| "You are a good man and a true friend," said Carton, in an altered voice. | - Хороший вы человек и преданный друг, -каким-то изменившимся голосом промолвил Картон. | | "Forgive me if I notice that you are affected. | - Простите, что я позволяю себе говорить о том, чего мне не следовало бы замечать. | | I could not see my father weep, and sit by, careless. | Но если бы мой отец плакал при мне, я не мог бы смотреть на это безучастно. | | And I could not respect your sorrow more, if you were my father. | А ваше горе внушает мне такое же глубокое уважение, как если бы вы были моим отцом. | | You are free from that misfortune, however." | Бог помиловал вас от этого несчастья! | | Though he said the last words, with a slip into his usual manner, there was a true feeling and respect both in his tone and in his touch, that Mr. Lorry, who had never seen the better side of him, was wholly unprepared for. He gave him his hand, and Carton gently pressed it. | Последние слова вырвались у него как бы нечаянно, но все, что он говорил до этого, было проникнуто таким искренним уважением и сочувствием, что мистер Лорри, который никогда не видел его таким, невольно пораженный этой переменой, растроганно протянул ему руку. И Картон молча, с чувством пожал ее. | | "To return to poor Darnay," said Carton. "Don't tell Her of this interview, or this arrangement. | - Так вот, что касается бедняги Дарнея, -помолчав, сказал Картон, - не говорите ей ни о встрече с Барседом, ни о нашем с ним уговоре. | | It would not enable Her to go to see him. She might think it was contrived, in case of the worse, to convey to him the means of anticipating the sentence." | Ей все равно не позволят увидеться с ним, а она может подумать, что я добивался этого свидания, чтобы передать ему средство избежать казни. | | Mr. Lorry had not thought of that, and he looked quickly at Carton to see if it were in his mind. It seemed to be; he returned the look, and evidently understood it. | Мистеру Лорри это не приходило в голову; он быстро взглянул на Картона, стараясь прочесть по его лицу, не это ли он в самом деле задумал; да, так оно, по-видимому, и было. Картон ответил ему спокойным понимающим взглядом. | | "She might think a thousand things," Carton said, "and any of them would only add to her trouble. | - Да мало ли что она может подумать, - продолжал Картон, - и все это будет только лишнее мученье и страх. | | Don't speak of me to her. As I said to you when I first came, I had better not see her. | Вы ей ничего не говорите про меня, мне лучше у них и не появляться, я ведь вам так и сказал, когда приехал. | | I can put my hand out, to do any little helpful work for her that my hand can find to do, without that. | Если я смогу хоть чем-нибудь быть ей полезен, я, конечно, и так все сделаю, не показываясь к ним. | | You are going to her, I hope? | Вы, надеюсь, пойдете туда сегодня? | | She must be very desolate to-night." | Она, должно быть, в отчаянии! | | "I am going now, directly." | - Да, я сейчас к ним иду. | | "I am glad of that. | - Вот это хорошо. | | She has such a strong attachment to you and reliance on you. | Она ведь так привязана к вам, так доверяет вам. | | How does she look?" | Что, она очень изменилась? | | "Anxious and unhappy, but very beautiful." | - Измучилась очень, видно, что у нее душа не на месте. Но хороша, как ангел, - все такая же. | | "Ah!" | - Ах! - вырвалось у Картона. | | It was a long, grieving sound, like a sigh-almost like a sob. | Был ли это протяжный вздох, или стон, или сдавленное рыдание? | | It attracted Mr. Lorry's eyes to Carton's face, which was turned to the fire. | - Мистер Лорри невольно поднял глаза, и взгляд его остановился на лице Картона, освещенном пламенем камина. | | A light, or a shade (the old gentleman could not have said which), passed from it as swiftly as a change will sweep over a hill-side on a wild bright day, and he lifted his foot to put back one of the little flaming logs, which was tumbling forward. | Что-то словно пробежало по этому лицу - тень или отсвет огня, старик не мог уловить, - так в ветреный облачный день скользит по склону холма солнечный свет, перемежаясь с тенью, -Картон наклонился и толкнул носком сапога отлетевшую на край головешку. | | He wore the white riding-coat and top-boots, then in vogue, and the light of the fire touching their light surfaces made him look very pale, with his long brown hair, all untrimmed, hanging loose about him. | В красном свете камина, озарившем его светлый дорожный сюртук и ботфорты с высокими отворотами, какие тогда носили, он казался очень бледным; длинные темные волосы беспорядочно свисали на плечи. | | His indifference to fire was sufficiently remarkable to elicit a word of remonstrance from Mr. Lorry; his boot was still upon the hot embers of the flaming log, when it had broken under the weight of his foot. | Он, по-видимому, задумался, и мистер Лорри, удивленный его нечувствительностью к жару, только успел предостеречь его, как головешка, которую он придерживал носком сапога, вспыхнула и рассыпалась у него под ногой. | | "I forgot it," he said. | - Я и забыл, - сказал Картон. | | Mr. Lorry's eyes were again attracted to his face. | Взгляд мистера Лорри снова задержался на его лице. | | Taking note of the wasted air which clouded the naturally handsome features, and having the expression of prisoners' faces fresh in his mind, he was strongly reminded of that expression. | Он обратил внимание на его изможденный вид, что-то болезненно-горестное проступало в этих красивых чертах - мистеру Лорри невольно вспомнились лица узников, которых он видел сегодня, - вот точно такое же выражение застыло на лице Картона. | | "And your duties here have drawn to an end, sir?" said Carton, turning to him. | - А вы уже совсем покончили с делами, сэр? -спросил Картон, поворачиваясь к нему. | | "Yes. | - Да. | | As I was telling you last night when Lucie came in so unexpectedly, I have at length done all that I can do here. | Я вам вчера только начал говорить, когда Люси с отцом неожиданно пришли сюда вечером, что я, наконец, разобрался во всем, в чем здесь можно было разобраться. | | I hoped to have left them in perfect safety, and then to have quitted Paris. I have my Leave to Pass. I was ready to go." | Понадеявшись, что у них теперь все благополучно и я могу спокойно уехать, я уже достал подорожную и пропуск и совсем приготовился к отъезду. | | They were both silent. | Некоторое время оба сидели молча. | | "Yours is a long life to look back upon, sir?" said Carton, wistfully. | - Вы прожили большую жизнь, сэр, есть на что оглянуться, - задумчиво проговорил Картон. | | "I am in my seventy-eighth year." | - Да. Семьдесят семь стукнуло. | | "You have been useful all your life; steadily and constantly occupied; trusted, respected, and looked up to?" | - И ваша жизнь была полезна; вы неустанно работали, и все относились к вам с уважением, доверяли вам, полагались на вас. | | "I have been a man of business, ever since I have been a man. Indeed, I may say that I was a man of business when a boy." | - Я всю жизнь при деле, с тех пор как я себя помню, еще мальчиком. | | "See what a place you fill at seventy-eight. | - И вот смотрите, какое положение вы занимаете в семьдесят семь лет. | | How many people will miss you when you leave it empty!" | Многие будут горевать, когда вы покинете свое место. | | "A solitary old bachelor," answered Mr. Lorry, shaking his head. | - Я старый одинокий человек, холостяк, - отвечал мистер Лорри, качая головой. | | "There is nobody to weep for me." | - Обо мне некому плакать. | | "How can you say that? | - Как вы можете так говорить! | | Wouldn't She weep for you? | А она не будет о вас плакать? | | Wouldn't her child?" | А ее дочка? | | "Yes, yes, thank God. | - Да, да! Благодарение господу богу! | | I didn't quite mean what I said." | Я просто не так выразился. | | "It is a thing to thank God for; is it not?" | - Да, вам есть за что благодарить бога, разве нет? | | "Surely, surely." | - Несомненно! | | "If you could say, with truth, to your own solitary heart, to-night, | - Если бы вы сегодня, оставшись наедине с самим собой, действительно почувствовали свое одиночество и сказали себе: | | 'I have secured to myself the love and attachment, the gratitude or respect, of no human creature; I have won myself a tender place in no regard; I have done nothing good or serviceable to be remembered by!' your seventy-eight years would be seventy-eight heavy curses; would they not?" | "Я не заслужил ничьей любви, ни привязанности, ни благодарности, ни уважения; ни одно человеческое существо не питает ко мне добрых чувств; я никому не приносил пользы и не совершил ничего хорошего, чтобы оставить по себе добрую память", вот тогда в ваши семьдесят семь лет вы бы семьдесят семь тысяч раз прокляли свою жизнь. Разве не правда? | | "You say truly, Mr. Carton; I think they would be." | - Правда, мистер Картон, так оно, верно, и было бы. | | Sydney turned his eyes again upon the fire, and, after a silence of a few moments, said: "I should like to ask you:-Does your childhood seem far off? | - Мне хочется задать вам один вопрос: когда вы вспоминаете свое детство, оно вам кажется ужасно далеким? | | Do the days when you sat at your mother's knee, seem days of very long ago?" | Дни раннего детства, когда вы сидели на коленях у своей матушки, - вам, наверно, кажется, что это было бог весть как давно! | | Responding to his softened manner, Mr. Lorry answered: | Мистер Лорри, растроганный его необычайной мягкостью, отвечал задумчиво: | | "Twenty years back, yes; at this time of my life, no. | - Так мне казалось лет двадцать назад, а теперь -нет. | |
