– Брысь отсюда! – гаркает на Леську, та испуганно собирает вещи и уходит под улюлюканье Горкина.

И вот, я один на один с тем, кто еще вчера опоил меня и хотел сделать страшное. Сглатываю.

Ангус садится рядом, по-хозяйски обнимает меня за плечи. Тело деревенеет. Жуть!

– Зря ты вчера сбежала, Мира.

– Да ты что… – пищу, ругая себя за слабость.

– Я очень расстроился. А когда я расстроен, кому-то может быть плохо, – шепчет он, касаясь губами моего уха, – как там твоя подруга?

Машинально отодвигаюсь.

– Не касайся меня, – мычу, – мне неприятно!

– Да ты что? – его вторая рука ложится на моё бедро, – вчера приятно было.

– Не было! – выпаливаю, – ты накачал меня какой-то дрянью!

– Но мне ты интересна, – он растекается в мерзкой улыбке, – я тебя хочу. И получу.

– Коснешься, и я пойду в полицию! – выпаливаю последний аргумент.

– Правда? Интересно будет посмотреть, – хохочет мажор, – если что, мой отец прокурор. И он оценит очередную попытку бедной шлюхи залезть ко мне в койку. А потом заявить типа я её изнасиловал. Думаешь, ты первая?

– Урод! Отвали от меня! – рычу, – подонок!

Смелость возвращается ко мне. С силой отпихиваю Ангуса, но он до боли стискивает мои руки. Резко дёргает на себя, впечатываюсь в его грудь.

– Ты дашь мне прямо сейчас на этом столе. Иначе видео с твоей голой задницей в моём доме увидят ректор с деканом, а ещё твои нищие родаки.

Леденею. Вот же сволочь! И что мне делать?

Испуганно таращусь на мажора. Неужели нет выхода? Блиин! Помогите…

Внезапно со стороны двери слышится возня. Затем громкий вой Горкина. И звук падающего на пол тела.

– Ну чё там? – продолжая сжимать моё запястье, нехотя отвлекается Гусев.

– Привет, Ангус, – переступив валяющееся в бессознанке тело Витьки, в аудиторию входит Пит, а следом за ним Рамиль. Рам крутит в руках мобильный.

Как же я рада их видеть! Они снова меня спасли!

Мажоры приближаются к нам.

– Отпустил её, быстро! – рычит Рам, сжимая руки в кулаки, – или рожу разукрашу так, что папаша не узнает!

Ангус расцепляет свои зверские объятия, я падаю на скамейку, затем уползаю в другую сторону.

– Вы ради мелкой шлюхи решили на меня нарваться? – встаёт, заглядывает Рамилю в глаза, – Алимов, тебе одного раза мало было?

– Она наша девочка, – вклинивается Пит, – так что забудь о Мире. А лучше заканчивай свои подлые игрульки, Ангус. В одну воду дважды не войти. Можно и утонуть ненароком.

– Хуйня! Свободна она! – бесится Ангус, – и эта тёлка МОЯ!

Хрясь!

Кулак Пита впечатывается в лицо Гусева. Тот визжит, падает на пол. Из его носа течёт кровь.

– Я сказал наша, значит наша. Ещё раз тебя рядом увижу… – он присаживается, – до папули не добежишь.

– Мира, иди сюда, – жестко говорит Алимов, – быстро!

А мне два раза повторять не нужно. Смахиваю ручки и тетрадь в рюкзак и спешу к нему. Встаю за широкую спину брюнета.

– Вы ответите, суки! Горкин, блядь! – Ангус спешит унести ноги, – бесполезный кусок дерьма…

Стою, трясусь, с ужасом гляжу ему вслед.

– Ты как? – Пит резко разворачивает меня, осматривает, – испугалась?

– Вы… – ошалело гляжу на блондина, – это вы…

– Пойдем отсюда, – рычит Рам, – сейчас уже пара начнется.

– Ты видео удалил? – спрашивает Пит.

– Да. Но только с телефона Горкина.

– Блядь…

Они выводят меня в коридор. Ангуса и Горкина уже след простыл. Офигевшие студенты моей группы провожают наше трио охреневшими взглядами. А мне плевать, кто и что скажет. Подумаю об этом потом.

Сердце бьется, как бешеное, мне всё еще безумно страшно.

Молчу, лишь безвольной куклой следую за парнями. Они выводят меня из универа, сажают в машину.

– Я утром не ел ничего, поехали пожрём, – весело говорит Пит.

– Окей. Мира, ты как?

– Ладно… – тихо говорю.

– Отлично!

Они везут меня в приятную кафешку в центре. Посетителей ещё нет. Но я рада, потому что появление Ангуса реально шокировало. Пит отодвигает мне стул.

– Ну ладно тебе, не трясись ты так, – улыбается он, – мы спасли тебя снова!

– А как вы узнали? – наконец-то разлепляю губы, – что он в аудитории?

– Шли на пары, думали вещи твои отдать. Нашли вчера джинсы, мобилу и студак. И тут к нам девчонка подбегает вся бледная и буквально тащит в ту аудиторию, – пожимает плечами Рамиль.

– Леся… – выдыхаю.

– Ну мы подорвались, в общем-то… а чё делать? – пожимает плечами Сёмин, – надо было спасать нашу блондиночку.

Разговор прерывает подошедшая официантка. Принимает заказ.

– Девушке ваш фирменный омлет, капучино и круассан, – подмигивает Пит.

– Будет сделано, – она уходит.

И я лишь сейчас понимаю…

– БЛИН! Я же пару прогуляла! – восклицаю, – могла бы автомат получить.

Роняю лицо в ладони.

– Забей. Если это Степаненко, она тебе и так поставит автомат, – тянет Рам, – сегодняшний прогул ни на что не повлияет.

– Да? – воодушевляюсь, – надеюсь…

– Не парься, Мира. Будет тебе зачёт, – блондин смотрит на меня очень внимательно.

– Что? – краснею.

– Ты милая. Чертовски… ваще, – он улыбается, – я сражён, честно. И почему раньше тебя не видел на занятиях?

– Да ладно вам, – смущаюсь, не знаю, что сказать, – я и в подметки не гожусь другим девушкам.

– Он прав, – подаёт голос Рам, – ты очень красивая, Мира. Дело не в шмотках и штукатурке.

Они оба так пристально смотрят. Я не понимаю…

– Ну так что скажешь, красавица? – глаза Пита хитро поблёскивают, – согласна стать нашей девочкой? Мы доказали, что можем защитить тебя… ну же! Соглашайся!

Они так настойчиво уговаривают! С одной стороны да, эти парни дважды спасли меня. И наверное, я могу им доверять.

Но с другой, я совершенно не хочу никаких отношений! А что, если соглашусь и меня обманут? Ангус вначале тоже был обходительным. Плюс их двое. Придется выбирать?

Это очень сложный вопрос. Но Пит и Рам ждут.

Я собираюсь с духом и озвучиваю свой ответ…

Горячие струи душевой воды обжигают мою и без того распалённую кожу. Стою в кабинке, прижимаю к себе трепещущее женское тело. Глажу белые мокрые волосы. Вдыхаю стоны той, которую так отчаянно хочу.

Мира…

Маленькая, нежная блондиночка.

– У тебя красивое имя, – шепчу, но с губ не срывается ни звука.

Что за хуйня?! Я хочу, чтобы она слышала мои слова!

А Мира стонет!

Извивается в моих руках, выгибается и даёт понять, как ей хорошо. Низ живота горит сильным желанием, яйца лопаются от напряжения. Мне не терпится погрузиться в эту девчонку.

Ведь я знаю, что она очень горячая, мокрая и готовая.

– Моя, – делаю очередную попытку произнести хоть слово, но тщетно.

Она поднимает глаза. Моя девочка. Такая сладкая, доверчивая. Смотрит, кусает губки. Хочет.

– Рамиль, – стонет, приводя меня в исступление.

Неистово сжимаю её попку, глажу мокрую нежную кожу. Готов слизывать с неё эти чертовы капли воды. Носом вжимаюсь в шею. Она пахнет всё также.

Ягоды, конфеты… моя конфетка.

Мира…

Тонкие ручки находят мой член и безбожно дрочат. Сука! Стискиваю зубы, чувствуя, как тяжелеет пах. Мира тяжело дышит, выдаёт своё желание. Не ломается.

Вдоволь насладившись круглой попкой, веду ладонями вверх, вдоль узенькой талии. Стягиваю, сминаю. Выше. Её грудки такие маленькие, сладенькие. Массирую их, чувствуя трепет, с которым малышка принимает мою ласку.

– Да, моя девочка… вот так… покажи, как тебе нравится… – я знаю, что она слышит меня.

– Ах! Да! Ещё! – попискивает, когда я скручиваю в пальцах её твердые соски.

– Вот так нравится? Или… – сильно сжимаю всё полушарие.

– И так, – шепчет, – мне всё нравится! Не останавливайся!

– Ахуенно, – выдыхаю, нахожу алые губы и целую.

Больше ты меня не оттолкнешь! Стягиваю мокрые волосы девчонки на затылке, рву губы поцелуем. Мне мало, сука, слишком мало! Засовываю язык глубже.