Она разглядывала педиатра. Значит, вот на какую новую работу вышел Лукас после их разговора. А ведь она даже не удосужились спросить. Лукас, байкер с татухой во всю спину и серьгой в ухе и вдруг педиатр. Вот тебе и стереотипы. Большего противоречия трудно себе представить, решила Со Ын.

— Ну вот, мы закончили. Можешь забирать свою тетю, а то она уже заснула с открытыми глазами, пока ждала нас, — насмешливо произнес Юкхей.

— Может, угостите её кофе и обменяетесь номерами?

— А ты опытный пикапер, я смотрю, — хохотнул Лукас в ответ на лучезарную улыбку ребенка. — Что ж, учитывая, что ты мой последний пациент до обеденного перерыва, надеюсь, твоя тётя не откажется от кофе.

— Супер! Можно я пока сбегаю в игровую комнату?

Со Ын растеряно кивнула, мальчонка выскочил за дверь пулей, а Лукас жестом пригласил её на выход. Растерянная и смущённая девушка не знала, куда девать глаза, поэтому молча последовала за ним, так же молча приняла бумажный стаканчик с кофе и осторожно отпила глоток.

— Вижу, ты удивлена? Мне удалось шокировать тебя.

— Да уж, ты прям постарался. Но почему не сказал, что ты — педиатр?

— А ты бы поверила?

— Нет, конечно.

Лукас хмыкнул и красноречиво повел бровью, а потом сделал глоток кофе.

— Потому и не сказал. Рано или поздно ты бы узнала, конечно, но мне нравится, как это в итоге получилось. Твой племянник — пробивной пацан, в жизни не пропадёт.

— Да, он за словом в карман не лезет. Ты не подумай, что его предложение серьезно, он же просто ребёнок.

— Но он прав. Если подумать, я ни разу тебя не приглашал на свидание. Давай сходим?

Со Ын снова отпила глоток и тряхнула головой так, чтобы волосы закрыли лицо. Лукас засмеялся, затем поправил ей прическу и приподнял лицо двумя пальцами.

— Со Ын, сходишь со мной на свидание?

Щёки девушки порозовели, и выглядела она сейчас до преступного мило, Лукас едва удержался, чтобы не обнять её.

— Что ж, допустим, мне интересно, каким ты бываешь без байка и кожанки.

— Тогда завтра вечером тебя устроит? Погуляем по городу, поужинаем.

— Я освобожусь в семь.

— Отлично, я работаю в первую смену завтра, так что буду ждать тебя у офиса.

— Лучше у дома. Я в отпуске.

— Так даже удобнее.

— Только без байка.

— Договорились.

Весь следующий день Со Ын провела как на иголках в ожидании вечера. С утра она бегала по делам Кюхёна, успела посетить одно собеседование, уже ближе к вечеру вымыла голову и сделала лёгкий мейк.

Мудрить с внешним видом девушка не стала: надела джинсы, белую футболку и вязаный кардиган. Простые серьги и серебряное колечко без камней дополнили образ. Когда часы показывали без двадцати семь, она расчесала волосы, проверила, нет ли пятен на одежде, провела по губам бальзамом и подтёрла слегка осыпавшуюся тушь, подумав, что её пора заменить.

Удовлетворившись результатом, Со Ын погладила котёнка по мордочке и спинке и направилась к лифтам. Выйдя на улицу, она стала осматривать людей и поймала себя на том, что автоматически ищет красный байк и кожанку, пока не вспомнила, что просила Лукаса воздержаться от них сегодня. Раз уж ему удалось настолько её удивить, Со Ын хотелось увидеть ещё что-то новое в нём, поэтому и попросила о таком. На самом деле она так привыкла к мотоцикле и его привычной одежде, что до сих пор не верила в увиденное в поликлинике. Теперь же она хотела узнать больше подробностей. Из незнакомых парней здесь был только один, в джинсах и клетчатом пиджаке, к нему она и направилась. Парень стоял спиной к дверям её дома, говоря по телефону и опираясь бедрами на ограду для растений.

— Вон Юкхей? — отчётливо спросила девушка, и он обернулся, словно испуганная птица.

— Напугала, — дернулся парень, резко повернувшись.

На нём тоже была белая футболка, в ухе как обычно серьга, а на указательном пальце простое колечко. Обут он был в кеды Converse. Простой образ, под стать ей, словно знал, как она сегодня оденется. Вот же… бесит. Но от этой мысли Со Ын даже усмехнулась.

— Тем, что назвала тебя по имени?

— Чаще всего меня зовут Лукас, даже некоторые пациенты.

— Вон Юкхей это же не корейское имя?

— Гонконгское. Я там родился и рос, потом родители переехали по работе и я с ними. Зови меня как раньше Лукас. Пойдем?

— А куда пойдем?

— Погуляем сначала, а там видно будет, — он протянул раскрытую ладонь. Девушка положила свою руку в его.

— Как насчёт мороженки?

— Не откажусь.

Парень повёл её к ближайшему магазинчику, купил как она в прошлый раз, клубничное с шоколадом, и молодые люди направились в сторону набережной. Осень в этом году стояла ранняя, уже в середине августа ночи стали резко прохладнее, погода в целом была не жаркой. А сейчас, в начале сентября, даже листики с деревьев уже начали опадать. Прохладный ветерок бодрил и обещал скорое похолодание. В воздухе пахло дождем, буквально пару часов назад прибившим пыль к асфальту.

Молодые люди оживлённо разговаривали на отвлеченные темы, потому что каждый боролся с волнением и неловкостью. Хотелось перейти к главному, но ни Со Ын, ни Лукас пока не решались. Он поинтересовался жизнью котёнка и расспрашивал о Кюхёне и сестре. Затем по просьбе Со Ын рассказал о своей семье и своем выборе.

— Поэтому для меня с детства существовала только одна профессия. Я лишь выбирал между тем, лечить животных или людей. Оба варианта подходили. В итоге я год проучился на ветеринарном, сходил в армию и, вернувшись, всё-таки ушёл на медицинский.

— А что с предыдущим местом? И почему ты почти 4 месяца работал курьером?

— Я работал в частной клинике, и поначалу всё было здорово, хорошая оплата, нормированный график. Это было мое первое место, конечно, я радовался, что смог туда устроиться. Но потом пришла проверка из прокуратуры, и вскрылось, что наш директор проводил финансовые махинации и наживался на пациентах, а потом объявил клинику банкротом, чтобы уйти от ответственности. Оказывается, он набирал молодой коллектив не потому, что ценил молодость, а чтобы сэкономить, ведь более опытные специалисты дороже стоят. А в соглашениях на мед. услуги отсутствовала ответственность врачей. В итоге клинику прикрыли, против него возбудили уголовное дело, а нам всем предстояло пройти через расследование. На этот период всем врачам было запрещено заниматься медицинской практикой и разглашать данные следствия. Мы даже подписку о неразглашении давали. Только в августе я смог подать документы в поликлинику. А пока подрабатывал там, где мог.

— Вот почему ты так часто пропадал?

— Именно. Надо было являться на допросы, давать показания, хотя я почти ничего не знал. Я опасался снова связываться с частной клиникой, поэтому решил подавать документы в государственные больницы и поликлиники. Но так как я не хирург и опыт у меня пока невелик, больше шансов оказалось здесь.

— Ты знал о том, что моя семья в этом районе живёт?

— Понятия не имел, честно. Здесь мне больше всего подошли условия, и пришлось поменять квартиру, чтобы не ездить через весь город.

— Но ведь на байке можно без пробок.

— Одно из условий работы — не пугать пациентов и не шуметь. Тем более не подавать спорный пример детям.

— Аааа, понимаю. Но ты ведь не продал байк?

— А что, соскучилась по нему? Хочешь покататься?

— Просто поняла, что не представляю тебя без него.

— И такое бывает. А почему ты так внезапно отпуск взяла? Ведь не собиралась вроде? Или просто мне не говорила.

— Не собиралась. Но вдруг осознала, что больше не хочу там работать.

— Неужели? Внезапно. А почему?

— Нууу, личные причины. Хочу работку поинтереснее.

— И какие уже есть варианты?

— Есть несколько, не хочу рассказывать, пока не устроюсь.

— Договорились.

Они немного помолчали. Она анализировала его слова и поступки, комплименты в её адрес, поцелуи, признания. Теперь же всё это казалось красивым сном. Было ли это по-настоящему или же он играл с ней? Чего стоят все его заявления, особенно сказанное после съёмок клипа? Готов ли он продолжать отношения с ней или лучше всё прекратить сегодня и больше не видеться?