В одном царстве далёком, среди сказочного народа дэвир, жила отшельница, славная своим светлым разумом и многими знаниями. Жила она на высокой горе, овеваемой всеми ветрами мира, стригла диких коз да пряла их шерсть, а по танцу облаков над долинами предсказывала грядущие урожаи и судьбы династий.

Столь велика была мудрость отшельницы, столь ясен взор и спокоен нрав, что как-то вечером постучался в её двери сам Владыка Ветров. Текуч и непостоянен был бог странствий, редко где задерживался он дольше, нежели на одну ночь. Но ради мудрых слов дэви и полных безмятежности глаз её возвращался Владыка раз за разом и не уставал от разговоров с ней, и в дальних краях не забывал о её скромном доме.

Шли годы. И вот однажды позвала отшельница своих дочерей и сказала им:

— Дочери мои пригожие, дочери мои любимые, скоро станете вы совсем взрослыми. Пришла пора вам принять своё наследие. На вершине высокой горы отец ваш, Владыка вольных ветров и неистовых ураганов, посадил диковинные цветы. Коль сумеете подняться на самый пик и добыть хоть один бутон, то получите отцово наследство.

Выслушали её дочери и поклонились почтительно.

Первой отправилась в путь Старшая сестра, и поступь её была тверда. У подножья горы подоткнула она юбку, взяла верёвку и крючья и начала восхождение. Труден был подъём, пальцы в кровь сбились об отвесные скалы, и обещанием гибели чернели внизу злые камни. Но упрямая дэви карабкалась вверх, пока наконец не достигла вершины. В этом миг показалось: весь мир лежал перед ней, и был он прекрасен. У самых же ног распускался чудесный золотой бутон. Не зная сомнений, протянула руку Старшая сестра и сорвала свой цветок. Взвились тогда вихри, над горой закружили, затанцевали облака. Слетелись к горному пику жаркие ветра юга. Подхватили они деву и перенесли её в столицу далёкой золотой страны, в самый главный дворец. Стала Старшая сестра в том краю царицей. Правила она многие лета разумно и славно, со всем спокойствием своей мудрой матери и всей силой божественного отца.

Второй ушла из дома Средняя сестра, и походка её стелилась, точно танец. Вышла дева к горе и запрокинула голову, разглядывая вершину. Высок был пик, холодны и отвесны скалы, и испугалась юная дэви. Поняла, что не сможет она вскарабкаться на такую высоту, и заплакала. В тот час ехал мимо витязь на огненном скакуне. Увидел он печаль прекраснейшей из дев и остановился узнать, чем помочь её горю. Рассказала ему Средняя сестра о чудесном цветке, что растёт на запретной вершине. Отдал ей тогда витязь своего коня, а сам сбросил тяжёлый доспех и начал подъём. Труден был его путь, и грозили погибелью скалы, и хлестал по щекам недобрый ветер — а какой же отец отдаст такой дар да без испытаний? Но всё выдержал стойкий витязь и достиг он самого пика. Долины и горы простирались вокруг, и не было в этот миг предела возможному.

Опустив взгляд, увидел витязь хрупкий серебряный бутон и, преисполненный радости, сорвал его. Взвились тогда вихри, над горой закружили, затанцевали облака. Слетелись к горному пику ледяные ветра севера. Подхватили они витязя, и деву, и даже коня и перенесли их в столицу дальней страны серебряной, в самый главный дворец. Стал витязь в том краю царём и владыкой, Средняя же сестра — возлюбленной его женой. Правил он дерзко и дальновидно, и многие лета провела царица бок о бок с мужем, поддерживая его всем спокойствием своей мудрой матери и всей страстью божественного отца.

Младшая же сестра осталась дома с матерью. Порой вечерами выходила она на крыльцо и, запрокинув голову, смотрела в сторону заветной вершины. Но всякий раз возвращалась обратно.

Однажды мать вышла вместе с ней и молча встала рядом.

— Матушка, пренебрегаю ли я вашей мудростью и отцовым наследием? — не выдержала наконец юная дэви.

— А что думаешь ты сама?

— Я не знаю, что думать.

Отшельница покачала головой.

— А вот это, дитя моё, наполняет материнское сердце тревогой. Отец твой, ветротекучий и лёгкий, традиций не чтит и не любит. Но всё же он — бог, по следам которого слагают легенды и песни. История наша вполне может закончиться так, как записано было в сказке.

Младшая сестра в удивлении отвернулась от заветной горы:

— А разве есть такая сказка, что рассказывала бы о нас?

— О, не одна, — чему-то улыбнулась отшельница, — сказы эти, конечно, не об изгнаннице, пасущей бодливых коз, а всё больше о прекрасной царице, на ложе к которой бог сошёл золотым дождём. Да и дивные цветы там растут не на вершине горы, а в круге жаркого пламени, или в граде подземном, или даже посреди озера, которое и должны переплыть три царевны.

— Чем же те рассказы закончились?

— Судьбы твоих старших сестёр в них угаданы были верно.

— А… судьбу младшей?

— А Младшая сестра не знала, чего она хочет. А может, не желала прямо об этом сказать. И сидела она у огня иль воды и грустила. Ехали мимо витязи, спрашивали, как развеять печаль юной девы, но не давала ответа царевна, надеялась, что сами они догадаются. Витязи же были недогадливы и уезжали прочь. Пролетал мимо змей подгорный и тоже спросил, чем развеять печаль юной девы. И снова не дала царевна ответа. Змей подумал-подумал да и догадался, что хочет он кушать. На том и сказке конец.

Младшая сестра застыла от навеянного спокойными словами ужаса. Много всего передумала она о своей судьбе, но вот стать обедом случайному змею никак не рассчитывала. Отшельница же смотрела на дочь тёмным, исполненным безмятежности взглядом. И больше не улыбалась.

— Та, что не знает, чего хочет от собственной жизни, будет исполнять лишь чужие желания.

Младшая сестра вновь оглянулась на сияющую льдом вершину. Зажмурилась.

— Свои ли желания исполняли сёстры, отправляясь за волшебным цветком? Наследие отца моего течёт в жилах моих, от него не уйти, не спрятаться. Матушка. Я… — прошептала беспомощно. — Я не могу. Я не хочу быть владычицей и царицей.

И тогда отшельница рассмеялась. Коснулась девичьей щеки усталой своей рукой.

— Дочь моя почтительна к сединам матери и уважает божественного своего отца. Но помни: по пути, который ты изберёшь, шагать предстоит твоим ногам. Ничьим более.

И, развернувшись, ушла в дом.

Наутро Младшая сестра повесила за спину шестиструнный тар, взяла в руки боевой посох и отправилась в путь. Лёгок и текуч был шаг юной девы, и гладким шёлком ложилась под ноги дорога — прочь от гор, от венчающих их снегом вершин. Россыпью изумрудов расстилались перед ней долины, и манил, манил вдалеке лазоревый берег моря.

В одном далёком царстве, среди сказочного народа девир, жила отшельница, славная своим светлым разумом и многими знаниями. Со склонов высокой горы наблюдала она, как танцуют и кружатся облака над долинами, как в высокое небо взмывают вольные вихри. Она знала: где ступает нога молодой богини, распускаются цветы ветра.

Она стояла на галерее и смотрела, как армия людей входит в столицу Дэввии.

Город-цитадель раскинулся по долине, запирая перевал, блокируя гавань, превращая подобные чаше склоны в непреодолимый лабиринт военных укреплений. По горным кручам крыльями взлетали террасы садов, расчерченные гладкими крепостными стенами. Стройные узоры амбразур казались украшениями. А распахнутые настежь южные врата — провалом, в который медленно вползала тьма.

Чёрная змея кавалерийских частей разворачивала кольца на площадях, вымощенных терракотовыми плитами. Пехота растекалась по улицам стальным приливом. Казалось, даже сюда, до головокружительной высоты царского дворца, до открытой всем ветрам колоннады, долетал топот тяжёлых сапог. Утро доносило призрачный гул: было ли это звуками человеческого говора?