Алиса заметила в воздухе нечто интересное. Это была улыбка, и Алиса сказала сама себе:

– Это Чеширский Кот: теперь есть с кем поговорить.

– Ну, как дела? – спросил Кот, когда появился его рот.

– Я не думаю, что они играют в крокет, – начала Алиса, – и они все так ужасно ссорятся!

– Тебе нравится Королева? – тихо спросил Кот.

– Нисколько, – сказала Алиса, – она…

В этот момент она заметила, что Королева стоит рядом. Королева слушала. Поэтому Алиса продолжила:

– …очень хороший игрок, я думаю, что не смогу выиграть.

Королева улыбнулась.

– С кем ты разговариваешь? – спросил Король.

Он с большим любопытством смотрел на голову Кота.

– Это мой друг, Чеширский Кот, – ответила Алиса, – позвольте мне его представить.

– Мне он совсем не нравится, – сказал Король, – однако он может поцеловать мою руку, если хочет.

– Не хочу, – заметил Кот.

– Не дерзи, – сказал Король, – и не смотри так на меня!

– Коту можно смотреть на короля, – сказала Алиса, – я прочитала это в одной книге, но не помню, в какой.

– Так, я хочу убрать его, – сказал Король очень решительно и позвал Королеву, – моя дорогая! Пожалуйста, убери этого кота!

У Королевы был только один ответ.

– Отрубить ему голову! – сказала она.

– Очень хорошо, – нетерпеливо сказал Король.

Алиса следила за игрой. Трое из игроков были казнены, и ей это вообще не нравилось. Когда она посмотрела на Чеширского Кота, то была очень удивлена. Вокруг него собралась большая толпа. Между палачом, Королём и Королевой разгорелся спор.

Палач сказал, что невозможно отрубить коту голову, потому что у него нет тела. Король сказал, что любую голову можно отрубить. Королева сказала, что лучшее решение заключается в том, чтобы всем им отрубить головы.

Алиса сказала:

– Кот принадлежит Герцогине, давайте её об этом спросим.

– Она в тюрьме, – сказала Королева палачу, – приведи её сюда.

И палач умчался, как стрела.

Голова Кота начала исчезать. Скоро она полностью исчезла. Поэтому все вернулись к игре.

Глава IX

История Черепахи Квази

– Моя дорогая, ты и представить себе не можешь, как я рада снова тебя видеть! – сказала Герцогиня Алисе, и они пошли вместе.

Алиса была очень довольна, найдя её в таком прекрасном расположении духа, и подумала, что, возможно, это перец делал Герцогиню такой сердитой.

– Когда я стану герцогиней, – сказала она себе, – на моей кухне не будет вообще никакого перца. Наверное, это перец заставляет людей всем перечить, – продолжала она, – а от уксуса люди куксятся, а от горчицы они огорчаются, а дети добреют от сдобы…

– Ты о чём-то думаешь, моя дорогая, – сказала Герцогиня, – и забываешь говорить. Но сейчас я тебе не скажу, в чём тут мораль.

– Возможно, и нет никакой морали вообще, – заметила Алиса.

– Что? – спросила Герцогиня. – У всего есть мораль, если только ты можешь её найти.

Говоря это, она прижалась к Алисе поближе.

Алисе это не очень понравилось, потому что Герцогиня была очень уродлива и у неё был очень острый подбородок. Однако Алиса не хотела быть грубой.

– Игра продолжается, – сказала она, чтобы немного поддержать разговор.

– Точно, – сказала Герцогиня, – и мораль здесь такова: о, это любовь, любовь движет миром!

– Говорят, – прошептала Алиса, – что нужно не лезть не в своё дело!

– Ах, да! Это значит то же самое, – сказала Герцогиня, – и мораль этого такова: думай о смысле!

– О, ей нравится во всём находить мораль! – подумала про себя Алиса.

– Я не уверена в характере твоего фламинго. Он кусается?

– Он может укусить, – осторожно ответила Алиса.

– Совершенно верно, – сказала Герцогиня, – и фламинго, и горчица кусаются. И мораль этого такова: это птицы одного полёта.

– Только горчица – это не птица, – заметила Алиса.

– Как всегда, верно, – сказал Герцогиня, – какой ясный ум!

– Я думаю, это минерал, – сказала Алиса.

– Конечно, так и есть, – сказала Герцогиня, которая была готова согласиться со всем, что говорит Алиса.

– О, я знаю! – воскликнула Алиса, – это овощ. Она не похожа на овощ, но всё-таки это овощ!

– Я полностью с тобой согласна, – сказала Герцогиня, – и мораль этого такова: никогда не думай о себе, что ты иная, чем могла бы быть иначе.

– Я думаю, что лучше смогу это понять, – сказала Алиса очень вежливо, – если запишу.

– Опять думаешь? – спросила Герцогиня и вонзила в неё свой маленький острый подбородок.

– Я имею право думать, – сказал Алиса резко.

– Знаешь, моя дорогая, – сказала Герцогиня, – мораль этого…

Но тут, к большому удивлению Алисы, рука Герцогини задрожала. Алиса осмотрелась – перед ними стояла Королева.

– Прекрасный день, Ваше Величество! – начала Герцогиня низким, слабым голосом.

– Я тебя предупреждаю, – закричала Королева, – либо мы лишимся тебя, либо ты лишишься головы! Выбирай!

Герцогиня сделала выбор – и через мгновение ушла.

– Давай продолжим игру, – сказала Королева Алисе, и Алиса проследовала на площадку для игры в крокет.

Другие гости отдыхали в тени, но как только они увидели её, то сразу поспешно вернулись к игре. Королева просто заметила:

– Минутная задержка будет стоить вам жизни.

Всё время, пока они играли, Королева ссорилась с другими игроками и кричала «отрубить ему голову!» или «отрубить ей голову!» Все игроки, кроме Короля, Королевы и Алисы, были осуждены и ждали приговора.

Тогда Королева остановила игру и сказала Алисе:

– Ты видела Черепаху Квази?

– Нет, – сказала Алиса, – я даже не знаю, кто это такой. Никогда не видела и не слышала.

– Тогда пошли, – сказала Королева, – он расскажет тебе свою историю.

Когда они вместе ушли, Король тихо сказал гостям:

– Вам всё прощается.

– О, это хорошо! – сказала сама себе Алиса.

Очень скоро они встретили Грифона, он спал на солнце.

– Вставай, бездельник! – сказала Королева, – и отведи эту юную леди к Черепахе Квази. Я должна вернуться, – и она ушла.

Королева оставила Алису с Грифоном. Алисе не нравился вид этого существа, но ей показалось более безопасным остаться с ним, чем с гневной Королевой; поэтому она ждала.

Грифон сел и протёр глаза, потом хихикнул.

– Вот забавно! – сказал Грифон, не то самому себе, не то Алисе.

– Что забавно? – спросила Алиса.

– Она, – сказал Грифон, – это выдумки; знаешь, они никогда никого не казнят. Пошли!

– Все здесь говорят «пошли!», – подумала Алиса и медленно пошла за Грифоном.

Скоро они увидели Черепаху Квази. Он грустно и одиноко сидел на небольшом выступе скалы и вздыхал.

– Почему он грустит? – спросила Алиса Грифона, и Грифон ответил:

– Это, знаешь ли, выдумки, ничего он не грустит. Пошли!

Так они подошли к Черепахе Квази. Он посмотрел на них большими глазами, полными слёз, но ничего не сказал.

– Эта юная леди, – сказал Грифон, – хочет узнать твою историю.

– Я расскажу ей, – сказал Черепаха Квази глухим голосом, – садитесь оба и молчите. Я расскажу историю.

Так они сели, и никто ничего не говорил в течение нескольких минут. Алиса терпеливо ждала.

– Однажды, – наконец сказал Черепаха Квази с глубоким вздохом, – я был настоящей Черепахой.

После этого последовало долгое молчание. Черепаха Квази лишь рыдал. Алиса собиралась встать и сказать: «Спасибо за вашу интересную историю», – но сидела, не двигаясь, и молчала.

– Когда мы были маленькими, – наконец продолжил Черепаха Квази более спокойно, – мы ходили в школу на дне моря. Наставником был старик-Черепаха – мы называли его Учителем…

– Почему вы называли его Учителем, если на самом деле он был Черепахой? – спросила Алиса.

– Мы называли его Учителем, потому что он учил нас, – сердито сказал Черепаха Квази, – ты действительно очень глупа!

– Да, не задавай таких простых вопросов, – добавил Грифон; и затем они оба молча сидели и смотрели на бедную Алису. Наконец, Грифон сказал Черепахе Квази: