— Поразительная наглость, — шипит дамочка. — Вы расхаживаете по дворцу, как по своему коровнику.

— Я…

— Не дерзите! Вы тут временно, так что следите за языком, — глаза леди Руш вспыхивают яростью, когда она проходится взглядом по моему похорошевшему лицу.

Правда коже не хватает ухода, губы потрескавшиеся, и брови необходимо подровнять, но все равно с моим появлением Мари преобразилась.

— Я готовлю программу для отбора, — леди Руш смотрит на меня как на насекомое. — Через пару недель начнем. Но, — она поднимает палец, — я требую полного подчинения, мисс Идаль.

Хмуро смотрю на грымзу, но отвечать не имею права. Должна глотать оскорбления и надменный тон.

— На вашем фоне моя Клер раскроется особенно выгодно, — ухмыляется леди Руш. — Остальных участниц подберу попроще, естественно. И да… хотя бы раз ослушаетесь меня, я сделаю вам очень больно. Я умею наказывать выскочек.

Она с видимым неудовольствием отмечает мой вид и поджимает губы. А я пытаюсь просчитать, насколько велика на самом деле власть этой Руш.

Впрочем, руководить отбором ей вполне могли поручить. Не сам же император и его генералы станут придумывать конкурсы.

— Пощадите, госпожа, — шепчу склонив голову, а в душе обещаю, что грымза заплатит за каждое оскорбление и за каждую угрозу.

Страшно представить, что было бы, окажись на моем месте настоящая беззащитная Мари.

— Можете идти, мисс Идаль, — леди Руш презрительно фыркает. — И не расхаживайте по дворцу так свободно, помните свое место.

Она машет перед собой ладонью, словно я плохо пахну и, развернувшись, уходит.

Сжимаю кулаки и прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать гнев.

Вы станете звездой моих репортажей, леди Руш. Обещаю.

Конечно же, я не собираюсь слушаться приказов грымзы и продолжаю осматривать дворец. Меня интересуют хозяйственные помещения, куда мне заглядывать, как оказалось, не запрещают.

10.

Эдриан

Эдриан хватает стул и кидает его в стену, сбивает какую-то вазу, и тут же срывается вслед за женой. За Мари Идаль, которая действует на него, как красная тряпка на быка.

Девушка ускоряется, услышав его шаги, и громко хлопает дверью прямо перед императорским носом.

Вырваться из библиотеки вслед за ней, схватить и...

Он с силой сжимает ручку двери и с хрипом выдыхает воздух. Темная пелена перед глазами рассеивается и Эдриан тихо рычит.

Зачем он наговорил жене, хоть и фальшивой, столько гадостей?

Неграмотная замарашка не должна его волновать. А он уже в который раз ведет себя с ней не как здравомыслящий владыка, а как ревнивый любовник.

Что на него нашло? Что заставило сорваться, словно он тупой мальчишка?

Проведя рукой по лицу, он трясет головой, чтобы собраться с мыслями.

Поворачивает голову и упирается взглядом в валяющуюся на ковре книгу. Мысли приходят в порядок и то, что ускользало от него все последние сутки, понемногу обретает очертания.

Эдриан наклоняется и поднимает с пола фолиант по истории и религии Дургара.

Хотела научиться читать, жена? Так почему же не выбрала книги с яркими картинками, лежащие на нижних полках? Специально полезла на лестницу, чтобы взять конкретно этот кирпич.

Доказательств у него нет, но нехорошие подозрения камнями давят на сердце.

Втайне он не желал истинной. Он хотел Клер, только ее видел рядом с собой на троне.

Клер для него как глоток свежего воздуха, как летний ветер, как аромат розы. После смерти отца и свалившейся ответственности, Эдриан находил утешение в объятиях этой необыкновенной женщины.

Утонченная аристократка, она могла выгодно выйти замуж, но пошла на связь с наследным принцем, подарив ему свою невинность.

Эдриан пытается воспроизвести в памяти запах ее волос, но неожиданно понимает, что не может. Запах стерся, потускнел, а в носу стоит совсем другой аромат.

Мари Идаль не пользуется духами, но аромат ее кожи будоражит кровь. Он острый и пряный, очень женский и чувственный.

Догадка не заставляет себя ждать и от ужаса сводит мышцы. Он с грохотом кладет книгу на стол и сжимает челюсти, не желая верить.

Но... девица определенно ведет себя не так, как раньше. Движения уверенные, хоть она и пытается скрыть это игрой. Взгляд дерзкий, холодноватый.

Можешь оскорблять ее сколько угодно, Эдриан. Угрозы ничего не изменят.

Он хватает кресло и кидает его в окно. За ним летит очередной стул. За дверью раздаются испуганные голоса, но люди не смеют тревожить своего владыку, решившего громить библиотечный зал.

Надо понаблюдать. Возможно, боги все-таки смилостивятся над ним и Мари Идаль окажется подделкой. Не иномирянкой. Не истинной.

Он поднимает глаза к потолку, но бездушная белизна молчит и не дает ответов.

В бессильном гневе император может сколько угодно рычать жене в лицо, запугивая и угрожая, но поменять судьбу не в его власти.

Он опускает взгляд на книгу: история и религия Дургара. Душа желает верить в чудесное совпадение, в то что глупая селянка схватила книгу, прельстившись золотым тиснением на корешке. Или решила, что надо взять фолиант потолще, чтобы быстрее научиться читать.

Здравый смысл подсказывает — нет, Эдриан. Жена точно знала, что ищет. И так же сознательно она скрывает от тебя свою личность.

Эдриан стоит, прислушиваясь к себе, но не ощущает и капли любви к истинной. Его мозг ясен и воспринимает чужачку как угрозу.

Может быть, все-таки произошла ошибка и Мари не истинная?

Он понаблюдает за ней. Посмотрит, как девица проявит себя на отборе. Помогать он ей не намерен, пусть собственными силами докажет, что превосходит Клер Руш.

Внутри, в самых недрах души, начинает ворочаться что-то глубинное, первобытное, и трезвый разум подсказывает, что придется трудно. Очень трудно. Если он прав, то от попаданки жди бед.

***

Во внутренний двор стража меня неожиданно выпускает, а оттуда рукой подать до хозяйственных помещений.

Хм, странно, что лишней жене императора позволяют выходить к слугам. Но, может быть, это генерал Шарсо оставил мне лазейку?

Очень хочется верить в незримую помощь сильного союзника, но расслабляться не стоит. Я и так подставила себя с книгой. Мне выгодно, чтобы император считал меня туповатой и неграмотной, а теперь он может начать подозревать неладное.

Черт, и чего Эдриан притащился в библиотеку рано утром?!

Прохожу через двор и оказываюсь в помещениях, весьма отличающихся от императорского крыла. Тут все проще, строже, зауряднее.

Снующие между комнат слуги не смотрят на меня, но я, наверное, и не похожа на жену императора. Непроизвольно прячу руку, чтобы не увидели кольцо.

Незаметно стянув с пальца артефакт, прячу его в карман. Не нужны мне сплетни, нужен выход из дворца.

Наверное, я могу показаться слишком самоуверенной, но фокус в том, что мне нечего терять. Я прожила бурную жизнь и готовилась уходить на небо, когда заявился этот сомнительный божок со своим сомнительным заданием.

Так что терять мне нечего. Жить пленницей я не собираюсь и твердо намерена осуществить все свои смелые планы. Благо пресса в Дургаре развита хорошо — у них есть как солидные издания, так и бульварные газетенки.

Кухня находится довольно быстро, я узнаю ее по запахам и шуму. Проскальзываю в помещение, оборудованное огромными артефактами для приготовления еды. Они похожи на газовые печи, но поверхность подогревается при помощи магии.

Кстати, газеты дали много информации о повседневной жизни и быте Дургара. Они активно используют магию как сырье. Она греет, освещает, приводит в движение автомобили и поезда. Только летательных аппаратов у них нет — небо драконам надежно закрыли.

Стены в кухне кирпичные, мебель из светлого дерева, вокруг мраморные "острова", белоснежные раковины и холодильные камеры, обшитые все тем же деревом.

Мир Дургара я бы назвала "винтажным".

Впрочем, на кухне все же имеется старинный камин, в котором весело потрескивают дрова.