Ехали мы, значит, ехали. Крутил я у себя в голове всякие мысли, крутил и решил-таки в себе не держать.

Спросил у своих, не показалось ли им что-то странным или подозрительным.

– Да брось, Вась, – тут же вступилась за сингапурцев Ирина. – Конечно, они сильные одарённые и, конечно же, боевые маги. Думаешь, нефтяники тебе просто так, возьмут, и всю свою подноготную вывернут? Мало ли как у них внутрянка строится? Вряд ли добро, мирно, задушевно.

– Думаешь, всё нормально?

– Думаю, да, – пожала плечами сеструха. – Кто знает, что там у них на самом деле? Может, война? Может, времена трудные? Может… да не знаю. Что-нибудь! Где большие деньги, там всегда неспокойно. Сам ведь знаешь.

– Знаю, – кивнул я.

Что ж…

Пускай Иринка и молодая ещё совсем, но я ей доверяю. Новое поколение – оно же такое. Развить критическое мышление, зная, что такое критическое мышление и как оно работает куда проще, нежели тыркаться наугад, как мы.

Да и вообще… это я с альтушками такой стал – тревожный и мнительный. Везде и отовсюду подвоха жду. Уже забыл, когда новые знакомые не пытались кого-то из нас убить, вот и привык к плохому.

Ладно.

Всё нормально.

Договор и база отдыха от меня никуда не убежит, а мне сейчас нужно сосредоточиться на прокачке девок. И так два дня простоя.

***

– Что-то не так? – наконец, не вытерпел Тамерлан.

Вернувшись со встречи, Ирина Ивановна откровенно обделяла хакера своим вниманием, хотя он точно был уверен в том, что нигде не накосячил… вроде бы. Или нет? Или да? Да нет! Точно нет!

Скуфидонская была не из той породы женщин, что втихаря кидают обидки и предлагают своему суженному угадать за что.

Без подсказок.

Без намёков.

Без жалости и компромиссов.

Так что тут, должно быть, что-то другое. Ира уже целый час лежала в гамаке, счастливо улыбаясь и на скорость тыкая пальчиками по экрану смартфона. И явно что тыкала осмысленно, про тапанье хомяка и речи быть не могло. Последний раз она вела себя подобным образом… да никогда. За всё время знакомства такого поведения Тамерлан за ней не наблюдал.

– С кем переписываешься?

– Познакомилась на встрече с одним молодым человеком, – без задней мысли ответила Скуфидонская.

– Ир… ты гонишь, что ли? Это шутка такая?

– Что? – девушка отлипла от телефона, непонимающим взглядом уставилась на Тамерлана, а потом рассмеялась. – Ты ревнуешь, что ли?

– Я? Да нет, просто… «Познакомилась с молодым человеком»… Так себе формулировочка.

– Да бро-о-о-ось! – Скуфидонская оглянулась посмотреть, не оглянулся ли кто посмотреть, не оглянулась ли она, и когда поняла, что на горизонте чисто потянула руки к Тамерлану. – Иди сюда, глупый!

Хакер получил долгожданные объятия и шутливый поцелуй в нос, после чего Ира опять отстранилась и опять залипла в телефон.

– Короче, – сказала она, яростно набивая текст. – Парнишка этот в кей-поп группе поёт…

– Ох…

У Тамерлана от одного слова про кей-поп подкатила тошнота. Не по каким-то личным убеждениям, а из-за того, что Скуфидонская пронесла сквозь подростковый возраст любовь к этому жанру. Кей-поп в их жизни звучал повсеместно. Дома, в машине, на работе… да, блин, везде!

– Ну и вот, – продолжила она. – Предложил мне попробовать с ними спеть. В коллаборации, дуэтом проще говоря. У азиатов ведь сам знаешь какое отношение к девушкам с европейской внешностью, так что вполне может залете-е-е-еть…

И снова тык-тык-тык-тык.

– Ир? – вздохнул Тамерлан. – Ты серьёзно?

– Серьёзно. А чего нет-то? Жизнь короткая, не попробую, потом жалеть буду. Получится и получится, а если не получится, то и чёрт с ним.

– Ир…

– Да чего Ир-то? – тут Скуфидонская убрала телефон в карман, подняла брови и скрестила руки на груди. – Поддержал бы лучше мои начинания.

– Да я тебя поддерживаю, но… как-то это… блин… несерьёзно, что ли? – в эмоции Тамерлан подбирал слова, чтобы побольнее уколоть неведомого сингапурского кейпопера, – инфантильно это!

– Инфантильно?! – воскликнула Скуфидонская. – Значит, мои хотелки – это инфантилизм, а твои – поступки взрослого, уверенного в себе мужчины? Напомнить, кто купил за десять тысяч картинку в этой сраной задротской игре?

– Не картинку, а скин для персонажа, – недовольно буркнул Тамерлан, но тут же принял своё поражение. – Ладно, извини, – сказал он. – Был не прав. Если душа лежит, то делай.

– Ну вот и сделаю.

С тем Скуфидонская достала телефон обратно и возобновила переписку с Чао. Тамерлан постоял рядом. Тамерлан посмотрел. Тамерлан не удержался:

– А что за парнишка-то хоть? – спросил он, искренне стараясь чтобы это не прозвучало враждебно.

– Чао Чэнь. Из Сингапура.

– М-м-м…, а работает кем? Я имею в виду помимо песен.

– Хех! – хохотнула Скуфидонская. – Сыном нефтяника он работает.

«Сука!» – воскликнул про себя хакер.

– Симпатичный?

– Тима, блин! У тебя дел нет никаких?!

– Нет, – Тамерлан поводил руками вокруг. – Ты меня в деревню увезла, какие у меня тут могут быть дела? Крапиву палкой колотить? Или какой тут у местных досуг?

– А знаешь, чт?! – Скуфидонская вылезла из гамака. – Хотел познакомиться с семьёй, вот и знакомься! Пригласи Васю на рыбалку или ещё куда погулять. Он сегодня вечером свободен, насколько я знаю.

Одна лишь мысль о том, что он подходит к Скуфидонскому-старшему, называет его «Вась» и приглашает «погулять», заставила сердце Тамерлана схлопнуться в сингулярность. Да, он реально хотел побеседовать с братом своей любимой по душам. И да, он и раньше побаивался этого самого брата, но готов был с этой робостью бороться.

Но вот теперь, здесь и сейчас, вся его решимость куда-то улетучилась. И в целом, он не возражал оставить всё как есть.

– Ладно, – сказал Тамерлан. – Пойду поиграю в свою сраную задротскую игру, – и ушёл в сторону гаража.

– Чао Чэнь, – пробубнил он себе под нос. – Сын нефтяника. Вот ведь… падла какая…

***

– СТОЯТЬ! – крикнула Чертанова и щёлкнула хлыстом.

Зверюга остановилась.

Ох и уродина. На собаку похожа, вот только как будто бы запечённую заживо, – яблочка во рту не хватает. Вместо шерсти всё тело монстра покрывал один сплошной ожог. Хреново заживший к тому же; бугристый, мерзкий, а местами даже кровоточащий.

Глаза полыхают огнём в прямом смысле этого слова. То есть не метафорически ни разу. Реально язычки пламени пляшут, а изо рта не пар, но дым идёт. Так ещё и скорпионий хвост вместо обычного. Короче…

Жуть.

Про себя кадет Дольче решила называть тварей «Адскими Гончими».

– УБЕЙСЯ! – рявкнула Чертанова, и гончая… убилась.

Подпрыгнула всеми четырьмя лапами, перекувырнулась, упала на голову и свернула себе шею. Хрусть. Огонь в глазах тут же потух.

Ноги у Дольче уже гудели, а маны почти не осталось. Очень хотелось передохнуть, но времени не было. Среди деревьев уже замелькали силуэты таких же тварей. На этот раз ещё больше – целая стая, псин так-эдак двадцать.

Надо бежать!

Чертанова сломя голову ломанулась куда глаза глядят. Выставила перед собой руку, чтобы ветки по лицу не хлестали и внимательно смотрела под ноги, чтобы не запнуться о случайный корень. Да только один хрен…

От тварей не убежать, они в разы быстрее. Нужно драться.

– СТОЯТЬ! – вновь щелчок. – ОСТАНОВИЛИСЬ, ТВАРИ!

Дольче постаралась вложить в приказ максимум, но этого всё равно оказалось мало. Не все гончие вняли ей. Чуть меньше половины, если быть точнее.

Без оров и криков Чертанова сконцентрировалась и принялась мысленно руководить подконтрольными существами. В черничнике неподалёку завязалась настоящая собачья свара. Рык, визг, скулёж, ошмётки плоти летят в разные стороны. Твари скатываются в клубок, затем разбегаются и снова прыгают друг на друга.

Мягкий лесной мох аж красным стал, напился кровью по самое не хочу, уже не впитывает.

Контролить столько существ разом сложно, но…

– Стеклова смогла, – пробубнила Дольче, зажмурив глаза. – И я смогу.