Ну вот, еще один. Только этого мне не хватало.
– Нет, – коротко ответила.
– Или… я слышал про кино в соседнем селе. Может быть…
Развернулась и направилась к крыльцу. Гомер важно последовал за мной, выразительно посмотрев на нового соседа.
«Мужчины, – мысленно пожаловалась я коту. – Стоит одному услышать про кино, как тут же лезет со своими предложениями». Закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. За окном все стихло – видимо, архитектор понял намек.
– Гомер, – сказала я коту, который уселся рядом и смотрел на меня зелеными глазами, – может, мне забор повыше поставить и замок на калитку повесить? А то скоро тут проходной двор будет.
Гомер промурлыкал что-то утешительное. Единственный мужчина в моей жизни, который меня понимает, – это кот. Ирония судьбы какая-то.
Глава 5
После того, как я успешно освоил искусство колки дров (с пятой попытки) и более-менее подружился с домашней печкой, решил заняться изучением своих владений. В конце концов, если уж я купил этот райский уголок за космическую сумму, то должен хотя бы знать, что именно мне принадлежит.
Весь день я чувствовал на себе взгляд соседки. Василиса то появлялась в окне, то выходила во двор по каким-то своим делам, но неизменно поглядывала в мою сторону. Словно я был участником какого-то реалити-шоу, а она главным судьей.
«Интересно, – думал я, в очередной раз поймав ее взгляд, – ставит ли она мне оценки? "Колка дров – три балла, растопка печи – четыре, общий вид – двойка с минусом"».
К четырем часам дня услышал знакомый рокот дизельного двигателя. Корней. Тот самый тракторист, который вчера вытащил мою машину из грязевого плена, а сегодня утром помог с похмелья.
Но сейчас он выглядел совсем по-другому. Чистая футболка, свежие джинсы, даже волосы причесаны. Очевидно, парень собрался покорять женские сердца.
«А вот и местный Дон Жуан пожаловал», – подумал я, делая вид, что занимаюсь важными хозяйственными делами во дворе.
– Привет, Вася! – проорал Корней, заходя в калитку к соседке.
«Вася? – я чуть не подавился. – Василиса – это Вася? Что дальше – Александра будет Сашкой, а Екатерина – Катькой?»
– Здравствуй, Корней, – отозвалась моя соседка, в ее голосе не было ни капли энтузиазма.
– Чаек попиваешь? – Корней подошел ближе, и я увидел, как черный кот недовольно зашипел и отошел подальше. – А я вот думал… может, съездим в Ольховку? Там в кинотеатре новый фильм показывают. Боевик какой-то американский.
О, романтично. Ничто так не говорит «я тебя люблю», как предложение посмотреть, как кого-то взрывают.
– Не хочу, – коротко ответила Василиса.
– Да ладно тебе, – Корней присел на ступеньку. Кот явно считал это вторжением на свою территорию. – Когда ты последний раз в кино ходила? Года два назад?
– Год. И то с мамой.
Ага, значит, с мамой что-то случилось, ее нигде не видно. Вот почему она такая… колючая.
– Ну вот видишь! Надо же иногда развеяться. А то все дома да дома сидишь.
Парень явно не собирался сдаваться. В его голосе звучала та самая упорная настойчивость, которую мужчины принимают за романтичность, а женщины – за надоедливость.
– Корней, – вздохнула Василиса, – мы уже сто раз это обсуждали. Ты хороший человек, но…
– Но что? Я же не алкаш какой-нибудь. Работаю, дом свой есть, трактор…
Трактор как аргумент в пользу брака. В Москве обычно хвастаются машинами, квартирами, яхтами. Здесь – трактором. Местная специфика.
– Дело не в этом.
– А в чем тогда? – Корней явно не понимал, в чем проблема. – Может, ты все еще по тому, московскому, переживаешь?
Ого. А вот это любопытно. Значит, у нашей неприступной соседки была история с москвичом. Интересно, чем закончилось? Еще немного, и я пойду собирать по деревне сплетни.
– Корней, послушай меня внимательно, – сказала Василиса с терпением школьной учительницы. – Ты молодой, хороший парень. Найди себе девушку, которая тебя действительно полюбит. Вон Машка с фермы…
– А, эта толстуха? – скривился Корней. – Не, она не в моем вкусе. Габариты не те.
Какой романтик! И привереда! Девушка его любит, а он оценивает ее по габаритам. Чувства – это же так неважно по сравнению с параметрами фигуры.
– Машка хорошая девушка, – настаивала Василиса. – И умная. А ты…
– Чего я?
– Ты идиот, – честно призналась она.
Я едва не расхохотался. Надо же, как прямо! В Москве такие вещи говорят более завуалированно: «У нас разные жизненные ценности» или «Мне нужно время подумать». А здесь – просто и ясно: идиот. Я поддерживаю.
Корней обиделся.
– Почему это я идиот? Я что, плохо к тебе отношусь? Цветы дарю, в кино приглашаю…
– Дарить цветы девушке, которая тебе сто раз сказала «нет», – это и есть идиотизм, – парировала Василиса.
Браво! Золотые слова! Аплодирую стоя!
Корней помолчал, переваривая услышанное.
– А что, если бы я тебя лучше узнал? – неожиданно спросил он. – Что, если мы больше времени проводили бы вместе?
Господи, какое упрямство. Девушка ему русским языком объясняет, что ей неинтересно, а он все свое. Реально идиот.
Но Корней уже встал и направился к калитке.
– Подумай, – сказал он на ходу. – Предложение остается в силе.
Трактор завелся и укатил, оставляя за собой шлейф выхлопных газов и разбитых надежд. Я подождал пару минут, а потом подошел ближе. Василиса сидела на крыльце с чашкой и хмурым выражением лица. Рядом важно расположился черный кот.
– Извините, – окликнул я. Девушка обернулась с таким видом, словно я был очередным назойливым поклонником.
– Что?
– Я тут подумал… может, вам нужна помощь? По хозяйству? Я бы мог…
– Нет, – коротко ответила.
– Или… я слышал про кино в соседнем селе. Может быть…
Договорить я не успел. Василиса поднялась, взяла чашку и направилась к дому. Кот последовал за ней, но сначала одарил меня взглядом, который ясно говорил: «И ты туда же, городской».
Замечательно. Теперь не только хозяйка меня игнорирует, но и кот презирает. Полный комплект. Я такой же идиот, как и тракторист.
Оставшись в одиночестве, решил исследовать лучше участок. Может, там есть что-то, что поднимет мне настроение. И действительно нашел – за домом, почти скрытая зарослями, стояла баня!
Ну наконец-то что-то приятное!
Небольшая деревянная постройка с предбанником и парилкой. Старенькая, но крепкая, с настоящей печкой-каменкой. Русская баня, о которой я столько читал, но никогда толком не пользовался.
И тут меня накрыло такой тоской по нормальной помывке, что захотелось выть. Когда я в последний раз принимал что-то кроме душа? В элитном спа на Рублевке, месяца три назад. А сейчас, после дня деревенских подвигов, баня казалась вратами в рай.
«Попарюсь, – решил я с энтузиазмом первооткрывателя. – Как настоящий русский мужик. Пар, веники, квас… хотя кваса у меня нет, но это детали».
Принялся за подготовку. Натаскал воды из колодца – кстати, еще одна экзотика XXI века. Нашел в предбаннике еще дров, изучил устройство банной печи. Она была похожа на домашнюю, только больше и с горой камней наверху. «Ничего сложного», – подумал я, разжигая огонь.
Час спустя баня прогрелась, камни раскалились. Я с предвкушением разделся и плеснул на каменку ковш воды. Послышалось то самое магическое шипение, которое обещало райское блаженство.
Зашел в парилку и… начал умирать. Дым. Повсюду дым. Не целебный пар, а самый настоящий едкий дым, который превращал баню в филиал ада.
– Какого… – начал я и закашлялся так, что в ушах зазвенело.
Труба! Забита чертова труба! Заслонку-то я открыл.
Выскочил из парилки, хватая ртом воздух. Дым валил и в предбанник. Схватил одежду и выбежал на улицу, продолжая кашлять как паровоз. Стоял возле дымящейся бани голый, прижимая вещи к паху, а на улице к вечеру похолодало. Думал о том, как замечательно проходит мое единение с природой.
