Но этого так и не случилось.

Водитель джипа вернулся к своей машине, сел за руль и протянул мне документы.

‒ Барби, так ты Любимова Марина Николаевна? ‒ задал он мне вопрос, а затем тут же следующий. ‒ Любимов Николай Иванович твой отец, хирург из военного госпиталя?

‒ Да, - кивнула я. ‒ Но только папа уже не работает в госпитале, он на пенсии третий месяц.

‒ Понятно, ‒ кивнул он. ‒ Ты в посёлок «Госпиталь№1» ехала что ли?

И снова я угукнула и зачем-то добавила.

‒ Родители ждут, у них годовщина.

‒ Раз ждут, то значит нужно ехать, ‒ ответил незнакомец и начал выкручивать руль, чтобы объехать мою ласточку и полицейские машина.

‒ А моя машина? А показания, полиция и вообще, ‒ запоздало опомнилась я и спросила. ‒ Разве мне не нужно дать показания, подписать протоколы и что там ещё в таких случаях делается?

‒ Потом тебя вызовут в прокуратуру дашь показания. Но думаю, что и видео с регистратора будет достаточно. Так что просто для галочки вызовут.

‒ Так видеорегистратор же разбили?

‒ А флешка цела осталась, так что её уже просмотрели, там всё есть.

Пока я пыталась найти повод чтобы отделаться от общества хозяина джипа, мы доехали до съезда с трассы на второстепенную дорогу и вот уже вдали виднелись первые домики дачного посёлка «Госпиталь №1».

‒ Вы можете остановиться при въезде в посёлок у шлагбаума, а дальше я сама, ‒ тихо предложила я. ‒ Вы же говорили, что у вас какие-то дела, вы куда-то опаздывали.

Мужчина за рулём усмехнулся.

‒ Уже я никуда не спешу. Так что до понедельника совершенно свободен, а тебе ещё все эти сердечки снимать с моей машины. Ты чем их приклеила? Не дай бог попортила мне краску, выставлю счёт.

‒ Они на магнитах, ‒ тихо ответила я. ‒ И обычно легко снимаются. Но видимо из-за того, что машина бронированная приклеились намертво.

‒ Вот как приклеивала, так и будешь отклеивать, ‒ вынес мне вердикт незнакомец, ставший моим спасателем.

И снова за болтовнёй я упустила момент, как мы проехали шлагбаум, миновали с десяток домов, свернули с главной улицы и черный джип подкатил к зелёному забору, за которым виднелся двухэтажный дом.

И всё же я надеялась, что у меня получится сделать так, что родители и братья не узнают о том, кто меня подвез. Поэтому я затараторила.

‒ Простите, я не знаю, как вас зовут, но позвольте я вам объясню. Тут явно вышла какая-то ошибка. Я сотрудник фирмы, которая устраивает праздники, и вчера моя начальница прислала мне заказа на украшение машины. В этом заказе была указана ваша машина, поэтому я задержалась в городе и ранним утром направилась к вашей машине. Да на ней не была включена сигнализация и поэтому я хоть и удивилась, но всё же выполнила заказ. Вот если бы она запищала как положено, когда я начала её наряжать, то я бы поняла, что что-то не так. Поэтому все претензии не ко мне, а к тому, кто сделал заказ на украшение вашей машины.

‒ И кто же этот смертник? ‒ всё ещё не веря мне спросил хмурый незнакомец-спасатель.

‒ У меня в телефоне была копия заказа, но я, ‒ моя речь оборвалась на полуслове, когда мужчина протянул мне мой телефон.

А точнее то, что от него осталось. Кажется, кто-то проехался по нему колёсами, и самое обидное, что я догадывалась кто этот кто-то. И слова мужчины это подтвердили.

‒ Нашёл его в снегу, когда ты укатила. Думаю, что восстановлению он уже не подлежит. Хотя карта памяти могла и сохраниться.

‒ Буду надеяться, что так, сейчас брату отдам, он посмотрит, ‒ печально вздохнув сказала я.

‒ Этому? ‒ задал вопрос мужчина, имени которого я до сих пор не знала.

А я проследила за его взглядом, зачертыхалась, и начала дёргать ручку двери.

‒ Нет, нет не заезжайте, я выйду, а вы по своим делам уезжайте. Хотите я дам вам телефон Марго, моей начальницы, это она принимала заказ на вашу машину, так что она.

Если бы меня кто-то слушал, то возможно бы и услышал, только водитель джипа даже не стал вникать в то, что я говорила. Он въехал в открытие ворота и припарковал джип под навесом, на том месте, которое должна была занять моя розовая ласточка. Мой средний брат, закрывал ворота, а из дома уже высыпала толпа встречающих.

‒ Ну сейчас начнётся! ‒ поняла я и тут же добавила, схватив водителя за плечо. ‒ Вы должны сразу им всем сказать, что вы не мой парень, что мы с вами вообще не знакомы и …

Я так и не договорила, почувствовав, как пальцы скользнули по чему-то мокрому, я подняла руку к лицу и увидела кровь на своей ладони.

‒ Вы ранены?! ‒ дошло до меня.

Кровь пропитала чёрную ткань и до этого момента я и не видела её.

‒ Царапина, ‒ отмахнулся он и развернувшись ко мне спросил. ‒ Барби, а у тебя что никого нет?

‒ Я не Барби! ‒ заявила я. ‒ И вас не касается есть у меня кто-то или нет.

‒ Ты облепила мою машину розовыми сердечками, так что я имею полное право предположить, что ты сделала это по собственной инициативе, просто не знала, как ко мне покатить.

‒ Что?! Да вы! Да ты! Громила и грубиян!

‒ А ты пигалица, - усмехнулся он.

‒ Пигалица это не про меня, ‒ гордо подняв подбородок, изрекла я. ‒ И Барби тоже не про меня. Пигалица это что-то маленькое, а Барби — это кукла с фигурой фотомодели, а я не то и не другое.

Мужчина окинул меня пристальным взглядом, задержавшись на моей груди, а затем выдал.

‒ Разве?! Ты маленькая и с фигурой у тебя всё даже очень хорошо, так что я прав по всем статьям.

Его слова ввели меня в ступор. Потому как я не знала, как реагировать, шутит он или же просто издевается, называя меня маленькой.

Но выражение лица его было непроницаемым, и он не улыбался.

Мы смотрели друг другу в глаза, и я начинала думать, что не такой уж он и грозный, хотя…

‒ Маришка, вы выходить собираетесь?! Или как?

Это сказал мой средний брат Лёня, он постучал в моё окно и дернул ручку. На удивление она тут же сработала, и задняя правая пассажирская дверь открылась.

‒ Сашка неси аптечку, у Маришки кровь! ‒ крикнул своей жена Лёня и завалил меня вопроса. ‒ Сестрёнка ты ранена, откуда кровь, что случилось? Нам сообщили, что ты не пострадала в аварии, но видать это не так.

‒ Это не моя кровь! ‒ смогла я вставить несколько слов, чтобы прервать поток вопросов Леонида.

Настроение брата тут же изменилось.

‒ Мам! ‒ гаркнул Лёнька. ‒ Иди зятя спасай! А то Маришка его по дороги чуть не пришибла, видать так не хотела знакомить с роднёй.

‒ Дурак! ‒ сказала я, пытаясь выбраться из джипа без помощи брата.

Для этого я отодвинулась к другой двери, распахнула её и тут же оказалась в руках моего сурового спасателя. Он легко поймал меня двумя руками, а затем поставил на выложенную плиткой площадку.

Я надеялась отправить его восвояси, но было уже поздно.

Дальше всё происходило уже без моего участия. Точнее я участвовала, но моего мнения никто не спрашивал, и никто не ждал моих пояснений случившегося. Всё моё семейство обступило нас и посыпались вопросы, на которые нам и не нужно было отвечать, ответы находились сами собой.

Апогеем стал тот момент, когда вышел папа и поздоровался с моим спасателем, пожав ему руку, как старому знакомому.

‒ Герман Суворов! А я думал не уж-то ослышался, когда получил сообщение. Не думал, что встретимся при таких обстоятельствах.

‒ Николай Иванович, а я не думал, что вы на пенсию уйдёте, ‒ ответил ему мой спасатель, наконец-то обрётший имя.

‒ Да это вся Валя настояла, ‒ признался папа, посмотрев в мамину сторону. ‒ А так бы я не спешил уходить.

‒ Ты своё уже отпахал, ‒ вклинилась в разговор мама. ‒ Вон внуки уже на подходе, так что пора и о себе подумать и о семье.

Это мама говорила про двух беременных невесток, но я чуяла, что следом она перейдёт и на меня. Поэтому пришлось подать голос.

‒ Мама, а где у нас аптечка, у Германа там кровь на плече, говорит царапина, нужно обработать и он поедет в город, у него же работа. Он спешит.