– Продолжай, старина!

И Черепаха Квази продолжил так:

– Да, мы ходили в школу на дне моря, хотя ты этому не веришь…

– Почему? Я не говорила этого! – вмешалась Алиса.

– Говорила, – сказал Черепаха Квази.

– Придержи язык! – добавил Грифон.

Черепаха Квази продолжал.

– У нас было лучшее образование, фактически, мы ходили в школу каждый день…

– И что? – спросила Алиса, – я тоже хожу в школу каждый день. Почему вы так гордитесь этим?

– С дополнительными уроками? – спросил Черепаха Квази несколько тревожно.

– Да, – сказала Алиса, – мы изучали французский язык и музыку.

– И стирку? – спросил Черепаха Квази.

– Конечно, нет! – сказал Алиса с негодованием.

– Ах! Тогда твоя школа не слишком хороша, – сказал Черепаха Квази с большим облегчением. – У нас был дополнительный предмет – стирка.

– Зачем? – спросила Алиса, – вы ведь жили на дне моря.

– Да, это так, – сказал Черепаха Квази со вздохом, – я изучал только обязательные предметы.

– И какие же? – спросила Алиса.

– Верчение и Корчение. Различные отрасли арифметики, – ответил Черепаха Квази, – Амбиция, Отвлечение, Обезображивание и Высмеивание.

– Я никогда не слышала об Обезображивании, – сказала Алиса, – что это?

Грифон удивился.

– Что! Никогда не слышала об этом! – воскликнул он. – Я предполагаю, тебе известно, что такое украшение?

– Да, – с сомнением сказала Алиса, – это означает делать что-либо красивее.

– Ну, тогда, – продолжал Грифон, – если ты не знаешь, что значит обезображивать, то ты просто дурочка.

Алиса повернулась к Черепахе Квази и сказала:

– Что ещё вы изучали?

– Мистику, – ответил Черепаха Квази, – Мистику, древнюю и современную, с Мореографией, а также Растяжение, Протяжение и Падание в обморок.

– И на что это было похоже? – сказала Алиса.

– Ну, я не могу тебе этого сейчас показать, – сказал Черепаха Квази, – я слишком стар для этого. А Грифон никогда этого не изучал.

– У меня не было времени, – сказал Грифон, – я ходил к классическому учителю. Он был старым крабом и старым ворчуном.

– Я никогда к нему не ходил, – сказал со вздохом Черепаха Квази, – он преподавал Смеяние и Горевание.

– Да, преподавал, именно преподавал, – сказал Грифон, и оба существа скрыли свои лица в лапах.

– И сколько часов в день у вас шли занятия? – спросила Алиса.

– Десять часов в первый день, – сказал Черепаха Квази, – девять в последующий и так далее.

– Какой любопытный план! – воскликнула Алиса.

– Вот почему их называют уроками, – заметил Грифон, – потому что они урезаются с каждым днём.

Для Алисы это было весьма новой идеей, и она сделала следующее замечание.

– Тогда одиннадцатый день был выходным?

– Конечно, именно так, – сказал Черепаха Квази.

– А что по поводу двенадцатого дня? – нетерпеливо спросила Алиса.

– Хватит об уроках, – очень решительным тоном прервал беседу Грифон, – расскажи ей теперь что-нибудь об играх.

Глава X

Кадриль омаров

Черепаха Квази глубоко вздохнул и посмотрел на Алису, потом попытался заговорить. Грифон потряс его и стукнул кулаком в спину. Наконец, Черепаха Квази со слезами на глазах, которые текли по щекам, продолжил:

– Ты не жила на дне моря…

(– Нет, – сказала Алиса.)

– и, возможно, ты не видела омара…

(Алиса начала было: «Я однажды пробовала…», – но торопливо сказала «нет, никогда».)

– поэтому, ты, вероятно, не знаешь, какой прекрасный танец кадриль омаров!

– Нет, совсем нет, – сказала Алиса. – А что это за танец?

– Ну, – сказал Грифон, – сначала вы выстраиваетесь в ряд вдоль побережья…

– В две линии! – крикнул Черепаха Квази. – Тюлени, черепахи, лососи и так далее; потом вы делаете два шага вперёд…

– Каждый с омаром в качестве партнёра! – крикнул Грифон.

– Конечно, – сказал Черепаха Квази, – делаешь два шага вперёд, кидаешься на партнёров…

– …меняешь омаров и возвращаешься назад в том же порядке, – продолжал Грифон.

– Потом же, – продолжал Черепаха Квази, – ты бросаешь…

– Омаров! – крикнул Грифон.

– …как можно дальше в море…

– Плывёшь за ними! – крикнул Грифон.

– Кувыркаешься в море! – воскликнул Черепаха Квази.

– Снова меняешь омаров! – вопил во весь голос Грифон.

– Снова возвращаешься на берег; это первая фигура, – сказал Черепаха Квази, внезапно замолчал, и два друга снова уселись и очень печально и тихо смотрели на Алису.

– Это, должно быть, очень красивый танец, – робко сказала Алиса.

– Хочешь посмотреть? – спросил Черепаха Квази.

– Конечно, очень хочу, – сказала Алиса.

– Ну, давай попробуем первую фигуру! – сказал Черепаха Квази Грифону. – Мы можем обойтись без омаров. Кто будет петь?

– О, ты и будешь петь, – сказал Грифон. – Я забыл слова.

И они начали танцевать вокруг Алисы, а в это время Черепаха Квази пел песню о белуге и улитке – очень медленно и печально.

– Спасибо, очень интересно смотреть на этот танец, – сказала Алиса.

– О, ты, конечно, видала белугу? – спросил Черепаха Квази.

– Да, – сказала Алиса, – на ужи…, – она поспешно остановилась.

– Я не знаю, где может находиться ужи, – сказал Черепаха Квази, – но если ты видишь их так часто, то ты, конечно, знаешь, как они выглядят.

– Я даже могу сказать тебе нечто большее, если хочешь, – сказал Грифон. – Ты знаешь, почему её называют белугой?

– Нет, – сказал Алиса. – Почему?

– Потому что она делает ботинки и сапоги, – очень торжественно ответил Грифон.

Алиса была озадачена.

– Делает ботинки и сапоги? – повторила она.

– Да. Почему твои ботинки так блестят? – спросил Грифон.

Алиса посмотрела вниз на свои ботинки.

– Ботинки и сапоги на дне морском, – продолжал Грифон глубоким голосом, – белые. Теперь ты знаешь.

– Итак, – сказал Черепаха Квази, – давай послушаем о твоих приключениях.

Алиса начала рассказывать им о своих приключениях с того момента, когда она увидела Белого Кролика. Поначалу её несколько тревожило, что эти два существа так близко к ней подошли и столь широко открыли глаза и рты.

Черепаха Квази сделал долгий вдох и сказал:

– Это очень странно.

– Может, ещё одну фигуру кадрили омаров? – предложил Грифон. – Или ты хотела бы, чтобы Черепаха Квази спел для тебя песню?

– О, песню, пожалуйста! – нетерпеливо ответила Алиса.

– Хм! Спой ей «Черепаховый суп», хорошо, старина? – сказал Грифон.

Черепаха Квази глубоко вздохнул и начал, рыдая, петь:

Прекрасный суп, столь густой и зелёный,

Ждёт в горячем котелке!

Кто бы не склонился над ним?

Вечерний суп, прекрасный суп!

Вечерний суп, прекрасный суп!

Прекра-а-а-асный су-у-у-уп!

Прекра-а-а-асный су-у-у-уп!

Вече-е-е-е-ерний су-у-у-уп!

Прекрасный, прекрасный суп!

Прекра-а-а-асный су-у-у-уп!

Прекра-а-а-асный су-у-у-уп!

Вече-е-е-е-ерний су-у-у-уп!

Прекрасный, прекрасный суп!

– Ещё раз припев! – крикнул Грифон, и Черепаха Квази начал повторять его, когда они услышали вопль:

– Суд начинается!

– Пошли! – крикнул Грифон, взял Алису за руку и поторопился уйти.

– Какой суд? – спросила Алиса; но Грифон только ответил «Пошли!» и побежал всё быстрее и быстрее.

Глава XI

Кто украл крендели?