Вот как он узнал, что Дженна – моя мать, и его бабушка. Он видел её сон. Может, он потому так изменился в последнее время? Увидел в чужом сне что-то, что его потрясло, или напугало?

Прихожу в себя, и бегу к озеру. Что, если он вернулся сюда, чтобы снова испытать свои способности? Но, даже если он под водой, как мне узнать, там ли он? Рэймс… Моё самое большое в жизни счастье, но и самая страшная боль. Понимая сейчас, что сыну плохо, а я не могу помочь, мне самой хочется умереть.

Поворачиваю от озера к городу, бреду по улочкам. Удача улыбается мне лишь на окраине города. Издалека я вижу высокую мужскую фигуру, ведущую обратно в город мальчика сопротивляющегося мальчика. Даже издали я узнаю Рэймса, и бегу к нему.

Держащий его мужчина оказывается Кристоном. Уже второй раз за сегодня он возвращает мне сына. Я падаю на колени рядом с Рэймсом, заключая его в объятия.

- Зачем ты сбежал, сынок? – спрашиваю с болью.

- Ты не захотела меня понять! – злится Рэймс, - ты ничего не понимаешь, мама!

В наш разговор вклинивается Кристон.

- Блэр, если ты не можешь сладить с собственным ребёнком, мне придётся принять меры.

На этих словах напрягается даже сын. Его недовольное выражение лица сменяется испуганным. Я встаю и отвожу сына за спину, загораживая его от бургомистра.

- Какие ещё меры? – спрашиваю сухо.

Кристон обводит меня таким плотоядным взглядом, что отпадают всякие сомнения.

- Мне придётся обратиться в службу опеки, Блэр. Твой сын неуправляем. Если в твоём доме не будет крепкой мужской руки, он таким и вырастет – избалованным, ни на что не годным.

- Закрой. Свой. Поганый. РОТ!!! – в исступлении срываюсь на крик, - шантажировать меня вздумал?! Как ты смеешь так говорить о моём сыне! На себя посмотри, ничтожество! Ты НИКОГДА не сможешь уговорить меня быть с тобой, никогда не сможешь сделать предложения в форме, которую я сочла бы приемлемой!

Он сжимает челюсти, на скулах играют желваки. Я даже жду, когда же он это сделает. Ну же, пусть ударит меня! Пусть только даст повод! Дженна снесет его голову раньше, чем я успею пикнуть.

Но я просчиталась. Всё происходит иначе. Когда я беру за руку Рэймса, чтобы увести его домой, сын вырывается.

Всё происходит в считанные секунды.

- Не смей обижать мою маму! – Рэймс бросается на него с кулаками.

И тут же падает на землю от мощной оплеухи бургомистра.

От ярости у меня темнеет в глазах. Даже не успеваю осознать, что делаю – через долю секунды лечу на этого мерзавца, посмевшего ударить Рэймса!

- КАК!!! ТЫ!!! ПОСМЕЛ!!! – бью его в грудь кулаком, и заношу второй для удара.

Кристон легко перехватывает мою ладонь, но я вырываюсь из его захвата, и бросаюсь на него опять. В этот раз мне везёт больше – получается залепить ему пощёчину. Не такую, как получил мой сын. Но достаточно сильную, чтобы Кристон пошатнулся.

- До чего же ты мне надоела, - он сцепляет зубы, и снова хватает моё запястье.

Цепко. Больно. В этот раз мне не освободиться.

- До сегодняшнего дня я уважала тебя!

- Как и я тебя, - он сплёвывает на землю, - но ты так и не повзрослела. Как была избалованной истеричкой, так и осталась.

Больно дёргая мою руку, Кристон ведёт меня по всему городу, словно хочет показать горожанам, кто здесь хозяин. Рэймс идёт следом за нами, и хнычет.

- Отпусти маму! – сын вытирает нос рукавом.

- Рот закрой, щенок!

- Сыночек, всё нормально, - язык не повернулся сказать, что хорошо, - беги впереди. Расскажи всё Дженне, - добавляю мстительно.

Когда Рэймс скрывается за поворотом, Кристон решает меня повоспитывать.

- Ты не смогла обучить его даже элементарным вещам, - голос бургомистра какой-то несгибаемый, - одеваешь его, как оборванца. Не можешь привить простых манер, вроде того, что нельзя вытирать сопли рукавами. Как мать ты не состоялась, Блэр.

- Твоего мнения не спросила, - отвечаю хмуро, сдерживаясь, чтобы не поморщиться от боли в запястье. Кристон сжал его с сумасшедшей силой, - я даже оправдываться не буду. Пошёл ты в Бездну, к Тёмному Драконорождённому!

В его глазах пробегает что-то страшное, маниакальное. Такое, что я раньше никогда за ним не замечала.

- Посмотрим, как ты запоёшь к вечеру, - я подмечаю затаённое злорадство в его голосе. Ёжусь.

И лишь теперь задумываюсь, как же сильно я полагаюсь на Дженну… мою мать. Если она, ведьма, не приструнит Кристона, то кто?!

Возле нашего дома никого нет. Когда Кристон затаскивает меня внутрь, Дженна сидит за столом и пьёт чай. Рэймса нигде не видно, но судя по тому, что Дженна так спокойна – он просто в другой комнате.

- Отпусти мою дочь, Кристон, - прохладно велит ему ведьма, - иначе руки, которой ты делаешь ей больно, лишишься крайне быстро.

Бургомистр не просто отпускает меня. Он с силой толкает меня вперёд, но я умудряюсь удержаться и не упасть. Смеряю его гневным взглядом, растирая запястье.

- Ты ударил Рэймса! – я готова взорваться от гнева, - здоровый, сильный мужик, додумался поднять руку на ребёнка! И пал в моих глазах ниже некуда.

- Угомонись, Блэр! – веско говорит Дженна, делая акцент на моём подставном имени, - иногда надо чем-то жертвовать. Если до Рэймса не доходит словами, значит, надо донести силой.

Я сдерживаюсь лишь потому, что она выделила имя Блэр. Словно хотела предупредить меня о напускной серьёзности этого разговора. Прикусываю язык, и сажусь на топчан, складывая руки перед собой.

- Их давно надо приструнить – мальца, да и дочурку твою тоже, - довольно заявляет Кристон, - ты не смогла сделать этого за годы. Придётся мне взяться за их воспитание. Из малого засранца сделаю воина. Пойдёт в военное училище. Там сейчас как раз набор в младшую группу. Если доживёт до второго курса – считай, человеком будет.

Громко фыркаю.

- В твоих мечтах, придурок!

- А эту кобылку надо объездить. Глядишь, и не будет такой норовистой, - он поднимает мой подбородок вверх, вынуждая меня посмотреть ему в глаза. Они неожиданно тёмные, совсем не такие, как я запомнила, - сегодня ты ночуешь в моём поместье, Блэр. Ты всё поняла?

Отхожу от него гневно. На языке вертятся десятки нехороших слов, которым я успела обучиться, живя в Саммерлэйке. Меня сдерживает лишь выражение лица Дженны. Если бы я знала её хуже, может, ничего и не заметила бы.

Но мы уже шесть лет живём бок о бок. Она встревожена, причём серьёзно.

Да и я тоже. Сегодняшний день потрепал нервишки. А Кристон от спасителя скатился до врага и в целом неадекватного человека.

- Всё поняла, кроме того, как могла смотреть на тебя без отвращения, - не сдерживаюсь, вспоминая, как от его удара упал на землю Рэймс.

- Блэр! – гневно предостерегает Дженна.

Кристон, кажется, лишь радуется оттого, что я не смолчала. Он совсем не похож на того сосредоточенного на работе молодого человека, которого я в нём видела.

- Давай, дерзи. Трепыхайся, пока можешь. Вечером пришлю за тобой экипаж. И ты в него сядешь, и приедешь в моё поместье, Блэр. Сбежать вы не сможете. Вы больше вообще ничего не сможете.

Он покидает наш дом, а я обессилено падаю на топчан. Дженна молчит, лишь смотрит в окно, не мигая. Мой взгляд замечает нечто новое в её внешности – дутый железный браслет на левой руке, которого раньше не было.

- Откуда…?

- Пока вас не было, - Дженна поворачивается ко мне, и я едва ли не впервые в жизни вижу слёзы в её глазах, - меня застал врасплох подручный Кристона. Это магоупорный браслет, и снять его я не могу. Теперь мы не сможем сбежать. Люди Кристона повсюду, они не выпустят нас из города. А создать портал я больше не смогу.

Эти слова ударяют меня, как хлыстом. Замираю на пару секунд, не шевелюсь от шока. Поганец не так прост, как я думала.

- Но откуда он узнал заранее?

Взгляд ведьмы темнеет. От гнева, или… от страха? Она загоняет пальцы под железо браслета, но не может стащить его с кисти, сколько не пытается.