— А я?

— Ты — исключение. И не забивай свою головку этой ерундой отчужденных.

— Хорошо, миленький.

Быстро темнело. Вечер превращал золото крон в свинец. В глубине улиц сгустились тени. И чудилось, что затаившиеся в тенях эпиане с неодобрением смотрят на чужую юность, так неосторожно вторгшуюся в неведомый ей мир.

Показ реальной смерти в инфосфере запрещен.

Показ мертвых тел запрещен.

Рекомендуется не обсуждать без необходимости тему смерти.

Нарушения этих правил караются пятилетним сроком отчуждения от инфосферы. На игровые, виртуальные убийства данные запреты не распространяются. Правила ЭКо

Игровой городок размерами не уступал небольшому земному городу. Он и Она в этом деле знали толк и сразу поняли, что натолкнулись на эпианский центр аттракционов и развлечений.

Огнедышащие драконы и чудовища на фресках, в человеческий рост куклы магов и волшебниц, пещеры, лабиринты, гирлянды, веселые чащи — все напоминало развлекательные парки Земли. Только город был мертв. Ни души. Ни несчастной бродячей кошки. И невысказанное очарование детской карусельки замерзающей в снегах.

Бросив аэр с включенным радиомаяком у высохшего фонтана, юные туристы пошли бродить городом.

Костюмерная обнаружилась в третьем по счету павильоне. Сперва Она немножко испугалась эпианских манекенов, а потом пришла в восторг от громадного зала, битком набитого разнообразной одеждой, которой хватило бы на мегаполисный карнавал.

— Посмотри на это чудо!

Она ухватила белоснежное платье, сделанное из пушистых перьев, и через миг превратилась в принцессу.

— Давай переоденемся эпианами и, когда Художник будет работать, пойдем к нему по аллее. Представляю его физиономию!

Он выбрал алого цвета костюм и шляпу с пером. Перед восьмиугольным зеркалом предстал славный рыцарь.

— Отличная идея. Летим?

Принцесса ласково обвила шею дружка руками и прошептала:

— Не торопись, мой рыцарь. Ведь мы переоделись не только для шутки, правда?

О своих эпианских одеждах юные туристы вспомнили далеко за полдень.

Принцесса и рыцарь шагали городом развлечений. Заблудиться они не боялись — коммуникатор штука надежная.

Сказочный город был прекрасен. Каждая улочка открывала вид на необыкновенной красоты дворец, каждый поворот изумлял и обещал удивительную находку. Время от времени под ногами юных туристов звенели колокольчиками серебристые прямоугольники. Здесь их было особенно много.

— А вот сюда я точно никогда не войду, — сказала Она и указала пальцем в сторону громадной башки с широкой раскрытой пастью. Тройной ряд ее стальных драконьих зубищ оформлял вход в павильон.

Он осторожно, стараясь не дотронуться до металла клыков, заглянул в эту гостеприимно распахнутую «дверь» и увидел ведущие вниз ступеньки.

— Там…

Но Она уже выдернула его из пасти.

— Не надо. Жутковато мне. Гляди, как он глазищами нас гипнотизирует, заманивает.

— Ерунда. Здесь уже сто лет ничего не работает.

— Я прошу тебя.

— Там что-то черное на полу.

— Ну и что?

— Надоели споры наших умников. Вот будет здорово, если мы с тобой первыми во всем разберемся.

И Он исчез в пасти, видимо, с костюмом получив изрядную долю рыцарского мужества. Она топнула ножкой. Прошлась в одну сторону, в другую. Подпрыгнула на месте. А потом на четвереньках, хотя зубы чудовища позволяли входить не наклоняясь, отправилась за своим дружком.

Это был он. Целый и невредимый, без единой пылинки или крошки на поверхности, будто и не прошло сто лет. В глубине его клубились, завораживали черные разводы.

Принцесса шагнула к бездонному провалу черного прямоугольника, но наткнулась на руку рыцаря.

— Постой. Ничего не трогай. Мы должны срочно доложить на корабль. Интересная штучка, какой-то черный туман в раме. Корабль? Капитан? У меня хорошая новость. Какая? Мы нашли его. Не догадываетесь? Да. Черный прямоугольник. Да. Целый. Не тр-р-ро…

Рыцарь прыгнул. Опоздал. Принцесса дотронулась пальчиком до серебристой рамы, и сразу же тройной ряд стальных зубов с лязгом сошелся. Ловушка захлопнулась. И в тот же миг раздался дикий визг — это кричала Она, указывая пальцем куда-то в сторону ступеней. Там, рядом с лестницей, в глубокой и плохо освещенной нише лежали тела двух эпиан.

— Самое главное, что мы успели сообщить о прямоугольнике, наши координаты теперь известны. Нас найдут, догадаются, что мы в ловушке, раз связь пропала. Нас обязательно спасут.

Рыцарь гладил принцессу по плечу, шептал слова утешения. Он лгал. И Она это знала. Координаты коммуникатора определяются с точностью до ста метров, а сто метров — слишком много для здешних лабиринтов. Да пока долетят. А уже трудно дышать, скоро воздуха в этом склепе вообще не будет…

Би-би. Би-би.

Она упрямо нажимала клавишу вызова. Бесполезно. В эфире тишина. Стены подземелья, сделанные из светящегося материала, фактурой схожего с бетоном и пластмассой одновременно, радиоволны не пропускали.

Би-би. Би-би-би.

Она продолжала долбить клавишу. А что оставалось делать? Волшебной кнопки, которая бы открывала стальную тройную дверь, они не нашли. Кислорода в этом бункере оставалось, может быть, минут на двадцать.

Би-би.

Слезы на ее щеках уже высохли, оставив ясно различимые дорожки. В лице, взгляде проявилось оцепенение, вызванное встречей с неизбежной смертью.

Би-би-би…

Она отшвырнула коммуникатор, прижалась к плечу друга.

— Милый, я не хочу умирать. Не хочу. Мы ведь не умрем? Не задохнемся? Придумай, миленький, придумай что-нибудь!

Он уже молчал. Только гладил ее по плечу. Он был молод, но далеко не глуп, пусть таковым порой с вызовом и прикидывался. Он сразу понял, что у них нет никаких шансов, может быть, чересчур сразу.

— Что ты молчишь, миленький? Не молчи, прошу тебя.

— Мы не задохнемся. Это нам не угрожает. Видишь голубоватый газ под потолком? Чувствуешь сладкий запах? Похоже, мы попали в камеру для мумификации. Мы останемся молодыми, как та парочка в нише. Навсегда.

— Я не хочу превращаться в мумию, я жить хочу, миленький.

— Чепуха. Если местные отсюда не смогли выбраться… заснуть, заснуть…

Внезапно он отвалился к стене и свернулся калачиком.

— Миленький!

— Отстань… куда ты?., ха…

Ему хотелось рассмеяться, но сил не хватило. Как смешно она бегает на четвереньках. А черный прямоугольник оббежала — боится его, глупая. Ну зачем она тормошит эти несчастные мумии? Ха, она что, целуется с ними? Чепуха. Все чепуха. Бегай на четвереньках — не бегай. Двигайся — не двигайся. Конец один… смешная, какая она смешная… стащила у мумии золотую побрякушку, ладит себе на висок, сумасшедшая… поднимает черный прямоугольник… прислонила к стене… бедняжка… ну не надо, не надо столько поцелуев, не надо меня целовать… не будите меня…

Видя, что поцелуи не помогают. Она принялась его трясти. Глаза ее сверкали безумием.

— Вставай, миленький, мы спасены. Мы еще успеем спрятаться в черный прямоугольник.

— …сумасшедшая… бедная… иди куда хочешь… меня не трогай!..

Он оттолкнул ее и попытался вновь забиться под стенку. А Она метнулась к мумии эпианина, сорвала с его виска золотистый диск и уже из последних сил подползла к своему дружку. Поднесла к его глазам золотую шайбочку и указала на такую же на своем виске.

— Черный прямоугольник — это не экран, не картина. Это дверь. — Она постучала пальчиком по шайбочке: — Отсюда узнала. Диск — это и коммуникатор, и эпианская инфосфера. Дай тебе его прилажу возле уха, увидишь, там картинки ярче, чем в инфосфере.

— Уйди… убери гадость… я сплю… я в голубых облаках…

Он злобно и больно лягнул ее ногой. Она не отреагировала, достала из широкого браслета крохотный флакончик и принялась духами натирать нос своего дружка. Молодежные духи победили дурман сверхцивилизации. Глаза его открылись, с лица сошла блаженная улыбка. Для убедительности тряхнув его за воротник, Она затараторила: