— Пойду приготовлю что-нибудь на ужин. Теперь ты должна есть за двоих.

Таиния тоже улыбнулась:

— Я помогу.

Саиния встретила слова с беспокойством.

— Да не переживай ты так, я ведь только беременная, а не больная.

И они вместе пошли готовить ужин.

Выяснив, что мать не больна, Саиния теперь много времени проводила в полётах с драконом, они часами летали над землёй. У Тингрэль плохо получался полёт в облаках, и вот в очередной раз, налетавшись, они приземлились. Саиния спрыгнула с драконьей спины и весело смеялась:

— Тингрэль, опять у тебя ничего не вышло.

Расстроившись, дракониха закрыла лапами лицо. Саиния сняла с головы шлем. Длинные чёрные волосы упали тяжёлыми прядями до колен. Резко повернувшись, она стала всматриваться вдаль.

— Знаешь, Тингрэль, у меня такое чувство, что на меня кто-то смотрит.

Дракониха закрыла глаза, глубоко вздохнула:

— Это нити прошлого.

— Как это — нити прошлого?

— Это очень сложно объяснить.

— А ты попробуй, — не унималась Саиния.

— Ты знаешь, что некоторые люди могут предвидеть будущее?

— Знаю.

— Не перебивай. Так вот этот маленький отрезок твоей жизни смог увидеть один человек. Но только видел он его, когда ты была ещё ребёнком.

— То есть он смог увидеть моё будущее?

— Да.

— И кто этот человек?

— Ветертанг.

— Ветертанг… Я его знаю.

— Ещё бы ты его и не знала… Это же Ветер Перемен.

— Ветер! — Саиния улыбнулась, затем нахмурилась. — Но ведь ты его не видела никогда.

— Странная ты. А кто же нас нашёл, когда мы вылупились из яиц? Кто дал нам всем свободу и в знак почтения получил оберег от нашего рода?

— Так значит, это его дракон — хранитель был в замке⁈

— Никому об этом не рассказывай. Магическим созданиям нельзя покидать своих хозяев. И если он отправил своего дракона к тебе, значит, твою жизнь он ценит намного больше своей.

Не в силах больше стоять, Саиния села на землю.

— Дракон мне говорил, только я не поверила. Интересно, каким он теперь стал?

Тингрэль улыбнулась:

— Не знаю.

— А почему он видит моё будущее?

— Наверно потому, что ты его спасла на дороге смерти.

— Только поэтому⁈

— Думаю, да.

Тингрэль посмотрела на расстроившуюся Саинию, улыбнулась и пошла в пещеру. А девушка ещё долго сидела, и воспоминания прошлого одно за другим мелькали перед её взором.

Так прошла неделя. Они ни разу больше не говорили о случившемся на поляне. В один из дней Саиния сидела у ручья, в душе её нарастало непонятное беспокойство. Подлетела Тингрэль и села рядом. Они смотрели вдаль, на чёрный дым, тянувшийся от развалин Таинбурга.

— Мне страшно, когда думаю о том, что творят на нашей земле чёрные колдуны. Столько боли и горя, столько… — она не договорила. Резкая боль появилась в левом боку и стала расползаться по всему телу. Саиния вскрикнула и согнулась. — Что это со мной, Тингрэль?

Она едва смогла произнести эти слова, губы дрожали, глаза заволокло чернотой, ей казалось, что силы и жизнь вытекают из глубокой раны в боку.

— Тингрэль, посмотри, я ранена?

Дракониха посмотрела на подругу, закрыла глаза и стала медленно погружаться в тело лежащей на земле девушки. Не найдя ничего, что могло бы вызвать такую боль, она всё поняла и сказала.

— Приди в себя. У тебя нет никакой раны. То, что ты чувствуешь, — не твоя боль.

— Не моя? А чья?

— Того, с кем вместе ты слушала удары сердца своей матери все девять месяцев.

— Нееет! Неет! Нет. Скажи, что ты ошиблась.

— Загляни в себя, и сама всё поймёшь.

Боль исчезла так же внезапно, как и появилась. Саиния поняла, что Тингрэль права: брат-близнец смертельно ранен, и всё то, что она почувствовала, происходит сейчас с ним. Саиния встала.

— Я должна найти его и спасти.

Она подвязала вокруг талии пояс, на котором висел меч, перекинула котомку через плечо. Во всём её облике была решимость и понимание того, что нужно делать.

— Мне пора. Прощай, Тингрэль. Надеюсь, ещё свидимся.

Она повернулась и зашагала к проходу, сделанному в защитном круге из рун, укрывающем драконов от посторонних глаз. Тингрэль смотрела вслед уходящей подруге, и её распирала злость. «Вот так просто сказала „прощай“, развернулась и пошла. А ещё подруга». Она видела, как Саиния прошла через проход и направилась к своему дому. Но ещё увидела, как из сожжённого города выбежали чёрные мерзкие существа. Ростом они были вдвое меньше среднего человека, лысый череп, вместо глаз — пустые чёрные впадины, но зато носы этих тварей отличались от всех иных, которых она когда-либо видела. Шесть наростов на лице жили самостоятельной жизнью, каждый из них поднимался в какую-либо сторону и втягивал в себя воздух. «Нюхальщики», — пронеслось у неё в голове, и догадка тотчас подтвердилась. У всех троих отростки были направлены в сторону Саинии и жадно втягивали воздух. Почувствовав запах человека, они бросились бежать в её сторону. Передвигались они на четырёх лапах очень быстро, длинная шерсть, кое-где росшая на их теле, поднималась и опускалась в такт прыжкам. Расстояние между ничего не подозревающей Саинией и носачами очень быстро сокращалось. Медлить было нельзя. Тингрэль взмахнула крыльями и взлетела. Почувствовав неладное, Саиния повернула голову и увидела бежавших к ней страшных неизвестных тварей. Она замерла, страх сковал тело. Не в силах пошевелиться, она с ужасом смотрела на приближение мерзких созданий. Все трое одновременно замедлили шаг. Девушка закрыла глаза от страха, закричала, и вдруг почувствовала, как её кто-то схватил и поднял в воздух. Наконец страх отступил, она стала бороться за свою жизнь, кричала и била руками по чему-то твёрдому, пытаясь вырваться из крепкой хватки. И тут услышала:

— Прекрати дёргаться, а то я тебя выроню, и ты упадёшь и разобьёшься.

Услышав знакомый голос, она открыла глаза и увидела, что её крепко держит в своей лапе Тингрэль и они летят высоко над землёй. Дракониха улетела уже далеко от места столкновения с носачами, слушать всхлипывания подруги она больше не могла и поэтому выбрала место, где смогла спокойно приземлиться. Зависнув над землёй, она разжала лапу. Саиния легко спрыгнула на землю, но и приземлившись, не могла сразу успокоиться. Дракониха дыхнула на неё своим дыханием, и Саиния замерла на очередном всхлипывании.

— А теперь выдохни ужас, пропитавший тебя.

Выдохнув, Саиния сразу успокоилась.

— Что это была за мерзость?

— Конечно, я за всю жизнь такого не встречала, но нетрудно догадаться. Эти магические создания очень напоминают собак, вынюхивают для своих хозяев добычу, но перед тем как напасть на человека, наводят на него гипноз и ужас. Жаль, не удалось посмотреть, что они делают потом.

— Ты это серьёзно?

— Конечно нет. А оставлять подругу одну — это серьёзно? Вот так просто развернулась и пошла…

— Ты должна понять: я не могу подвергать твою жизнь опасности.

— Считаешь, что если ты погибнешь, то лучше, если меня рядом не будет? А представила, как я буду жить одна, без тебя?

Тингрэль зло уставилась на подругу и ждала ответа. Саиния не знала, что ответить, она тяжко вздохнула, опустила голову, рассматривая траву под ногами, и молчала. Не выдержав тишины, заговорила Тингрэль.

— Нам с тобой пора понять, что жизнь иногда зависит не только от нас, а ещё и от того, что вокруг нас происходит. А сейчас кругом идёт война, и мы втягиваемся в круговорот этих событий. Ты оставила меня и пошла спасать брата, совершенно не подумав о том, что творится кругом. Вокруг — неизвестные нам враги, и как ты собралась идти одна, если такие мелкие твари в одно мгновение смогли навести на тебя ужас? И мне, если честно, стало страшно, когда увидела, как они ринулись со всех ног, учуяв тебя.

Дракониха закончила говорить и стояла, строго глядя на подругу.

— Прости меня, Тингрэль. Ты права, меня всё время окружали заботой и любовью, и я только сейчас поняла, что совершенно не готова идти в этот незнакомый мне мир. — По её щекам потекли слёзы. — Я дала слово твоей матери никогда не просить тебя о помощи. — Она закрыла лицо руками и расплакалась, затем обняла драконью лапу и сквозь слёзы спрашивала: — Как мне его спасти? Я слепая и беспомощная.