Ведь Дженна всё ещё моя мать.

- Он прав, - задумчиво отвечает она, - дракон не оставит драконёнка без помощи. А Рэймс, признай, уже делал вещи, которые могли закончиться весьма плачевно.

По коже сыплет морозом. Вспоминаю о выходке сына, когда он полез в озеро. Он ведь практически так и сказал, что сделал это, чтобы проверить свои силы.

Почти точь-в-точь, как говорил Дирэн. Сила может заставить его творить необъяснимые вещи.

- Выхода нет, - поднимаю на Дженну обессиленный взгляд, - придётся остаться… О чём ты говорила с Киллианом?

- Я не столько разговаривала с ним, сколько наблюдала, - не своим голосом отвечает она, - и почти уверена, что он погиб в тот день, когда Дирэн сжёг мой дом.

- Тогда как…?!

- Мне кажется, что он оживленец.

Молчу, поражённая. Судя по названию и контексту ситуации, оживленцы – это кто-то, кто был мёртвым. Был.

- Ладно. Что мы можем с этим сделать? – спрашиваю тихо.

- Без понятия, - сокрушённо выдыхает мать, - если оживленец беспрепятственно разгуливает под носом у Драконорождённого, вывод напрашивается один.

- Вряд ли он мне понравится…

- Да уж… Это означает, что Тёмный Драконорождённый рядом. Мы сбежали из его поместья, но не из-под его надзора.

Смотрю в пол, уже не испытывая ни малейшей надежды.

Как же мне сберечь наши жизни?!

Вскоре нам приносят обед. Рэймс просыпается чисто ради еды, и вскоре опять засыпает. Мы с Дженной следуем его примеру, задремав по обе стороны от скрутившегося в калачик мальчишки. Какой-то время я смотрю на его гладкую щёчку и надутые во сне губки, размышляя, когда только он успел вырасти… И быстро засыпаю.

Вечером служанки будят нас к ужину. Сонные, мы переодеваемся в принесённую одежду, а затем наспех ужинаем прямо в комнате.

- Как спалось, сынок? – спрашиваю осторожно.

- Не очень, - зевает мой драконёнок, - я ходил… кхм!

Поздно спохватился! Меня не успокаивает его виноватый вид.

- Я ведь просила взять меня с собой, если пойдёшь куда-то во снах, - с укором качаю головой.

- Я не специально! – выкрикивает Рэймс, - этот неправильный мужчина сам ко мне пришёл! От него воняло тухлятиной, и сон стал каким-то белёсым… Я не хотел!

Дженна бросает на меня многозначительный взгляд. Кэлл что-то хотел от Рэймса. Нужно рассказать об этом Дирэну.

С утра я настраиваюсь на визит к Рэну. Осознание необходимости разговора с ним страшно меня нервирует. Нет никакого желания наткнуться в этом поместье на его жену или дочь, хоть я и понимаю, что это неизбежно.

- Присмотри за ним, - говорю Дженне, целуя Рэймса, и она иронично усмехается.

Об этом её и просить не надо.

Поместье Дирэна живёт свою лучшую жизнь. Снуют многочисленные слуги, дворецкий в вестибюле провожает каких-то дамочек в широкополых шляпках. Они бросают на меня косой взгляд, и дворецкий его повторяет.

Конечно. Их платья соответствуют последним модным веяниям, и явно шились в каком-то именитом столичном ателье. Я же, после стольких лет жизни и работы в Саммерлэйке, выгляжу не столь ухоженно.

Только это и неважно сейчас. Я сберегла сына, и сберегу его впредь. А платья подождут.

- Госпожа Коррел, - негромко зовёт меня дворецкий, - господин дар Кёртис желает вас видеть. Просил проводить вас к нему, когда вы выспитесь и позавтракаете.

Меня передёргивает. Нет, я и сама к нему шла. Но узнать, что Рэн снова чего-то от меня хочет… Часом не потребует рассчитаться за помощь с обуздание силы Рэймса? Сжимаю ладони в кулаки. Киваю дворецкому, и он ведёт меня в кабинет Дирэна.

Ловлю себя на том, что осматриваю стены и оглядываюсь в коридорах. Мне и вправду как-то боязно повстречаться с нынешней супругой Рэна. Ведь это будет неопровержимым доказательством, что в его жизни теперь присутствуют другие важные люди… Самые важные для него. И, если бы не козни тёмного бога, этими важными людьми были бы мы с Рэймсом.

А может, у нас были бы ещё дети. Девочка, например… Стряхиваю наваждение, когда из-за угла появляется служанка с полным тазом свежевыстиранного белья. Нет, это точно не его жена…

Все эти года я не позволяла себе мечтать о белокурой доченьке, ведь мысли были заняты Рэймсом. Но сейчас, в непосредственной близости от его отца, моя броня даёт слабину. И это так глупо, ведь сейчас мне, как никогда, нельзя беременеть! И вообще, у Рэна своя семья!

- Господин вас ожидает, - дворецкий открывает дверь в кабинет, и буквально вталкивает меня туда.

Я лишь чудом не спотыкаюсь на входе. Дирэн, занятый бумагами за письменным столом, смеряет меня непроницаемым взглядом.

- Входи. Есть разговор, - велит он, указывая на кресло напротив.

Одет он со вкусом. Точно не у швеи в Саммерлейке одеждой закупается… Воротник белоснежной сорочки уголками едва касается подбородка. Камзол насыщенного зелёного цвета, напоминающего изумруд, скроен идеально под его фигуру. У глаз собрались мелкие морщинки, которых не было шесть лет назад.

- Как спалось? – он снова поднимает на меня напряжённый взгляд. И я вдруг понимаю, что он сам выглядит не выспавшимся.

- Прекрасно, как ни странно. Видимо, лучше, чем ты.

Он вздёргивает брови.

- Я не спал. Как ты поняла?

«Просто я хорошо тебя знаю»

- Выглядишь помятым.

- Горничная идеально отгладила мою одежду.

- Я про твоё лицо, Дирэн.

У него дёргается уголок рта. Рэн пытается это скрыть, но от меня не ускользает эта деталь.

Корю себя за сказанное. Ещё решит, что я с ним флиртую!

- Утром меня посещали две специалистки по теологии, - он переходит к делу, и я понимаю, кем были те две дамочки в шляпках, - и дали надежду на разрешение нашей проблемы.

- Нашей? – я настроена скептически.

- Да, - он откидывается на спинку кресла. Камзол натягивается на его мощной груди, - видишь ли, у меня есть свои счёты с Тёмным Драконорождённым. А некоторые древние предания говорят, что существует способ изгнать его из нашего плана. Навсегда.

Молчу. Не знаю, насколько это может быть правдой. Изгнать Тёмного Драконорождённого из нашего мира звучит, как мечта… Только исполнима ли она?

- Сомневаешься? – угадывает Рэн.

- Угу, - обдумываю его слова, - если это возможно – почему ты не сделал этого раньше?

Мой вопрос застаёт его врасплох. Вижу, как сужаются его глаза.

- Ты очень наблюдательна, - медленно говорит он, наклоняясь вперёд, - и таишь больше тайн, чем на первый взгляд могло показаться.

- Какие тайны? - сажусь в кресло, и забрасываю ногу на ногу, закатив глаза, - мне нужно спасти сына от этой потусторонней твари. Не знаю как. Но я буду пробовать, пока не получится. На самом деле мне неважно, почему ты не изгнал этого мерзавца раньше. Но если есть шанс сделать это сейчас – я в деле.

В его глазах видно одобрение.

- Твой сын необыкновенно силён, если дожил до шестилетнего возраста без помощи взрослого Драконорождённого. Считай, что здесь не обошлось без помощи Великой Драконицы.

По коже сыпет морозом. Мне некуда деться от чувства вины, ведь Дирэн прав.

- Обязательно воскурю благовоние в её честь.

- Я слышу сарказм в твоём голосе?

- Полагаю, что да. Великая Драконица бросила меня одной в такую пропасти, что и описать трудно. Не пришла на помощь, когда свершилось великое зло. А теперь ты пытаешься мне что-то рассказать о её милости? Не смеши…

- Что случилось с твоим мужем? – перебивает меня Дирэн.

Его вопрос логичен, но так нелеп, что мне не удаётся сдержать смешок.

- Это не имеет значения сейчас, - качаю головой, - если получится одолеть тёмного бога – узнаешь.

- Ты не спешишь делиться тайнами. Как же мне тебе помогать? – он склоняет голову набок.

- Ты тоже! – пожимаю плечами, - какие у тебя счёты с Тёмным Драконорождённым? Почему ты желаешь его низвергнуть?

Тут уже замолкает Рэн. Он явно не хочет мне что-то рассказывать, но при этом насмехается над моими сомнениями! Зато он прожигает меня таким огненным взглядом, что под его прицелом я тушуюсь.