Я стонала и извиваясь не в силах упасть, потому что была «подвешена» на собственные волосах. Я даже могла полностью расслабить спинку и просто болтаться на них, так крепко он меня держал.

— Джек, — умоляюще посмотрела я в глаза своему мучителю, — я не могу больше так. Его торчак пружинисто раскачивался прямо перед моим лицом. Большой и твердый. Джек отшвырнул меня к койке.

— Ложись на спину. Я на карачках залезла в койку, развернулась на спину и раздвинула ноги. Мужчина подошел и лег сверху. Он бережно согнул мои ноги в коленях и… Вошёл.

Я моментально закатила глаза и застонала. Моя мокрая киска принимала его огромный болт в себя в масляную дырочку. Он был гораздо больше моего мужа и я сходила с ума от того, что это происходит на самом деле. Джек принялся ебать меня. Размашисто и глубоко.

Я царапала ему спину и умоляла не останавливаться. В отражениях окно, раскачиваемых утренним морским ветром я видела романтическую картину: широкая мускулистая мужская спинка переходящая в два шарика круглых работоспособных ягодиц и шарящие по ним пяточки маленьких женских ног.

Мои пальчики царапали его спину, оставляя борозды страсти. Мне нравилось, что Джек не церемонился со мной. Он просто долбил, вбивая меня своим мощным твердым хуем в огромную кровать. Я стонала и орала под ним как дикое животное. Я не могла узнать себя после стольких лет бесшумного и унизительно вялого секса с мужем. Когда полчаса «прелюдии» превращались в рутину еще до того, как пришло возбуждение.

Мокрая и жаркая я хотела его. Вот так. В первую же ночь и на всю длину. Я хотела ощутить мужской член так глубоко, как еще ни разу в жизни у меня не было. Джек смотрел мне в глаза, словно насилует меня, но я понимала, что это я его изнасиловала. Я заставила его это сделать, потому что мне это было нужно. Первый секс в первую же ночь на Бали. Мощными толчками он проникал прямо в мозг, разрушая устаревшие нормы приличия, мои комплексы и сковывающие убеждения.

Я была с мужчиной. Я кончала через минуту после начала секса, как все те, кого мы с подружками дразнили скорострелами. Но сейчас. Сейчас, я чувствовала, что так оно и должно быть. Просто жесткий трах у него в шикарном номере. Обвивать его крепкий узкий таз ногами и не давать вырваться его бугристому толстому члену из моей мокрой киски. Надавливать пятками на ягодицы, чтобы он долбил меня в самую нужную точку.

Рычать, орать и извиваться не стесняясь соседей. И я видела в его голубых глаза, что он тоже счастлив. Он успел вынуть и залил меня всю. От животика от до лица и волос. Я лежала вот так. Полностью его. И солнечный луч заполз на меня. Джек достал телефон и сделал несколько фотографий на память, пока его брызги еще не высохли. Затем он поцеловал меня в губы.

— Джек. Я уезжаю. Вызови мне такси. Я ухожу навсегда, — проговорила я ему прямо в лицо и глядя в глаза, когда наш поцелуй завершился.

Себастьян шлепнул меня по моей упругой накачанной заднице и сплюнул прямо на анус.

Он был уже третьим парнем за вечер, который растягивал своим дыбящимся от перевозбуждения членом мою попочку и мне было мало.

— Аааа… Еще! Ещё! Ещё! Долби мою дырку! Да!!!

Уж не знаю откуда у 19-летней гимнастки, всю юность зависавшей на спортивных сборах, такие грязные ругательства в голове, но своими мощными толчками этот атлетичный качок буквально выбивал их из моего маленького розового ротика.

По губам стекала сперма Вильяма, британского автогонщика, который был за сегодняшний вечер у меня первым.

— Да, блядь! Долби меня как последнюю потаскуху!!!

Я, кажется, кончала в очередной раз, потому что внутри все сжалось, словно пытаясь вытолкнуть Себастьяна из скользкой разработанный дырочки, но в то же время еще сильнее хотелось, чтобы он своими решительными и грубыми движениями преодолел мою сопротивление и снова оказался во вне глубже, чем кто-либо до этого.

Мои глаза закатились и я потеряла контроль над собой от того, что моя девочка предательски начала сквиртить прямо на смятые обкапанные простыни подо мной.

Еще несколько часов до этого я даже не была знакома с Себастьяном, Вильямом и Гарольдом. Я целовала своего парню Женю в щечку и шептала ему милые слова на ушко.

— Я так счастлива, что ты сделал мне предложение…

— Ммм. Правда?

— Угумммм… Я нежилась и терлась носиком о его шею.

— Правда-правда?

— Правда. Правда.

— Честно честно честно честно?

— Честно честно честно честно…

Эти глупые милости двух молодых людей около двадцати лет не казались мне глупыми и наивными тогда. Я любила Женю. Даже после того, как его буквально опустила при мне хоккейная команда из соединенных штатов. Вы помните, я рассказывала, это случилось на олимпиаде, когда те выиграли золото… и решили, что я гожусь на то, чтобы стать их трофеем.

Помню как долго мне пришлось врать и газлайтить Женю после этого.

— Да не было ничего там, как ты мог подумать!

— Я стучал в дверь и видел, что ты была голая в спальне, когда я пришел. Знаешь каково это было видеть свою невесту голой, когда тебя не пускают даже за порог.

— Да показалась тебе. Может кто-то из девочек прикалывался. Не было там ничего такого. Я вообще на балкон ушла — у меня телефон не работал — батарейку вынимала…

В общем, пришлось плести любую чушь только бы мой жених перестал верить своим глазам, потому что я видела из-под одного из хоккеистов, как Женя постучал в дверь и через плечо пытался разглядеть, кого это там долбят в анал на огромной кровати.

Было довольно легко убедить его, что это была не я, потому что в тот момент один из нападающих сборной засунул мне в рот свой огромный эрегированный пенис и серьёзно так растянул мне щеку. Все мое лицо было растянуто и в слюнях, которые он выбивал из моего нежного ротика своей могучей штукой, поэтому, наверное, меня действительно можно было и не узнать.

Видеть своего робкого и романтичного женишка в тот момент было последнее чего я хотела. Я была молода, амбициозна и откровенно говоря… я хотела трахнуться со всем миром и спорт, особенно художественная гимнастика с ее бесконечными сборами и поездками давал мне отличное прикрытие.

Да, я уезжала на сборы, где находила одно-двух, а чаще трех-четырех парней и намекала им на то, что люблю, когда мою узенькую непоседливую попочку пускают по кругу.

Против природы не попрешь — я молодая гибкая девочка и люблю, когда большие спортивные крепкие парни обращаются со мной грубо. И в этом я честна перед собой.

— Любишь меня? — недовольно нахмурив носик выдернул меня из моих грешных фантазий мой хлюпик женишок.

— Конечно люблю, — поцеловала я его тонкие губы своими пухлыми, специально сделанными в клинике пластической хирургии губами-пельмешками за бабки его родителей.

— Агрлааххахх, — Джером ударил меня своей увесистой балдой по лицу, а затем сразу же, не дав опомниться, задвинул мне эту штуку за щеку.

— Мммрррлоогггглооооооорррр

Он надавил на затылок и глянцевая мясистая головка пронырнула в горло.

При знакомстве Джером был самым общительным.

Мы с Женей поехали на формулу один в Сочи. Это был мой ему подарок на день рождения. Пара билетов с отелем и небольшой автограф сессией с чемпионами.

Круто? Думаю очень круто.

Мне всегда нравились парни в форме. А если они еще и чемпионы… Классно же. Побыть рядом, построить глазки, по выкаблучиваться фотографируясь с ними и прижимаясь моими большими пластиковыми сиськами к ним.

Знаменитости такие же мужчины, как и все остальные. И мне нравилось познавать этот мир. Я не сразу поняла, что меня так сильно привлекает именно в спортсменах.

Кажется все очевидно…

Мы сидели с Женей в ВИП-ложе, как и положено олимпийским чемпионам Пекина по фигурному катанию в парах. Все знали, что мы что-то вроде королевской парочки, — любимчики публики. Выиграли золото и он сделал мне предложение.