| Now, from the days when it was always summer in Eden, to these days when it is mostly winter in fallen latitudes, the world of a man has invariably gone one way-Charles Darnay's way-the way of the love of a woman. | С тех давних пор, как в раю царило вечное лето, и до наших дней, когда большую часть года зима сковывает отверженные богом широты, мужчине предопределено судьбой - любить женщину; не избежал этого и Чарльз Дарней. | | He had loved Lucie Manette from the hour of his danger. | Он полюбил Люси Манетт с того дня, когда ждал, что ему вот-вот вынесут смертный приговор. | | He had never heard a sound so sweet and dear as the sound of her compassionate voice; he had never seen a face so tenderly beautiful, as hers when it was confronted with his own on the edge of the grave that had been dug for him. | Никогда в жизни он еще не испытывал такого чувства, какое охватило его, когда он услышал ее нежный, участливый голос, никогда в жизни не видел он ничего более прекрасного, чем это милое личико, глядевшее на него с таким состраданием, - на него, стоявшего на краю готовой могилы. | | But, he had not yet spoken to her on the subject; the assassination at the deserted chateau far away beyond the heaving water and the long, long, dusty roads-the solid stone chateau which had itself become the mere mist of a dream-had been done a year, and he had never yet, by so much as a single spoken word, disclosed to her the state of his heart. | Но он все еще не решался сказать ей о своем чувстве. Уже год минул с тех пор, как совершилось убийство в замке - сотни миль пыльных дорог, бурные волны морские отделяли его от родового гнезда, и сам замок с его толстыми каменными стенами превратился для него в какой-то смутный сон, - а он все еще ни единым словом не обмолвился ей о своем чувстве. | | That he had his reasons for this, he knew full well. | Наверно, для этого были какие-то серьезные причины, с которыми ему приходилось считаться. | | It was again a summer day when, lately arrived in London from his college occupation, he turned into the quiet corner in Soho, bent on seeking an opportunity of opening his mind to Doctor Manette. | Стоял опять погожий летний день; Дарней только что вернулся из Кембриджа в Лондон и направился в тихий тупичок в Сохо; он решил открыть свою тайну доктору Манетту. | | It was the close of the summer day, and he knew Lucie to be out with Miss Pross. | День клонился к вечеру, Дарней знал, что Люси сейчас нет дома, она в этот час обычно уходила гулять с мисс Просс. | | He found the Doctor reading in his arm-chair at a window. | Доктор читал в кресле у окна. | | The energy which had at once supported him under his old sufferings and aggravated their sharpness, had been gradually restored to him. | Прежняя неистощимая энергия, которая некогда помогла ему вытерпеть такие страшные муки, хотя она же и заставляла его чувствовать их еще острее, постепенно вернулась к нему. | | He was now a very energetic man indeed, with great firmness of purpose, strength of resolution, and vigour of action. | Теперь это снова был необыкновенно деятельный человек, который умел добиваться своей цели, твердо, решительно, неутомимо. | | In his recovered energy he was sometimes a little fitful and sudden, as he had at first been in the exercise of his other recovered faculties; but, this had never been frequently observable, and had grown more and more rare. | Правда, на него иногда находили приступы какого-то странного беспокойства, как в ту пору, когда он еще только что приходил в себя; но это случалось не так часто и последнее время почти не повторялось. | | He studied much, slept little, sustained a great deal of fatigue with ease, and was equably cheerful. | Он много работал, спал мало, однако не чувствовал усталости и всегда был в прекрасном расположении духа. | | To him, now entered Charles Darnay, at sight of whom he laid aside his book and held out his hand. | Увидев входившего Дарнея, доктор отложил книгу и протянул ему руку. | | "Charles Darnay! | - Чарльз Дарней! | | I rejoice to see you. | Раз видеть вас. | | We have been counting on your return these three or four days past. | А мы уже несколько дней ждем, что вы вот-вот появитесь. | | Mr. Stryver and Sydney Carton were both here yesterday, and both made you out to be more than due." | Вчера у нас были мистер Страйвер и Сидни Картон, и оба удивлялись, куда это вы запропастились. | | "I am obliged to them for their interest in the matter," he answered, a little coldly as to them, though very warmly as to the Doctor. | - Премного обязан им, что они так интересуются мной, - довольно сухо по отношению к своим приятелям отвечал Дарней и горячо пожал руку доктора Манетта. | | "Miss Manette-" | - Мисс Манетт... | | "Is well," said the Doctor, as he stopped short, "and your return will delight us all. | - Прекрасно себя чувствует, - поспешил ответить доктор, видя, что Дарней запнулся, - и будет тоже очень рада, что вы, наконец, появились снова. | | She has gone out on some household matters, but will soon be home." | Она по каким-то домашним делам ушла ненадолго, скоро вернется. | | "Doctor Manette, I knew she was from home. | - Я, доктор Маннет, знал, что ее нет дома. | | I took the opportunity of her being from home, to beg to speak to you." | Я хотел поговорить с вами без нее. | | There was a blank silence. | Наступило молчание. | | "Yes?" said the Doctor, with evident constraint. | - Да? - вымолвил, наконец, доктор с явным усилием. | | "Bring your chair here, and speak on." | - Берите стул, садитесь, пожалуйста, давайте поговорим. | | He complied as to the chair, but appeared to find the speaking on less easy. | Дарней пододвинул стул, сел, но приступить к разговору было для него, видимо, не так просто. | | "I have had the happiness, Doctor Manette, of being so intimate here," so he at length began, "for some year and a half, that I hope the topic on which I am about to touch may not-" | - Доктор Манетт, - наконец, начал он, - вот уже почти полтора года я чувствую себя у вас и доме своим, близким человеком, - это для меня большое счастье, и я смею надеяться, что, если я позволю себе быть с вами откровенным, это не покажется вам... | | He was stayed by the Doctor's putting out his hand to stop him. | Доктор внезапно поднял руку и остановил его. | | When he had kept it so a little while, he said, drawing it back: | На несколько секунд рука его словно замерла в воздухе; потом он медленно опустил ее и сказал: | | "Is Lucie the topic?" | - Вы хотите говорить со мной о Люси? | | "She is." | - Да | | "It is hard for me to speak of her at any time. | - Мне очень трудно говорить о ней с кем бы то ни было. | | It is very hard for me to hear her spoken of in that tone of yours, Charles Darnay." | Мне очень трудно продолжать этот разговор с вами, Чарльз Дарней, и особенно в таком тоне... | | "It is a tone of fervent admiration, true homage, and deep love, Doctor Manette!" he said deferentially. | - Я говорю о ней с глубочайшим уважением, с благоговением, с безграничной, восторженной любовью, доктор Манетт. | | There was another blank silence before her father rejoined: | Отец ответил не сразу - с минуту длилось молчание. | | "I believe it. | - Я верю вам, - вымолвил он. | | I do you justice; I believe it." | - Не буду скрывать, я вам верю. | | His constraint was so manifest, and it was so manifest, too, that it originated in an unwillingness to approach the subject, that Charles Darnay hesitated. | Он сказал это через силу, и так очевидно было его нежелание продолжать разговор, что Чарльз Дарней заколебался. | | "Shall I go on, sir?" | - Вы разрешаете мне продолжать, сэр? | | Another blank. | Опять молчание. | | "Yes, go on." | - Хорошо, продолжайте. | | "You anticipate what I would say, though you cannot know how earnestly I say it, how earnestly I feel it, without knowing my secret heart, and the hopes and fears and anxieties with which it has long been laden. | - Вы, конечно, понимаете, о чем я хочу говорить, но если бы вы позволили мне открыть вам все, что я передумал и перечувствовал, мои опасения, страхи и надежды, все, что так долго заставляло меня скрывать мое чувство, вы бы поняли, насколько это для меня серьезно. | | Dear Doctor Manette, I love your daughter fondly, dearly, disinterestedly, devotedly. | Дорогой доктор Манетт, я люблю вашу дочь, глубоко, самозабвенно, самой преданной беззаветной любовью. | | If ever there were love in the world, I love her. | И это на всю жизнь, это настоящая любовь, какая, может быть, даже не всем выпадает на долю. | | You have loved yourself; let your old love speak for me!" | Вы, доктор Манетт, вы сами любили... Пусть ваше прежнее чувство подскажет вам... | | The Doctor sat with his face turned away, and his eyes bent on the ground. At the last words, he stretched out his hand again, hurriedly, and cried: | Доктор сидел отвернувшись, опустив глаза, но тут, словно пытаясь удержать Дарнея, он опять поднял руку: | | "Not that, sir! | - Нет, нет, сэр, только не это! - вскричал он. | | Let that be! | - Не надо! | | I adjure you, do not recall that!" | Умоляю вас. Ни слова больше! | | His cry was so like a cry of actual pain, that it rang in Charles Darnay's ears long after he had ceased. | Это был такой душераздирающий крик, что, даже когда доктор уже смолк, Дарнею все еще казалось, что он слышит этот вопль, полный нестерпимой муки. | | He motioned with the hand he had extended, and it seemed to be an appeal to Darnay to pause. | А вытянутая рука, повисшая в воздухе, судорожно вздрагивала, словно умоляя его молчать. | | The latter so received it, and remained silent. | И Дарней, не смея проронить ни слова, молчал. | | "I ask your pardon," said the Doctor, in a subdued tone, after some moments. | - Простите меня, - тихо вымолвил доктор после длительного молчания. | | "I do not doubt your loving Lucie; you may be satisfied of it." | - Я понимаю вас, я не сомневаюсь, что вы любите Люси. Я верю вам. | |
