Перед самой дверью я остановилась и глубоко вздохнула. В голове всплыл десятый пункт моего злосчастного списка: «Узнать, умеет ли Артем Игоревич терять контроль. Или он даже в постели выставляет оценки по десятибалльной шкале?».

«Сейчас и узнаешь, Катя», – прошептал внутренний голос, подозрительно похожий на ехидную Ленку.

Я постучала.– Войдите, – донеслось из-за двери. Голос был низким, с той самой бархатной хрипотцой, от которой внизу живота завязался тугой узел.

Я вошла. Кабинет Зорина встретил меня прохладой кондиционера и запахом дорогой кожи. Хозяин кабинета сидел за тем самым столом из красного дерева. Он снял пиджак, оставшись в одной рубашке, рукава которой были небрежно закатаны до локтей, обнажая сильные предплечья.Зорин медленно закрыл крышку своего ноутбука и сцепил пальцы в замок.

– Присаживайтесь, Екатерина Андреевна. Нам предстоит очень… долгий разговор.

Я опустилась на край стула, чувствуя себя как на допросе в инквизиции.

– Артем Игоревич, я могу всё объяснить. Это была психологическая разгрузка. Я не собиралась…

– Не собирались что? – он вдруг встал и медленно начал обходить стол. – Проверять на прочность мой галстук? Или воплощать в жизнь ваши фантазии о «деспотичном боссе, который наказывает нерадивую сотрудницу за срыв дедлайна»?

Он остановился прямо за моей спиной. Я чувствовала его дыхание у себя на затылке. Волоски на шее встали дыбом.

– Знаете, что самое интересное, Катя? – его голос опустился до шепота, и он положил руки на спинку моего стула, фактически заперев меня в ловушке. – Я ведь тоже не люблю срывать дедлайны. А судя по вашему списку, у нас накопилось очень много… невыполненных задач.

Его пальцы коснулись моей шеи, едва ощутимо, но меня будто ударило током.

– Начнем с первого пункта? – прошептал он мне в самое ухо. – Или сразу перейдем к тому, где вы обещали показать мне, на что способны, если у вас отобрать кофе и запереть в архиве?

Я замерла, боясь даже вдохнуть. Воздух в кабинете Зорина, казалось, внезапно закончился, оставив только его парфюм – терпкий, с нотками кедра и опасности. Его руки всё еще сжимали спинку моего стула, и я буквально кожей чувствовала исходящий от него жар.(Господи, Катя, ты же хотела знать, какой он на ощупь? Вот сейчас узнаешь, если не перестанешь дрожать как осиновый лист на ветру!)

– Так что там со сливками, Екатерина Андреевна? – его голос прозвучал совсем близко, у самого уха. – В вашем… трактате было указано, что они должны быть непременно из натурального молока и охлажденные до определенной температуры. Вы всегда так щепетильны в деталях?

Я сглотнула, глядя на свои руки, судорожно сжимающие ноутбук.

– Артем Игоревич, это была… гипербола! Литературный прием для усиления драматического эффекта! Я вообще на диете, мне нельзя сливки!

– Ложь, – выдохнул он, и я почувствовала, как его ладонь медленно скользнула по спинке стула ниже, почти касаясь моего плеча. – Вчера в обед вы съели огромный эклер. Я видел это через панорамное окно своего кабинета. Вы ели его с таким упоением, что я едва не отменил совещание с акционерами.

Мои щеки вспыхнули так ярко, что, кажется, ими можно было освещать окраины города в безлунную ночь. Он следил за мной? Сам Зорин, у которого рабочий график расписан по секундам до 2030 года, смотрел, как я жую эклер в парке?

– Вы за мной подглядывали? – я попыталась придать голосу возмущение, но получилось какое-то жалобное попискивание.

– Я наблюдал за работой сотрудника в неформальной обстановке, – парировал он, наконец отстраняясь, но лишь для того, чтобы обойти стул и сесть на край своего стола прямо передо мной. – И пришел к выводу, что у вас огромный потенциал, Сомова. Особенно по части… креативного менеджмента.

Он медленно потянулся к своему галстуку. Мои глаза расширились. Тот самый узел, который я мечтала развязать зубами (согласно пункту три), поддался его длинным пальцам. Артем медленно ослабил его и одним резким движением вытянул из-под воротника рубашки.

Синий шелк змеей скользнул по его ладони.

– Пятый пункт, если мне не изменяет память, – он намотал конец галстука на кулак и внимательно посмотрел на меня. – Вы хотели узнать, «насколько крепки эти оковы капитализма». Проверим?

Мое сердце совершило кульбит и ушло в свободное падение. Я хотела что-то сказать, пошутить, съязвить – в общем, сделать всё, чтобы спасти остатки своего достоинства, но слова застряли в горле. Зорин подался вперед, сокращая расстояние между нами до критического. Я видела каждую темную исконку в его глазах.

И в тот самый момент, когда его рука с зажатым в ней галстуком начала медленно подниматься к моему лицу…

Дзыыыыыынь!

Звук стационарного телефона на столе разрезал тишину, как бензопила. Я едва не свалилась со стула, а Зорин замер, на мгновение плотно сжав челюсти.

– Игнорируйте, – бросил он, не сводя с меня глаз.

Дзыыыыыынь! Дзыыыыыынь!

– Артем Игоревич, это может быть важно… – прошептала я, чувствуя, как адреналин сменяется истерическим смешком. – Вдруг там… акционеры? Или налоговая? Или конец света?

Зорин чертыхнулся сквозь зубы – тихо, но крайне выразительно. Он потянулся к трубке, не меняя позы.

– Я занят, – рявкнул он в телефон. – Что? Кто?

Его лицо изменилось за секунду. Ироничный блеск исчез, сменившись ледяной маской, которую я привыкла видеть на совещаниях.

– Да. Я понял. Через пять минут буду.

Он положил трубку и посмотрел на меня. Галстук всё еще был намотан на его руку.

– Катя, вам очень повезло. Ваша «казнь» откладывается. Приехал мой отец. И судя по голосу секретарши, он уже успел уволить двух курьеров в холле.

Я выдохнула с таким облегчением, что, кажется, в кабинете поднялся занавес.

– О, тогда я пойду? Мне нужно… покормить кактус. Срочно.

– Не так быстро, Сомова, – он встал, на ходу заправляя галстук в карман брюк. – Вы идете со мной. Моему отцу нужен новый ассистент на время его визита. А судя по вашему списку, стрессоустойчивость у вас… специфическая. Справитесь с ним – я забуду про письмо.

Я замерла в дверях.

– А если нет?

Зорин подошел вплотную и приоткрыл дверь, пропуская меня вперед. На мгновение его рука легла мне на талию, обжигая сквозь тонкую ткань блузки.

– А если нет, то мы вернемся к пункту номер восемь. Сливки я закажу заранее.

📢 От автора:

Ну что, дорогие читатели, добро пожаловать в корпоративный ад Кати Сомовой! 🌵✨ Как вы думаете, Зорин действительно такой сухарь, или под этим безупречным пиджаком скрывается кто-то гораздо более… горячий? (Я-то знаю ответ, но пока подержу интригу!)

Если вам понравилась завязка, Катя очень просит вас об информационной поддержке. Ведь каждый ваш лайк – это одна вытащенная колючка из её туфли, а каждый комментарий – лишняя капля сливок в тот самый восьмой пункт списка! ☕️

😏Не забывайте:*Добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить продолжение «казни» в архиве!*Ставить «Мне нравится» – автору это греет душу сильнее, чем Зорину – годовой отчет.*Писать в комментариях: а какой пункт в «грешном списке» Кати добавили бы вы?

Самые смелые идеи могут попасть в текст! Впереди нас ждет очень много искр, офисных скандалов и того, что точно не вписывается в трудовой кодекс. С любовью, ваш автор! ❤️

Выход из кабинета Зорина-младшего напоминал дефиле по минному полю

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.