– А вот еще устричка, – приговаривала Шарлот, – Ах, как вы их едите – мне просто приятно смотреть!

– Все, – отдуваясь промолвил Ноэ, – больше не могу. Подойдите, Шарлот, я вас поцелую.

– Что?! – не сдержавшись вскричал мистер Бамбл, врываясь в гостиную. – Повторите-ка еще раз!

Шарлот взвизгнула и прикрылась передником. Ноэ замер, с пьяным ужасом взирая на бидла.

– Как ты смел заикаться о таких вещах? А как ты посмела подстрекать его, бесстыдная? Поцеловать ее! Фу!

– Она сама меня всегда целует! – захныкал Ноэ. – Даже когда мне это не нравится!

– О Ноэ! – воскликнула Шарлот.

– Да, целуете!.. Она меня, сэр, треплет по подбородку и всячески ухаживает…

– Молчать! – прикрикнул бидл. – Вы ступайте вниз, а вы – закройте лавку! А когда вернется хозяин, передайте, что завтра утром нам понадобится гроб для старухи! О, как низко пала нравственность в этой среде! Куда смотрит парламент!

С этими словами бидл покинул лавку гробовщика, осознавая, что свой нравственный статус он держит не в сравнение выше.

Глава XXVIII

занимается Оливером Твистом и повествует о его приключениях

– Чтоб вам волки перегрызли глотку! – прорычал Сайкс. Увидеть преследователей в темноте было невозможно, но голоса и лай собак слышались гораздо ближе, чем во время предыдущей остановки. Тоби Крекит на этот раз не стал дожидаться приятеля, а припустил дальше, что было сил.

– Стой, негодяй, а то…

Тоби замер: как бы не был взволнован, он помнил, что пистолеты все еще в карманах у Сайкса, а получить пулю от подельника ему совсем не хотелось.

– Возьми мальчишку! – велел Сайкс.

– Не стоит! – крикнул Тоби. – Брось его и улепетываем!

Несколько секунд Сайкс колебался, но времени на раздумья и в самом деле не было. Скрипнув зубами, он накинул на Оливера плащ, потом, пригнувшись отбежал подальше в сторону, чтобы увес ти преследователей от тела и, для верности выстрелив в воздух, побежал.

– Вон он! – раздалось приглушенно сзади. – Он туда кинулся, туда!

Из темноты показалась троица. Запыхаясь, они достигли изгороди, окружавшей владения и нерешительно остановились. Продолжать погоню в темноте никому не хотелось, возвращаться ни с чем – было стыдно. Поспорив меж собой, и решив, что их пыл охладил не выстрел, а просто слишком холодная ночь, не располагающая к погоне, они повернули-таки назад и бодрой рысцой направились к дому. Двое были слугами, обнаружившими попытку взлома, а третий – бродячим лудильщиком, попросившимся на ночлег…

Постепенно светлело. Ветер стал более резким и пронизывающим. Полил дождь, сильный и холодный. Наконец, Оливер пришел в себя и с трудом сел. Левая рука его, кое-как обмотанная шарфом, висела недвижимо. Прошло еще немало времени, прежде чем Оливер собрался с силами и встал на ноги. Он побрел, сам не зная куда. Время от времени он почти терял сознание и тогда ему казалось, что рядом идет Крекит, или Сайкс, ему слышались голоса и выстрелы, и чья-то рука уводила его прочь. В один из моментов прояснения Оливер вдруг увидел впереди себя дом.

Когда Оливер подошел ближе, ему показалось, что он уже видел этот дом. Мальчик собрался с мыслями и… Да это же был тот самый дом, который хотели ограбить прошлой ночью!

Ужас охватил мальчика. Если бы он мог бежать – то убежал бы. Но сил осталось только на несколько шагов и Оливер предпочел сделать их в сторону дома. Он распахнул калитку, прошел по дорожке и ступил на лестницу. Тут ноги его подкосились и он сел на ступеньки.

В это время один из слуг, преследовавших грабителей – Джайлс – сидел у камина и делился впечатлениями о минувшей ночи. Другие слуги его слушали.

– …послышался шум, – говорил мистер Джайлс. – И вначале я сказал себе: «Мне почудилось». Я решил вновь заснуть, как вдруг шум повторился. Я прислушался…

– Ах! – сказали в голос горничная и кухарки и прижались друг к другу.

– Я отшвырнул одеяло, схватил заряженный пистолет и на цыпочках вышел из комнаты. Ни что не могло меня остановить, и…

Тут мистер Джайлс вдруг вздрогнул и побледнел.

– Кто-то постучал, – проговорил он, пытаясь казаться безмятежно-спокойным. – Откройте.

Слуги переглянулись, но никто не выразил особого желания подходить к двери.

– Пойдемте вместе, – предложил тогда Джайлс.

Выстроившись в цепочку, они потянулись к двери, разговаривая по совету мистера Джайлса очень громко, чтобы вспугнуть гостя, если он окажется незваным. В коридоре попутно наподдали собакам и к голосам прибавился обиженный вой.

Приняв все меры предосторожности, Джайлс открыл дверь и увидел… всего лишь маленького, бледного как смерть мальчика.

– Мальчик! – вскричал мистер Джайлс. – Что с ним такое? Постойте… Вы узнаете?

Лудильщик протиснулся вперед и вскрикнул: он узнал Оливера. Джайлс втащил мальчика в дом, а служанки кинулись сообщать хозяйке, что один из грабителей пойман. Лудильщик взялся приводить мальчика в чувства, чтобы он не умер до того, как его смогут повесить.

– Джайлс! – раздался голос с верхней площадки лестницы.

– Я здесь, мисс! Не пугайтесь, мисс, я не очень пострадал – он не слишком сопротивлялся.

– Тише! – сказала молодая леди, так и не спускаясь вниз. – Вы пугаете мою тетю не меньше, чем воры. Бедняжка, он тяжело ранен?

– Ужасно! – не без самодовольства констатировал Джайлс.

Молодая леди распорядилась перенести мальчика в комнату мистера Джайлса, а второй слуга – Бритлс – должен был немедленно отправиться в Чертси за доктором и констеблем.

– Не хотите ли посмотреть на него поближе? – поинтересовался мистер Джайлс, словно речь шла о диковиной птице.

– Нет, не сейчас, – ответила леди и с достоинством удалилась. Старый слуга посмотрел ей вослед с восхищением и любовью, а потом осторожно взял на руки Оливера.

Глава XXIX

сообщает предварительные сведения об обитателях дома, в котором нашел пристанище Оливер

В прекрасно обставленной комнате за столом сидели две леди. Одна была в годах, хотя и держалась так же прямо, как высокая спинка дубового кресла, в котором она сидела. Одета леди была изыскано, хотя и старомодно.

Вторая уже вошла в ту очаровательную пору, в которой все женщины – ангелы, достойные обожания. Ей вряд ли исполнилось и семнадцать, а облик был необычайно хрупок и безупречен.

Леди пили чай, а прислуживал им Джайлс.

– Уже прошло больше часа, как уехал Бритлс, не правда ли? – спросила старая леди.

– Час двадцать, – взглянув на часы, сказала юная. – Он всегда медлит.

– Несносный мальчишка, – сделала вывод старая леди, чем вызвала едва заметную улыбку у юной, ибо Бритлс оставался несносным мальчишкой уже лет тридцать и, судя по всему, уже вряд ли когда-нибудь сделался б проворней.

В это время к калитке подъехала двуколка. Из нее выпрыгнул толстячок, стремительно ворвавшийся в дом, вихрем пронесшийся по лестнице и очутившийся в комнате.

– Никогда не слышал ни о чем подобном! – вскричал он с порога. – Дорогая моя миссис Мэйли, это ужасно!.. Под покровом ночи!.. Так неожиданно!.. Почему вы не прислали за мной? А вы, мисс Роз? С вами все в порядке? – переключился он на юную леди.

– Все прекрасно! – заверила его та. – Просто тетя хочет, чтобы вы осмотрели мальчика, который лежит в комнате Джайлса.

Болтая без умолку, доктор последовал за Джайлсом, а леди остались ждать его вердикта.

Ожидать пришлось дольше, чем они рассчитывали. Из двуколки принесли большой ящик, в спальне то и дело звенел колокольчик, а слуги сновали не переставая. Видимо, происходило что-то серьезное. Наконец, доктор появился и, напустив на себя таинственный вид осторожно прикрыл двери – чтобы никто не подслушал.

– Это из ряда вон выходящий случай, миссис Мэйли! – объявил он.

– Неужели он в опасности?

– Полагаю, что сейчас уже нет. Вы видели этого вора?