- Жерар, – тихо сказала Софи. - может, давайте обсудим проблему, где будут жить наши дети, когда поженятся.

- Что ж, можем и об этом, если тема верности исчерпана. – ответил Жерар.

- А вот это вовсе и не проблема,- отозвался Бернард. – Пока поживём в моей квартире. Потом приобретём квартиру просторнее, когда точно решим, в какой стране будем жить и чем заниматься. У нас есть планы, которые мы пока не разглашаем, даже своим самым близким. Не обижайтесь. Мы только начинаем нашу совместную жизнь. Хотелось бы делать это самостоятельно. – Софи округлила глаза, но тут же изобразила на лице улыбку.

- Ники, дорогая, помоги мне принести фрукты, - поднялась она со своего места и, взглянув на дочь, показала ей глазами на кухню.

- Да. Конечно, ма. Пойдём. Пусть мужчины поговорят. - проходя мимо Бернарда, коснулась его плеча. Он улыбнулся и посмотрел ей вслед.

Едва Николь с мама вышли на кухню, Софи выпалила: «Ты что, собираешься покинуть Францию? Уехать из Парижа?» – она спрашивала так, словно дочь решилась на государственную измену.

- Ма, - улыбнулась Николь. – Пока это только разговоры. Мы ещё ничего конкретно не решили. Ты же слышала, что сказал Бернард. – Всё в процессе. Не волнуйся. Давай лучше поговорим о том, зачем тебе звонила Лизонька.

- Ах, да, – вспомнила Софи. – Бабуля звонила сказать, что… только ты не волнуйся, Ники. Присядь. – Она взяла дочь за руки и усадила на стул. - Лизонька сказала, что жена Ришара Пети приходила к ней и показывала ей письмо.

- Какое письмо? – Николь не понимала.

- Это письмо Ришара своей жене. Он писал, что никогда её не любил и что подаёт на развод. Написал, что любил Николь Дюруа всю жизнь и теперь, когда она свободна, то женится на ней. То есть на тебе… – Софи сделала небольшую паузу и продолжила, - Бабушка теперь очень переживает, не случилось бы ничего плохого. Лизонька не сказала мадам Пети́, что Ришар приходил и взял у неё твой парижский адрес, сразу после того, как ты уехала.

- Всё самое плохое уже случилось – ответила Николь и рассказала Софи всё, что произошло в эти два дня.

- Ô, mon Dieu, ta volonté – О, мой Бог, твоя воля! – вырвалось у Софи. Она зажала себе рот ладонью, чтобы не сказать ничего лишнего.

- Что-то уж долго вы с десертом возились – пробурчал Жерар, когда Софи с дочерью появились в гостиной.

- Зато посмотри, какую красоту мы принесли. – улыбнулась Софи в ответ.

Вечер знакомства с родителями невесты прошёл отлично. Все остались довольны.

Давай немного прогуляемся. – предложила Николь, когда они с Бернардом, вышли на улицу.

- Конечно, Ники. Давай погуляем. Надеюсь, теперь меня никто не ударит по голове? Или есть ещё кавалеры, способные на экстремальные поступки ради любви? – Бернард улыбнулся и чуть коснулся своегозатылка.

- Да будет тебе, Бер. Я люблю тебя. Понимаешь? Мы с тобой самые близкие. Хотя, может, ты так не считаешь? У тебя ведь есть мама и папа. Ты их очень любишь.

- Ники, дорогая. У тебя тоже есть мама и папа. Думаю, что ты их любишь так же, как и они тебя. Любовь к родителям это совсем другое. Родственные связи. Ты теперь для меня самая близкая родственница.

- Ах, значит я уже родственница, а не любимая? – шутливо стукнула она Бернарда по руке.

- Ты моя вторая половинка. Помнишь? Это больше, чем все родственные связи, вместе взятые.– он повернул Николь к себе и серьёзно посмотрел ей в глаза. Они подошли к дому.

- Бер, - тихо позвала Николь.

- Да, Ники. – моментально отозвался он.

- Давай сегодня пойдём ко мне.

- Конечно. – улыбнулся Бернард. – Я уже очень соскучился. – он повернул к себе Николь и поцеловал.

После ухода детей, вот уже двадцать минут, Софи́ и Жерар сидели за столом в гостиной молча. - Ну и что ты об этом думаешь? – прервала молчание Софи. – Нам нужно было рассказать Николь обо всём уже давно. Мало ли что может случиться.

- Нужно подумать. Он ведь сказал, что родился в Дублине. Это же другая страна. Мало ли людей рождаются в один день. Можно найти акушерку или врача, – он посмотрел на Софи. – Но зачем? Это наша тайна, и её не должен знать никто. Люди, которые забрали мальчика, рожденного одновременно с Николь, думаю, тоже хранят тайну. Что теперь говорить об этом? Вероятность того, что этот тот самый малыш, равна нулю. Сорок лет прошло. Мы не знаем кто они, куда уехали. А может, живут где-то рядом. Забудь, Софи. Да и той девушке, которая родила этих детей… уже всё равно, как бы грубо это ни звучало... Она умерла. Упокой Господь её душу! И прости меня. Я был совершенный болван. - Жерар смотрел на Софи, в глазах которой стояли слёзы. – Я даже не подозревал, что аборт может стать причиной, по которой ты не сможешь иметь детей. – Жерар остановился. - Ты смелая и решительная. Видимо, Николь в тебя. А я глупец. - Жерар опустил голову.

- Что теперь говорить об этом. – Софи аккуратно промокнула салфеткой, выкатившуюся слезу и улыбнулась мужу. – Что бы ни случилось дальше, это будет Судьба, – встала, взяла со стола чашки Николь и Бернарда, собираясь поставить их в посудомоечную машину. Вышла на кухню. Чуть постояла, словно раздумывая. Взяла два пакета и поставила чашки в разные пакеты. Затем вынесла пакеты на балкон. Вернувшись, посмотрела на мужа и улыбнулась, - В любом случае, с родителями жениха нас познакомят.

- Ники, я не могу остановиться. Желание обладать тобой захватывает, как цунами. – в который раз, доставив удовольствие Николь, прошептал ей на ухо Бернар. - Что же мы будем с этим делать? На часах пять утра.

- Давай чуть отдохнём, а потом продолжим… – ответила Николь и прижалась к жениху всем телом...

- Ну, уж нет. Отдохнём потом, - улыбнулся Бернар. – сначала продолжим…

- Да ты, я смотрю, совсем здоров… - прошептала Николь.

- Откуда что берётся. – шепнул Бернард. И вновь их накрыло волной удовольствия.

Глава 26 Не возражаю

В десять утра телефон Бернарда зазвонил. Ещё не до конца проснувшись, он взял трубку, даже не посмотрев на экран телефона.

- Алло, Берни. – это была Мадлен.

- Привет Мадлен. Почему так рано? Что-то случилось? – ответил Бернард, не открывая глаз. Он протянул руку обнять Николь, но рядом её не оказалось.

- Ты спишь ещё? Просыпайся. Я с хорошими новостями. Мы с Юханом Шва́льцем решили отпраздновать новый год в Париже. Ты рад? Мы остановились в отеле, недалеко от театра Гранд опера́. Прилетели сегодня утренним рейсом. После завтрака заказали гида с автомобилем. Он покажет нам Париж. Я сказала Юхану, что у меня здесь живёт старинный друг, с которым мы вместе учились в Кембридже. Он будет рад встретиться с тобой.

- Остановись, Мадлен. – Бернард открыл глаза. Сна как не бывало. – Ты, как всегда, пытаешься диктовать условия. Может, поинтересоваться моими планами было бы не лишним? – Николь стояла в дверях и улыбалась.

- Да ладно, Берни. Какие могут быть планы в новогодние дни? Мы хотим поздравить тебя с прошедшим днём рождения. Пригласить тебя в ресторан. Составишь нам компанию вечером? Тебе разве не будет приятно познакомиться с моим будущим мужем, погулять с нами по Парижу? – она, наконец, замолчала.

- Послушай, Мадлен. – Бернард сел на кровати. Николь подошла и поставила на тумбочку чашечку кофе. Он кивнул и указал глазами на место рядом. Николь присела. Бернард нажал кнопку громкой связи.

- Мадлен. Мы с Николь не возражаем составить Вам компанию, но у нас на сегодня уже есть планы. Мы рады, что вы с женихом проведёте новогодние каникулы в Париже. Встретиться мы сможем только вечером. Такое решение подходит?

В трубке наступила тишина. Через минуту трубка вновь ожила.

- Вы с Николь? Николь, это кто? – Мадлен чуть помолчала и продолжила. – Ну что ж. Будет приятно посидеть вчетвером. Договорились. Вечером в ресторане Гранд опера, в …

- Николь это моя невеста. – перебил её Бернард. - Думаю, на празднование помолвки мы вас пригласим. И вот ещё что. Вряд ли получится посидеть в ресторане, который ты выбрала, - уже гораздо спокойнее продолжил Бернард, - В этом ресторане заказывают посещение на месяц вперёд.