мать спала по долгу, иногда только в 12 часов и приходила на кухню. Нет, восемь утра, не проспал, сейчас летом дети не вставали так рано, а тут мама сама приготовила...

— Надеюсь, это хоть съестное, — подумал он, будя брата.

Через пятнадцать минут дети неспешной стайкой пришли на кухню. Увидев их, Оксана указала на стол.

— Присаживайтесь, а то пельмени могут остыть сильнее. Вам как с бульоном или без?

Всё еще пребывающие в недоумении дети молчали.

— Мне с бульоном, — проговорила Октябрина, помогая самой младшей сесть на стул.

— И мне, — проговорил Марат, чуть улыбнувшись.

— Еще и салат есть, если не хватит, я еще нарежу, — сказала Оксана и села только тогда, когда у всех в тарелках была еда.

Кушали молча, но она и не возражала.

— Я сама помою посуду, а вы идите примите душ и почистите зубы, — наставляла она детей, они не стали спорить.

— Странная она какая-то, — говорила Октябрина старшему брату. — Не нравится мне всё это...

Убравшись на кухне, Оксана решила познакомиться с обстановкой в квартире.