– Хочу поговорить о деле…

– Изволь. Нэнси, дай-ка нам выпить!

Нэнси проворно подошла к буфету, забитому бутылками со спиртным и налила два бокала.

Приятели пригубили бренди и сдвинулись лоб в лоб.

– Ну, – тихо сказал еврей, – теперь давай обсудим, когда мы обтяпаем наше дельце в Чертси. Там такое столовое серебро, Билл, такое серебро!

– Ничего не выйдет, – вкрадчиво ответил Сайкс.

– Не выйдет? – прошипел еврей.

– Да, не выйдет. Непростое это дело, вот что я скажу. Тоби Крекит две недели слонялся вокруг, но так и не смог толком поговорить хоть с кем-то из слуг.

– Ни с одним из слуг?

– Да, это я и хочу сказать. Они по двадцать лет служат у этой грымзы, так что если бы вы дали им и пятьсот фунтов, они все равно не клюнули бы.

Это известие смутило еврея. Несколько минут он размышлял. Сайкс же посматривал на него и тоже о чем-то думал.

– Послушайте, Феджин, – сказал наконец Сайкс, – как считаете: стоит это дело лишних пятидесяти золотых монет, или нет?

– Стоит, – оживился еврей.

– Значит, сделка заключена? – осведомился Сайкс.

– Да, мой милый, – глаза еврея мрачно за сверкали.

– Ну, тогда дело в шляпе. Прошлой ночью мы с Тоби перелезли через ограду сада и прощупали дверь и ставни. На ночь дом запирают, как тюрьму, но есть одно местечко, куда мы можем пробраться, ничем не рискуя.

– Где? – нетерпеливо спросил еврей.

– Где? Не все ли равно? Скажу только одно: в этом деле вам без меня не обойтись.

– Как скажите, мой милый, как скажете… Справитесь ли вы вдвоем с Тоби?

– Абсолютно. Нам нужны только коловорот и худенький мальчишка. Коловорот у нас имеется, мальчишка – за вами.

– Мальчишка? Что ж… – еврей вдруг кивнул в сторону Нэнси, давая понять, что лучше бы убрать ее уши подальше от их беседы. Сайкс сморщился, но решил не возражать и отправил девушку за пивом.

– Никакого пива ты не хочешь! – объявила Нэнси с самым решительным видом. – Если хочет говорить – пусть говорит при мне!

– Я бы сказал, милая, но, думаю, ты опять выйдешь из себя, как тогда…

Вместо ответа Нэнси только расхохоталась и залпом осушила стаканчик бренди.

– Я вас раскусила, Феджин. Ну, давайте, рассказывайте Сайксу об Оливере!

– Ха-ха, – подобострастно засмеялся еврей. – Верно, милая, я хотел поговорить об Оливере.

– Что же вы хотели сказать о нем? – спросил Сайкс.

– Что он самый подходящий мальчик для такого дела.

– Да, – сказала Нэнси. – Возьми его, Билл. Может, он не так проворен, но дверь отпереть он сумеет.

– Верно, – подтвердил Феджин. – Последние недели мы его здорово дрессировали, и пора бы ему начать зарабатывать на хлеб. К тому же остальные слишком велики.

– Да, он действительно подходит по росту, – задумчиво сказал Сайкс.

– И он исполнит все, что скажете. Если перед этим его порядком припугнуть, – посоветовал еврей.

– Припугнуть? Это я умею!

– И не только. Нужно ему дать понять, что он один из нас, что он уже стал вором – и тогда он наш!

– На какой день назначено дело? – спросила Нэнси.

– Да, в самом деле, – спохватился еврей, – на какой?

– Я сговорился с Тоби на послезавтра. Луны не будет – самое время! Приведите мальчишку заранее и держите язык за зубами – вот и все, что от вас требуется.

Когда с предварительными переговорами было покончено, Сайкс набросился на бренди, словно странник по пустыни, достигший колодца. Он быстро опьянел, стал орать песни, а в конце концов изъявил желание показать гостям ящик с воровским инструментом. Но до демонстрации дело не дошло – возвращаясь в комнату с ящиком в охапке, Сайкс растянулся на полу и заснул, как убитый.

Попрощавшись с Нэнси и украдкой пнув спящего Сайкса, еврей стал спускаться по темной лестнице.

– Вечно одно и то же с этими женщинами, – бормотал он, поднимая воротник пальто. – Малейший пустяк пробуждает в них какое-то забытое чувство – и тогда бог знает что может случится… Хорошо, что это быстро проходит. Да, хорошо.

Когда он вернулся, не спал лишь Плут, нетерпеливо ожидавший новостей.

– Оливер спит? – спросил еврей.

– Давным-давно! – Плут распахнул дверь в соседнюю комнату: мальчик спал на жестком тюфяке, брошенном на пол. Лицо его было необыкновенно бледно, словно он умер или готов вот-вот умереть.

– Не сейчас, – тихо сказал еврей сам себе. – Не сегодня. Может быть – завтра…

Глава XX

в которой Оливер поступает в распоряжение мистера Уильяма Сайкса

Проснувшись утром, Оливер с удивлением обнаружил у кровати пару новых башмаков. Вначале он обрадовался, решив, что его ждет свобода, но эти мечты быстро рассеялись: за завтраком старый еврей сообщил, что мальчик поступает в распоряжение Билла Сайкса.

– Меня там оставят навсегда?..

– Нет, мне не хотелось бы расставаться с тобой, – рассмеялся старый еврей. – Не бойся, Оливер, ты к нам вернешься. Но учти: мистер Сайкс – человек грубый. Поэтому делай все, что он прикажет, а что бы ни случилось – молчи!

Угроза подействовала на Оливера. Позже, оставшись один, он задумался над словами Феджина. Мальчик не мог знать, зачем его отправляют к Сайксу, но понимал, что дело это наверняка грязное.

День клонился к вечеру. Так и не найдя ответа, Оливер взял в руки книжку, которую любили листать Плут и Бейтс. В ней были собраны биографии знаменитых преступников и самые громкие процессы. Не зная чем заняться, Оливер попробовал читать, но страшные описания заставили его отбросить книгу прочь. Мальчик упал на колени и стал молить бога избавить его от таких деяний. Внезапный шорох заставил его прерваться.

– Кто здесь? – дрожащим голосом спросил он.

– Это… это я, – раздалось в ответ. В дверях стояла Нэнси.

Оливер увидел, что девушка бледна и спросил, не больна ли она. Девушка рухнула на стул и вдруг заколотила руками по коленям, словно в истерике. Через некоторое время она успокоилась и закуталась в шаль.

– Не понимаю, что на меня иногда находит, – сказала она тихо. – Должно быть, этот грязный сырой дом так действует на меня. Ну, ты готов?

Выбора у Оливера не было. Он подумал, что на улице еще не темно и, быть может, он сумеет попросить у кого-нибудь помощи… Но Нэнси прекрасно поняла его затею:

– Не вздумай что-нибудь предпринять. Я была бы рада помочь тебе – но не сейчас, понял? Я поручилась, что ты будешь вести себя тихо и смирно. Если ты не послушаешься, то повредишь и себе, и мне. А теперь идем.

Она подала Оливеру руку и тот инстинктивно подал свою. Задув свечу, они вышли из дома. На улице их ждал кабриолет. Они сели и Нэнси плотно задернула занавески. Кучер знал, куда ехать – и сразу же погнал во всю прыть.

Оливер все еще думал о том, чтобы позвать на помощь, но Нэнси, крепко сжимая его руку, нашептывала, чтобы он сидел тихо – и в конце концов благоприятный момент был упущен. Кэб остановился и они вошли в какой-то дом.

– Билл! – позвала девушка.

Верхняя площадка лестницы озарилась огнем свечи.

– О, ты привела мальчишку! – похоже, Сайкс даже немного удивился. – Он шел послушно?

– Покорно, как ягненок.

– Рад за него, иначе пришлось бы попортить шкуру этому ягненку. Пойдем, я кое-что расскажу тебе, чтоб не затягивать дело.

Он уселся на стул, поставив Оливера перед собой и спросил:

– Ну-с, тебе известно, что это такое? – Сайкс взял со стола карманный пистолет.

Оливер кивнул.

– Теперь посмотри, что я сделаю. Вот порох, вот пуля, а вот кусочек старой шляпы для пыжа. Раз, два, три – теперь он заряжен.

– Я вижу, сэр, – сказал Оливер.

– Очень хорошо, – Сайкс приставил дуло к виску мальчика. – А теперь послушай: если ты скажешь хоть слово, когда мы выйдем из дома – пуля разнесет в щепки твою глупую башку. Насколько я знаю, за твою судьбу беспокоиться некому – так что побеспокойся сам, понял?

Оливер, хотя и окаменел от страха, все же нашел в себе силы кивнуть.