Наши прогулки по Петербургу были похожи на странную магию. Как будто я притягивала его сюда.

У нас появилось новое развлечение – считать вазы. Оказалось, в нашем городе они повсюду: на дореволюционных домах, в парках, на оградах, дворцах. Многие походили на старинные кладбищенские надгробия из Некрополя.

По мнению друга, вазы связаны с памятью о древней религии, где главным был культ смерти – точнее, перехода. Мне альтернативная история всегда была безразлична, но тема перехода – близка. В «школе осознанности», где я училась несколько лет, мы часто обсуждали, что земные воплощения – лишь подготовка к иным мирам. Гипотеза о вазах как напоминании о переходе быстро «прижилась» в наших разговорах.

Как-то мы «вместе пили» – я вино, он пиво. Я вышла на балкон. Из парка 300-летия виднелось огромное полотнище российского флага.

– У нас идёт дождь, и триколор висит.

– Вышли мне российский флаг.

– Не боишься? Вдруг нас СБУ прочитает?

– Не боюсь. Спасибо. Красивое.

Прошло меньше месяца с нашего онлайн-знакомства.

И неожиданно, проснувшись утром, я поняла: я люблю его. Весь день молчала – но хватило сил лишь до вечера. Тогда, выпив литр домашнего вина, я осмелела и сообщила:

– Я люблю тебя.

Мой собеседник удивился, но не слишком.

– Ты же меня даже не видела.

– Это неважно. Я поняла, что люблю тебя. Мне нужно говорить тебе это. Это окончательно. Я люблю тебя.

Я очень хотела, чтобы Андрей приехал. Меня не смущало, что у него нет имущества в России, и по петербургским меркам он зарабатывает немного. Я просто хотела, чтобы он был рядом.

– Ты сумасшедшая… Звать к себе незнакомого мужчину без ничего? Но – спасибо.

Разговаривали мы всё чаще…

– Наша история чем-то напоминает «Ромео и Джульетту» современности. Только герои – очень взрослые, – как-то заметила я.

– Солнышко, с тех пор в мире мало что изменилось. Люди так и не научились договариваться. Но мы изменим конец «печальной повести» – если не глобально, то хотя бы локально.

«Может, он тебя разводит? И таких у него ещё штук десять?» – предположил Миша. Я фыркнула. Разводить было не на что: я даже не обзавелась квартирой. Да и типаж – больно неподходящий для «развода».

«Вам сначала надо встретиться на нейтральной территории, – предложила знакомая девушка, наслушавшись моих историй. – Прилетайте оба в Донбасс, там и увидитесь. Делов-то».

Майское утро. Я еду на учёбу в метро – и мы, как всегда, переписываемся.

– А ты знаешь, это невозможно – просто ждать. Неизвестное время. Непонятный результат. Я не хочу ждать.

– Это твой путь. А могла бы быть счастлива.

Счастлива? Какое у него самомнение…

А через несколько часов я уже сидела в «Токио Сити» в Стрельне.

– Андрюша, ты знаешь, что такое фонтаны Петергофа? Нет?! Как ты живёшь без этого? Я там давно не была – там феерически красиво. Я рядом, пойдём посмотрим?

– Пойдём посмотрим, – уже привычно согласился Андрей.

И мы «пошли».

Майский солнечный Нижний парк был ослепителен. Я показывала Андрею все фонтаны, начиная с великолепного золотого каскада с Самсоном. По традиции я пробежалась под фонтаном –шутихой и совершенно вымокла. Я смеялась, фотографировала, снимала видео. И опять всюду были вазы. А потом я вернулась к утреннему разговору.

– Я имела в виду ждать не тогда, когда обстоятельства сложные, а когда ты сам от меня сматываешься. Совсем не удивлюсь, если уедешь из Украины, будешь доучиваться в Ростове – где живут твои дети, а мне скажешь: «Подожди ещё годик…» Я этого не пойму. Мой бывший так к родителям на дачу уезжал на всё лето.

– Нет, я приеду к тебе. А твой бывший просто не хотел быть с тобой – ему не особо нужны были эти отношения.

И в ту прогулку по парку со мной случилось странное. В этот солнечный, зелёный, голубой, белый и золотой день я приняла решение.

– Я буду тебя ждать. Столько, сколько понадобится, – сказала я. И сразу успокоилась.

– Добренько, – сказал мой друг.

Ранним утром следующего дня я гуляла в майском Елагином парке. Андрей затих и не отвечал на утреннюю корреспонденцию.

Я позвонила.

В голосе Андрея чувствовалось напряжение. У меня похолодело внутри, сердце ухнуло вниз.

– Что случилось???!!!

– Я только что получил сообщение. Похоже, это знак, который должен был появиться. Посмотри фото – там на украинском, но суть, думаю, ясна. Это банк. И, похоже, он собирается лишить меня карточки.

Смотрю на фото: сообщение зелёного банка – точь-в-точь наш «Сбер»… Требуют подтвердить, что клиент не связан с РФ и Белоруссией. А по транзакциям Андрея – «звязки» налицо. Для подтверждения нужно явиться лично в отделение. Да чего уж там – поговорить с СБУ.

– И что будешь делать? Попроси маму, друга или сестру завести ещё одну карту – и всё! Время есть, всё будет хорошо.

– Олюся, я уеду в Россию. Они меня достали. Начну собирать информацию. Надо понять, как и на чём поеду, что делать с квартирой и имуществом. Надо предупредить маму и сестру…

Всё случится раньше, совсем скоро, подумала я.

Сначала надо было решить вопрос с квартирой. Андрей обошёл всех местных нотариусов, пытаясь оформить генеральную доверенность на мать – гражданку Украины. Но все отказывались работать с российскими документами.

Со своей стороны я тоже стала искать «своего» нотариуса в тех краях.

Связалась с бывшей клиенткой, которая до войны оформляла доверенность на украинскую мать при покупке квартиры.

Рассказала всё честно.

– Контакты того нотариуса не подойдут – она уехала на запад, значит, теперь с другой стороны. Нам нужен юрист с нашей стороны, – деловито сказала она. – Поговорю с мамой – она учитель, очень многих знает.

Через день мы созвонились.

– Мама сказала, что не может помочь . Нет знакомых юристов с нашей стороны в тех местах… Сказала: пусть не рыпается, может, пересидит тихо до конца войны. А так – поедет к границе, его в СБУ заберут…

Я не выдержала и заплакала.

– Я всё это понимаю, – говорила мне чужая женщина. – У меня мама там, дочь… Созваниваемся – они тоже плачут. Пусть ваш человек остаётся на месте, пересидит – жив останется. А когда, дай бог, это всё закончится…

Квартиру пришлось просто оставить.

Я написала «бывшему» из серьёзного госучреждения, который «занимался войной» и часто ездил туда. Обозначила ситуацию, не вдаваясь в личное. Спросила про выезд нашего гражданина из Украины.

– Эм… Сейчас выбраться практически невозможно.

– Они реально наших убивают?

– Да, сам видел следы таких акций. Без украинского паспорта выбраться сложно, да и с ним сейчас мужчин не выпускают.

– А если доехать до границы, то при возникновении вопросов они не могут человека тупо депортировать?

– Нет, не слышал. Разве что линию фронта перейти самому. Скорее всего, попадёт в СБУ – и там мало не покажется. На Украине строжайший контроль. В Польшу россиянам – виза. Граница с Белоруссией закрыта – из-за уклонения украинцев от мобилизации. Ситуация безвыходная. Ничем помочь не могу. И у ФСБ здесь вопросы возникнут: что он там делал? Раньше надо было возвращаться. Или – идти сдаваться в местную полицию. Может, повезёт – интернируют в лагерь и обменяют.

– У него профессиональная деформация, – сказал Андрей. – Всё не так уж страшно. Юридически я имею право здесь находиться и въезжать-выезжать.

В интернете мы нашли единственный вариант для граждан РФ: выехать через Молдову – при наличии билета в другую страну.

– Я позвонил в приграничную службу Молдовы. Сказали, что пропускают. На чистом русском.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.