— Маш, пошевели ногой... — Голос Кармацкого звучит хрипло.
— Всё хорошо. Совсем не болит.
Он смотрит мне в глаза. Стирает своими горячими пальцами мои слёзы. А затем легонько проводит большим пальцем по моим губам... Я не осознаю, что происходит... Инстинктивно открываю рот. Его дыхание рядом. Рефлекторно закрываю глаза... Но он лишь прикасается рукой к моей щеке и отстраняется.
— Маша, нужно сделать холодный компресс. Чтобы не было отёка.
Он выходит из комнаты, видимо в ванную, и возвращается уже с мокрым полотенцем. Оборачивает им мою ногу.
— Лёд есть?
Его слова...
Я как в тумане. Что происходит?
Его прикосновения, его близость... И в миг — отстранённость...
Моя реакция тоже странная: впервые после того случая мне не хочется сбежать и отстраниться. Напротив, меня как магнитом тянет…
— Маша?
— Лёд. Да. В холодильнике на кухне.
— Ок. Сиди.
Он выходит в поисках кухни. Слышу, как он хозяйничает... Немного возвращаюсь в реальность...
Кармацкий тоже возвращается, но со льдом и стаканом воды.
— Выпей! А я пока займусь ногой.
Он быстро делает импровизированный компресс, обернув мою ногу полотенцем со льдом.
— Немного посиди. Минут десять — и будет достаточно.
— Спасибо!
— Не благодари.
Он садится в кресло напротив. Пристально смотрит на меня, и его взгляд просто обжигает. На ноге — лёд, а на лице — пламя...
Не могу понять его. Зачем он остался? Зачем вообще взялся мне помогать, проявил заботу... Этакий защитник сирых и убогих. Но с Кармацким это как-то не вяжется…
Глава 9 – Болезненные возможности
Маша
— Маш, у вас прекрасный дом...
— Это квартира моих дедушки и бабушки, — зачем-то оправдываюсь я. — Я живу здесь с одной из своих сестёр, Дашей.
— С одной из?
— Да, у меня три сестры.
— Ого! Вашему отцу повезло. Такой малинник!
— Да, но папа не успел им насладиться... Он погиб десять лет назад. Младшей, Соне, тогда было восемь.
Кармацкий явно смутился.
— Извини. Я соболезную...
— Спасибо. Мы пережили уже эту историю. И когда твой отец — военный, ты, как ни странно, воспринимаешь это немного по-другому.
— А мама?
— О, мама... Она работает учителем в школе, и ей до сих пор непросто. Папа — это любовь и «дом» для неё. И она лишилась этого в одно мгновение...
Немного тушуюсь из-за своей чрезмерной откровенности. Что-то я разболталась. Но Кармацкий продолжает:
— Значит, ты пошла по стопам мамы? Тоже в образовании.
— Да, наверное. Но это был независимый выбор...
— Да уж. Чистый альтруизм!
— Ну, видимо, это семейное.
Я немного смущаюсь, но почему-то с ним мне легко делиться своими мыслями.
— Когда ты растёшь в семье военных... Мой дед тоже... Он генерал-майор, но уже на пенсии. Бабушка — врач, а мама — учитель... Немудрено, что выберешь профессию близкую. Мне нравится работать с ребятами, показывать им иной путь в жизни.
— Да... Значит, вся семья — бюджетники...
— Это так страшно?
— Нет. Нет, конечно. Я сам из такой семьи.
Кармацкий явно спохватывается. Что-то не туда зашёл наш разговор. Он немного хмурится и резко поднимается.
— Я, пожалуй, пойду. Вам же уже лучше?
Почему он перешёл на «вы»? А вот не хрен было болтать о «житие моем»…
— Да, спасибо. Не стоит беспокоиться. — Я хочу встать, но он меня останавливает, прикасаясь к плечу.
Никогда не подумаешь, что эта груда мышц может с такой лёгкостью прикасаться. Его рука нежно скользит от моего плеча вниз, и всё тело начинает покалывать — будто разряд тока проходит по мне... Его глаза темнеют. А я не могу не реагировать...
Он убирает руку. Проходит к входной двери.
— Мария, у нас завтра встреча. Мой секретарь свяжется с вами. А сегодня отдыхайте. Хорошего вечера!
— До свидания, — только успеваю произнести, но дверь уже закрыта. Кармацкий ушёл.
Странные ощущения... Глупо отрицать, но этот мужчина — как омут: он притягивает, манит меня. Я физически тянусь к нему, это как наваждение... Но это и очень пугает...
Близость для меня — запретная тема, больная тема...
Да, тело реагирует, оно откликается, но вот сознание, мои мысли, мои воспоминания не дадут мне это пережить. Надо это прекращать, чтобы не обжечься и его не зацепить огнём...
Наши отношения чисто деловые. Нельзя переходить грань...
И так всё запутанно в моей жизни, ещё не хватало болезненных отношений. А то, что с Кармацким возможны только такие, понятно без слов.
Мы из слишком разных «песочниц»...
Он — успешный бизнесмен, очень состоятельный мужчина свободных взглядов, новатор, но в то же время знатный бабник. Вся новостная лента пестрит заголовками о нём и его избранницах. Пока готовилась к завтрашней встрече, я прошерстила почти всю информацию в интернете, которую смогла найти.
А кто я? Преподаватель в вузе, девочка умная, но случайно попавшая в какой-то странный водоворот событий. Я та, что долгое время предпочитала реальным отношениям — книги, ярким знакомствам — проверенные семейные посиделки, страсти — тихую гавань своего воображения... Я никогда не влюблялась. У меня никогда не было серьёзных отношений, а те, что были — лишь юношеская глупость, ошибки которой неприятно и очень больно вспоминать... Это такие раны, что оставляют в душе воронку от взрыва, чёрную дыру, которая не затягивается, а только растёт и засасывает всех, кто попадает в поле её досягаемости...
Ноге и правда стало легче.
К ночи я вообще расхаживаюсь и не чувствую последствий этого инцидента...
Но немного стыдно за столь откровенные реакции на Кармацкого...
Надеюсь, он не придал им значения и наша встреча завтра пройдёт в рамках деловой беседы, без каких-либо отсылок к моей персоне...
Глава 10 – Предварительные ласки
Сергей
Стою, курю.
Матвеев построил неплохую квартиру. Осталось решить вопрос с домашним офисом, доступом ко всем продуктам из дома, плюс проконтролировать всё, что касается видеонаблюдения и хранения этих данных. Квартира в два этажа на 400 кв. метров требует своей сетевой инфраструктуры. Надо позвонить своему «сетевику» — пусть сам займётся, возьмёт кого-то себе в помощь...
