– Брутто, дай ей прийти в себя!

Каспий не обратил на него никакого внимания, даже когда рука вампира с силой сжала его плечо. Прикусывая губу, Каспий сконцентрировался и кончиками пальцев коснулся ее щеки.

– Ив, – тихо спросил он, пытаясь подарить ей ощущение безопасности и нежности, – Ив, как ты, Ив?

Она сделала глубокий вдох, напоминающий всхлип, пару раз моргнула и посмотрела на него. Каспий улыбнулся ей, стараясь не спугнуть. Ее лицо исказилось от боли.

– Он говорил, что я герой, что я отважная, что я могу спасти… А я бросила его, бросила! Почему вы еще не там? – обратилась она к Кольту.

– Мы отправили туда людей, как ты и просила.

– Не говори Селене. Она должна думать, что с ним все хорошо.

– С кем? – не понял Каспий.

Она опустила голову, а руки так вцепились в коробку, что вот-вот помнут твердый картон.

– Я совершила массу ошибок… Мне так плохо. Столько людей из-за меня пострадало… Я… А я еще не у власти. Я не справлюсь! Не справлюсь!

– Тише, тише, – прошептал Каспий, обнимая ее и оставляя ладонь на ее шее. Ее дыхание стало тихим и размеренным, но беспорядочный шепот о собственной никчемности так и не прекратился.

– Я знаю, как все закончить. Знаю. Нужно заехать только в два места.

– Заедем. Вытащим тебя и заедем. Мы все успеем. За Кави кто-то присмотрит.

– Не думайте, что это будем мы. На нас и так свалилось до хрена работы, – не удержался Кольт, недовольно глядя на них.

Ивейн успокаивалась, в ней появилась прежняя решимость, которой хватило разве что на то, чтобы вытереть слезы и улыбнуться.

Томас аккуратно заглянул внутрь.

– Ивейн, пойдем, родители Уоррена уже уехали.

Ивейн подошла к Томасу, все еще прижимая к себе несчастную коробку. Каспий так и остался сидеть на коленях, понимая, с кем именно разговаривала Селена, и вспоминая, у кого тело Уоррена.

Тело. Точно. Суббота. Он мечтал наорать на Ивейн за договор с некромантом, но сейчас было не время, да и вряд ли она догадывалась, на что себя обрекла.

– Мы будем в машине, – кивнул Томас, прижимая к себе девушку.

– Ваши родители звонили, – вспомнил Кольт. – Сказать, что вас эвакуировали в школу?

– Они завалятся в школу, – пожал плечами Хиллс. – Хотят уехать из города.

– Лучше послушайтесь их. Если б я через пару часов не сгорел на солнце за чертой города, то свалил бы к чертям собачьим, – фыркнул Кольт, когда Каспий все-таки встал. – А ты, Брутто, останься, надо поговорить.

Он вернулся за свой стол и открыл дверцу, за которой стоял сейф.

Томас и Ивейн к этому моменту уже ушли, а Каспий боялся подумать, зачем он понадобился шерифу.

– Я под покровительством Барона, с меня сняты все обвинения.

– Я не об этом, – недовольно пробубнил Кольт, все-таки справившись с замком. На столе оказались крошечный пузырек и конверт.

Каспий громко вздохнул, проводя рукой по волосам. В его взгляде читалась обреченность. Кольт, кажется, и сам был не рад.

– У вас же был договор.

– Да. Из вены в рот, пузырек сделан из моего клыка с помощью магии. Поэтому договор не нарушен. – Он криво и довольно ухмыльнулся, глядя на Каспия снизу вверх, но выражение лица вновь стало усталым и недовольным, даже печальным. – Мы с твоим отцом были друзьями.

– Кто бы сомневался, – фыркнул Каспий, всплеснув руками. – Я еще не решил.

– И не решай, – тут же ответил он. – Все, что я должен сделать, – это передать два ингредиента: договор и кровь Лавстейн. Остался третий. – Он заинтересованно оглядел Каспия, постукивая пальцами. – Тебе придется забрать. Можешь это не использовать, но взять обязан.

Каспий быстро, словно делая одолжение, распихал все по карманам.

– Все? Свободен? – с раздражением спросил он. Кольт молча махнул ему рукой в сторону двери. – Ну спасибо!

Но у двери он остановился, преодолевая свою гордость, и обернулся к шерифу.

– Что вы об этом думаете?

– Что твой отец – конченый псих. И всегда им был. Дня полтора еще, да? – Он сверил по часам. – Сколько нам там уготовано, а вам, детишкам, решать.

– Вечность, – прорычал Каспий, напоследок хлопнув дверью.

На улице у машины его ожидали друзья.

– И куда мы? – крикнул он, спускаясь по ступенькам. Ветер был такой сильный, что приходилось кричать. – Что за место?

– Первое придется поискать. – Ивейн села на пассажирское сиденье автомобиля Хиллсов. В руках она так и держала «Монополию». – Но я почти поняла, где это.

Каспий оглядел оставшихся, Хейзер стояла у своего «жука», ища что-то в телефоне.

– Выясню, что учудили маги, и попытаюсь добиться чего-нибудь от Барона. И да, Томас, – она ткнула пальцем в переполненный участок, – твоих дружков дело?

Хиллс закатил глаза.

– Да. Но понятия не имею, зачем они им.

– Честно? – переспросила Хейзер.

– Честно! – не выдержала Селена. – Мы ее вытащили оттуда, думаете, мы до сих пор не на вашей стороне?

– Вот Варрон меня удивил, честное слово, – саркастически напомнила Хейзер и села за руль. – Как найдете это место, отправьте мне СМС. Дальше что-нибудь решим.

– Веди аккуратно, – Каспий постучал по капоту, – метеорологи обещали дождь из сосен.

– Постараюсь, – оскалилась она, перемигнувшись с Ивейн, и повернула ключ зажигания. – Удачи!

– Счастливо! – отозвались они, загрузившись в машину. Каспию пришлось потесниться с Селеной, которая вжалась в самый угол и делала вид, что ей ой как интересно смотреть в окно.

Ивейн обернулась к ним и постаралась улыбнуться, но вышел полубезумный оскал. Ну, она старалась.

– Финишная прямая, ребята. Осталось совсем чуть-чуть. А дальше мое совершеннолетие отпразднуем! Весь город будет на ушах! – в руках она держала заляпанную кровью коробку, в глазах царило чистое помешательство.

Каспий фальшиво улыбнулся, пальцы сжали крошечный пузырек в кармане куртки. Это дарило ему спокойствие.

Четыре друга сидели в кафешке, которую сложно было не назвать забегаловкой. Четыре пластиковых стаканчика: один с капучино, два с американо и один со сладким зеленым чаем. Все с крышечками, чтобы не обжечься. Пили мелкими, но резкими глотками. Стол был завален пластиковыми картонками с пятнами от жира и крошкой от глазури и картами.

В окно врезалась ветка, ветер гонял мусорные пакеты и ворох объявлений о пропаже. Забегаловка «Зу» стояла как крепость, а сам зомби мертвым взглядом смотрел вперед. Он слишком долго пробыл мертвецом, чтобы мыслить. Его существование держалось лишь на старых бездумных привычках, сформированных еще при жизни.

Я отвлеклась от работы и посмотрела на апокалипсис за окном. Каспий с лицом, будто пытался переварить живую мышь, не мигая пялился куда-то вбок. Селена отошла в уголок, чтобы продолжить спор с родителями по телефону. Томас – единственный, кто был занят делом, – чертил что-то на картах и сверял досье. Он неожиданно поднял на меня взгляд, словно хотел напомнить, что между нами была тайна, которую нужно продолжать хранить. Не хватало сейчас Селене узнать еще и о Варроне.

– Как ты вообще до этого додумалась? – вышел из транса Каспий, недовольно сверяя координаты. Всю нашу поездку он держал правую руку в кармане, и меня это немного напрягало. Думал, что не замечу. К слову, обо мне: коробка с игрой до сих пор лежала у меня на коленях.

– А? Ну да… В общем, мы знаем точно, что пропавшие люди – дело рук менталистов.

– Не спрашивайте меня, зачем им это, я понятия не имею, – раздраженно откликнулся Томас.

– Но, как мне кажется, послания кровью животных не в их стиле.

Томас согласился. Его сестра со вздохом облегчения сбросила вызов и вернулась за столик. Они обменялись какими-то малопонятными для всех остальных взглядами и снова уставились кто куда: Селена – на меня, Томас – в дорожные карты и материалы, полученные от Кольта.

– Затем был мемориал…