– Узник за этой дверью, госпожа инквизитор, – прохрипел стражник прокуренным голосом и угодливо поклонился. Его напарник стоял рядом по стойке смирно, вывалив вперед большое круглое брюхо.

Я хмуро взглянула на этих двоих из-под капюшона форменной мантии и толкнула упомянутую дверь.

Позади раздались приглушенные голоса. Стражники за моей спиной тихо перешептывались.

– Не знал, что новый каратель – женщина.

– Ждали мужчину. Наверное, что-то изменилось.

Мои губы изогнулись в хитрой ухмылке.

В допросной тускло горели факелы. Тесная комната без единого окна напоминала пещеру. В ее центре на каменном полу стоял стул. К стулу был привязан избитый мужчина и злобно сверкал глазами из-под завесы растрепанных волос. Вернее, сверкал одним глазом. Второй у него заплыл и не открывался.

– Можешь пытать меня сколько угодно. Я ничего не скажу! – прорычал узник, дергаясь в своих путах.

– Это замечательно, – я поправила слишком длинные рукава мантии. – Не люблю болтливых мужчин.

Пленник опешил. Мой ответ явно поставил его в тупик.

Времени было в обрез, но я позволила себе потратить несколько секунд, чтобы хорошенько рассмотреть свой заказ. Мужчину на стуле звали Роан Шейд. Его волосы когда-то были светлыми, но потемнели от крови и грязи. Корка крови запеклась под его носом, в уголке рта и на кончике острого эльфийского уха. На широкой обнаженной груди лоснились следы от плети – хаотичный узор из длинных багровых полос. С этого ракурса спину узника я не видела, но могла предположить, что там – месиво.

Интересно, сколько уже дней его держат в этой мрачной комнате с плесенью на стенах?

С громким скрежетом я повернула ключ, торчащий из дверного замка. Теперь никто не помешает моим планам.

– Что ты будешь со мной делать? – пленник наблюдал за мной исподлобья. Его напряженный взгляд то и дело соскальзывал к чемодану в моей руке. Иссеченная грудь мужчины, перетянутая веревками, тяжело вздымалась от дыхания.

– Разве это имеет значение? – улыбнулась я, пересекая комнату. Инструменты в украденном чемоданчике тихо позвякивали.

Тут и там на полу темнели бурые пятна. Облитые светом факелов, вдоль стен тянулись жутковатого вида конструкции из дерева и шипов.

– Ты ведь сказал, что будешь молчать в любом случае, каким бы пыткам тебя ни подвергли, – в моем голосе мелькнули ехидные нотки.

Роан Шейд поджал губы.

Я опустила чемодан на стол и, щелкнув застежками, подняла крышку. Блики света зловеще заиграли на металлических изгибах, острых гранях и зазубренных краях. Один за другим я выкладывала на стол перед пленником клещи, щипцы, тиски, скальпели и другие чудесные игрушки палачей.

При виде содержимого моего чемоданчика, окровавленный эльф принялся неистово дергать связанными за спиной руками и подпрыгивать вместе со стулом. Стул скрипел, протестуя от такого обращения. Его деревянные ножки скрежетали по каменным плитам пола.

– Вы все безумцы! – шипел узник, раздувая ноздри. – Твари, больные на голову!

– Не могу не согласиться, – кивнула я, взвесив в руке миниатюрный молоток, конструкция которого показалась мне на удивление изящной.

– Даже если вы сломаете мне все кости…

– Тш-ш-ш, – я наклонилась к пленнику и прижала палец к его разбитым губам. – Ты обещал молчать.

Он и правда замолчал. Его глаза сошлись в одной точке, где был мой палец.

В коридоре послышалась какая-то возня. Дверная ручка несколько раз дернулась, и снаружи раздался высокий голос с визгливыми нотками:

– Госпожа инквизитор, почему вы заперлись? Это святейший канцлер Арон Флейм. Я должен присутствовать при допросе.

– Упс, – покосилась я в сторону единственного выхода. – Кажется, у нас гости. Надо поторопиться.

Здоровый глаз узника округлился, второй, закрытый синяком, тоже попытался, но безуспешно. Светлые брови взлетели вверх. Могу поклясться, остроухий совершенно не ожидал, что из кармана мантии я вдруг достану кусок свежей говяжьей вырезки и разложу его на столе. Наверное, сейчас, обескураженный, он рассуждал, зачем я это сделала.

Тем временем дверная ручка продолжала дергаться. Человек, назвавшийся Ароном Флеймом, упрямо насиловал мои уши своими воплями.

– Госпожа инквизитор! Откройте! Впустите меня!

– Могу я попросить тебя об одной услуге? – из арсенала своих улыбок я выбрала самую сладкую и обратила ее к пленнику.

Роан Шейд растерянно захлопал ресницами, длинными и пушистыми, как у девушки.

– Об услуге? – недоверчиво переспросил он.

Под визги святейшего канцлера я лениво поиграла молотком в воздухе.

– Об услуге. Не мог бы ты немного… покричать?

– Покричать? – эльф нахмурился и моргнул. С каждой секундой нашего разговора вид у него становился все более недоуменный. Я буквально читала в его глазах растерянное: «Каратели ведут себя по-другому. Эта женщина какая-то странная. Что вообще здесь происходит?»

– Да. Именно. Кричи так, словно тебя убивают. Договорились?

Я сладко улыбалась.

Эльф смотрел на меня с открытым ртом и моргал.

Зануда Арон Флейм ломился в дверь.

– Готов?

Замахнувшись, я ударила молотком по куску мяса, чтобы звук получился влажным и приглушенным, как если бы я била по живой плоти. Под моим строгим взглядом узник изобразил крики боли. В дверь забарабанили еще громче.

– Госпожа инквизитор! Госпожа инквизитор! Что вы там делаете?

– Кто ты такая? – шепотом прохрипел эльф. – Зачем ты здесь?

Я снова обрушила молоток на стол, вернее, на говяжью вырезку. Я била по ней еще и еще. Сильно, остервенело, с азартом, вкладывая всю душу в свое занятие. Роад Шейд охотно подыгрывал мне в этом спектакле. Теперь он кричал без подсказки и куда убедительнее. Его крики эхом отражались от низкого каменного свода и смешивались с воплями за дверью. С каждым разом актерское мастерство узника возрастало, а под конец он и вовсе вошел во вкус. Растерянность в его взгляде сменилась надеждой. Раон Шейд казался воодушевленным.

Отложив молоток в сторону, я утерла лоб и отвела с лица прилипшие пряди волос.

– Что дальше? – спросил пленник, облизав губы в мелких ранках, и с тревогой покосился на дверь, что сотрясалась от толчков. – Зачем все это?

Я отскребла от стола кусок мяса – идеальную отбивную толщиной в миллиметр – и спрятала улику в кармане мантии.

– Кто ты? Ты пришла, чтобы меня освободить? У тебя есть план? – на меня посыпался град вопросов.

После череды ожесточенных ударов пальцы гудели и слегка подрагивали. Я зарылась ими в грязные, спутанные волосы пленника и шепнула ему в губы:

– Ты готов мне довериться?

Эльф тяжело сглотнул. Его кадык дернулся.

– Да, – был ответ. – Но как… Как мы отсюда выберемся? Здесь нет окон.

Его взгляд в отчаянии зашарил по сырым каменным стенам этой ловушки.

– Зачем нам окно? – ответила я. – Мы выйдем через дверь.

В этот момент, заставив пленника усомниться в моих словах, дверь, через которую я обещала его вывести, прогнулась от нового удара. Казалось, ее с минуты на минуту снесут с петель.

– Открывайте! Немедленно! – доносилось из коридора. Там, наверное, уже собралась целая толпа стражников.

Не тратя времени даром, я вытащила из потайного кармана флакончик с зельем и поднесла ко рту своего подопечного.

– Что это? – упрямец сомкнул губы.

– Пей.

Здоровый глаз эльф прищурился.

– Сначала скажи, что это и кто тебя прислал.

– Ты обещал довериться мне, – напомнила я и надавила стеклянным горлышком бутылочки на его нижнюю губу. – Подчиняйся. Или тебе нравится сидеть, привязанным к стулу? Мне передать заказчику, что тебя все устраивает?

Красавчик покосился на дверь и неохотно позволил мне влить волшебное варево ему в рот. В ту же секунду взгляд его стал размытым.