Третьим уроком у нас были «Основы некоторых языков, применяемых для магических заклинаний». На этот раз, на удивление, учитель начал рассказывать основы древнеромульского языка. Вот то, чего мне не хватало! Придётся запастись книжками и начать срочное изучение.
Так как от занятий с оружием и магией наставник меня освободил, то я, отпустив Яснину одну, направился в читальный зал книгохранилища. Так и посидел там и почитал учебники как раз по древнеромульскому языку, да с книжником Байгилем пообщался. Он мне и обещанные ранее четыре десятка книжек отдал, так я и другие заказал, и аж на сотню золотых.
Едва окончились занятия, мы с Ясниной дождались Эминэллу и направились к учебному зданию Аэлиты. И уже все вместе последовали в общежитие, где одно время проживала вампирша. Её место до сих пор сохранялось за ней. Из-за своих недавних проступков мои жены так и не спешили от них отказываться, да я и сам не настаивал. И, на самом деле, вдруг захотят туда, то пусть переселяются, на этот раз уже безвозвратно!
Ничего так себе жилище. У каждой вампирши своя комнатушка, да отдельно и все удобства. Правда, у Аэлиты было роскошнее, но это оттого, что Яснина как бы находилась в бегах и лишнего не просила, и вела себя осторожнее. А эльфийка вселилась согласно положению.
Ламина и на самом деле находилась у себя. Очень даже симпатичная девушка, но, похоже, высокомерная. Эльфиек и подругу встретила, как бы, как и положено, уважительно, а по мне всё равно прошлась презрительным взглядом. Я не стремился к здешней одежде и в своих куртке и штанах, хоть и неплохо пошитых из дорогой ткани, выглядел откровенно простолюдином. Хотя, мне на это было плевать. Моя одежда была удобнее, чем даже у эльфов. Они тоже откровенно наряжались как павы, распустившие хвост при самках. Хотя, их дело, но от них местные тартарки были как бы и без ума. Что делать, слишком уж у них рожи смазливы.
Раз такое высокомерие, то и я стал вести себя слегка по-хамски. Нет, девушке ничего не сказал, но стал делать откровенные намёки своим жёнам, так и отпускать не совсем приличные шутки, но и, конечно, сильно шуметь. Честно говоря, нам и так надо было, чтобы она ушла. Правда, Яснина сильно поморщилась, но мне ничего не сказала. Наконец, Ламина не выдержала, но связываться со мной не решилась и, громко хлопнув дверью, ушла. Я уже по слабейшим следам ауры покойного Расината приметил, куда лезть. Под дном широкой кровати, у боковой стенки, нашёлся длинный свёрток с письмами и разными бумагами. Из небольшой ниши за задней стенкой настенного шкафа мы вытащили штук пять тугих мешочков с золотом и серебром, магическими камушками и разными украшениями, да ещё и кое-какими личными вещами. И уже из воздуховода моечной комнаты я достал наплечную сумку, и тоже с разными бумагами и ценностями. Это уже основное. Ещё нам досталось и штук пять маленьких свёртков с разными ценностями, просто, видать, припрятанными в самый последний раз. Судя по остаткам самых разных аур, всё явно награбленное, о чём я тут же и сообщил Яснине. Чтобы нисколько и никак не обольщалась насчёт откровенного злодейства своего, к счастью, несомненно бывшего возлюбленного. Но уже поверхностный осмотр самих найденных бумаг нам всё объяснил. Помимо писем Яснины, нам достались и послания к самому Расинату от других вампиров и разные записки, так же и подробнейшая опись разных злодейских и прочих дел, в которых ему приходилось участвовать, потом и сведения самого разного характера. Да, мы все сильно удивились! Хотя, получилось очень удачно! Но от таких новостей Яснина сильно растерялась, покраснела и откровенно разъярилась:
— Вот, подонок! Акчул, прости, пожалуйста! Про эти вещи я ничего не знала! Поверь, и с Расинатом ни о чём не договаривалась! Всё, что было, уже рассказала и ничего от тебя не скрыла! Эх, и натворила бы я дел! Откровенного злодея приводила к себе! Хорошо, что сумела сдержаться! Самого себя в могилу бы загнала!
— Ладно, Яснина. Что было, то прошло. Знаете, милые, я вам лучше одну суварскую притчу расскажу, хоть и не совсем уж хорошую. Так вот, один малолетний ученик сел изучать учебник «Краткое описание славных деяний правителей Северной империи» и сразу же наткнулся на одно, не совсем понятное ему, слово в предложении «Начало правления первого императора Акчула Рогоносца, к сожалению, пришлось на очень трудные времена». Он тут же обратился к матери: «Мама, а почему тут в книжке написано, что император Акчул рогоносец? У него на голове, как у оленей, что мы в зверинце видели, тоже рога росли?» На что мать ответила: «Ну, сынок, рога у многих мужчин растут. Просто они невидимые, поэтому никто их не видит, и многие про них и не знают. А у императора Акчула они были слишком уж большими и ветвистыми, поэтому его и прозвали Рогоносцем». Тут мальчик потрогал свою голову, но никаких рогов там не нащупал. И он радостно воскликнул: «Мама, а у меня на голове никаких рогов нет, даже невидимых!» Мать, конечно, ответила: «Так, сынок, рано тебе ещё. Вот когда вырастешь, тогда, может, и появятся? Правда, они могут и не появиться. Но тогда тебе сильно придётся постараться, чтобы жена их не подарила. Если и подарила, то хотя бы небольшие!» Тут мальчик воскликнул: «Мама, папа уже большой! Значит, рога у него есть. А какие? И почему у тебя их нет?» Мать немного подумала и ответила: «Ну, сынок, у меня рогов нет, и не будет. Я же женщина. У меня только животик лишний раз может вырасти. А вот у папы они уже есть. Правда, к его счастью или моему сожалению, пока небольшие. Просто я ещё не решила, добавить к ним побольше ветвей или нет».
Тут мои жёны не выдержали и откровенно захихикали.
— Ну и интересная у тебя притча, Акчул. И на что ты намекаешь?
— Так ни на что, Яснина. Просто мысли вслух! На будущее! И, вообще, не хотелось бы, чтобы у нас вдруг ненароком не выросло что-нибудь лишнее. У меня, понятно, что тайные рога, а у вас, вот не знаю, наверное, всё же животики, но явные. Но если и вырастут, то лучше без рогов у меня, и желанные как для вас, так и для меня. Надеюсь, ну как сейчас. А то ведь потом и точно напишут, что у первого императора Акчула Рогоносца наступили трудные времена. А мне бы этого сильно не хотелось. Надеюсь, что вы все со мной согласны? Если уж всегда любить будете, то на седьмом небе от счастья буду. Раз уж именно вы даны мне судьбой, то хотелось бы прожить жизнь вместе лишь в любви и согласии. А ещё и детей побольше вырастить. Я ведь не сластолюбец и подонок какой. Вы мне сильно дороги!
— Знаешь, Акчул, уж точно никто и никогда не напишет, что ты у нас рогоносец. Скорее, просто Первым и останешься! Ну, и про нас что-нибудь напишут, и мы твёрдо обещаем, что только хорошее. И про наших детей. Можешь не сомневаться! И так уж сколько глупостей наделали! Потом, ведь удачная мысль к тебе пришла! Аэлита, Эминэлла, вы как думаете? — И когда эльфийки согласно кинули головами, вампирша продолжила. — Вот, Акчул, чуть позже мы обязательно подумаем, что нам делать дальше!
— Благодарствую, милые. Я всегда знал, что вы у меня чудесные и старался сохранить вас. А так, Яснина, извини уж, то удачно пришли. Без твоего разрешения никуда лезть не буду, но, думаю, что всё это нам точно пригодится. И, конечно, чтобы пока никто чужой ничего лишнего не узнал.
— Нет, Акчул, ничего от тебя и Аэлиты с Эминэллой скрывать не буду. Нам ещё Комнина вызволить надо.
— Ну и ладно. А теперь предлагаю заняться тем, зачем мы сюда вообще заявились. И пусть на память будет.
Тут мои жены откровенно захихикали, даже Яснина:
— Да, Акчул, согласна. Ещё ведь и обещала, и самой хочется. И пусть проклятый Расинат точно перевернётся в гробу от злости и вожделения! Пусть знает, что у меня было и есть кому всё отдавать, и досталось, и всегда будет доставаться только ему! Тебе, Акчул!
И мы тут же разделись и охотно занялись любовными утёхами, конечно, в постели Яснины. Наверное, даже жарче получилось, чем у нас дома, и больше всего с вампиршей. И её страсть мне очень даже понравилась. Всё-таки приятно получать от жён нежности!
