– Вам полегчало? Правильно нет смысла хворать. А мне пора!

– Я отпускал, Ася? – открыл вторую бутылку алкоголя.

– Понимаю ваш гнев. Но не стоит вымещать злость на мне.

– Гляньте на неё. Несчастная деточка сбегает прочь. Такая благородная и бисквит принесла. Только я не тупорылый осел, Ася, – говорил как убийца, который планировал напасть. Пятилась, сталкиваясь со стеной.

– Бешеный хам! Сколько еще будете мучить?

– Обманываешь, дерзкая девчонка! Пока не начинал. Но очень скоро ты ответишь, киса, за все пакости, которые совершила!

–Вы с ума сошли! Я вам не пленница!

– Спокойно! Сначала твой ротик мне признается во всём. Сколько заплатила той стерве, чтобы она грязно подставила? – схватил за шкирку. Так обращаются лишь подлые злодеи.

– Руки уберите! Я позвоню тете и всё ей расскажу, как похабно относитесь!

– Что аморального сделал? Ася, я же просил не показывать гонор. Оставаться послушной. А сейчас мне придётся причинить тебе боль, – начал зверски меня раздевать. Словно попала в беду.

– В вас бес вселился. Выпустите. Меня соседи услышат.

– Наивная! Ну разревись от сожаления.

– Почему вы так сильно меня ненавидите?

– Это ложь, малышка. Наоборот к тебе особая симпатия. А теперь говори, или будет хуже. Твоих рук дело, Ася? Я слишком озлоблен, – схватил за волосы. Сколько в нем враждебности. Сейчас начну заикаться от отчаяния.

– Да. Я вам навредила. Довольны? Вы издевались, лапали словно шлюху. А я порядочная девушка. Хватит ухмыляться словно хитрый котяра. Заслуживаю нормального обращения, – прослезилась, и кажется разжалобила чудовище.

– Не плачь. Погорячился. У меня расшатана психика. Долго готовился к концерту, и всё порушилось. Вытри слезы, будь сильной, – говорил так ласково. В этот момент вся агрессия, словно растворялась.

– Разрешите уйти? Я правда сожалею о случившимся. Но вы сами преследовали меня. Отвяжитесь раз и навсегда, – потеряла заветное спокойствие. А он тем временем обхватил щеки руками.

– Сложно сдерживаться. Я без ума от тебя, Ася! Пухлые губки так и хочется поцеловать. Малышка, явно не обижу, – обнял, проявляя нежность. Устала с ним сражаться.

– Раз больше не сердитесь, позвольте уйти,

– А чай? Сделай милость составь компанию, – попросил ласково. Жалею, что согласилась. Но больше возмутило его поведение. Позвонила мама. И начала расспрашивать обо мне.

– Асю ищите? Нет, не видел. Да, эта избалованная молодежь только ленится может, – сбросил вызов. А я реально остервенела.

– Почему наврали? Как можно быть таким подлым? – хотела найти мобильный телефон. Но тщетно. Будто его нарочно спрятал.

– Несправедливо. Да, Ась? Пора платить за свою наглость! Девка настырная, я очень злопамятный. И не прощаю такого хамства. До утра много времени. И я всё думаю, как наказать бесстыжую Асю? Ремнем истязать? Или сразу трахнуть?

– Насилие хотите совершить? Я пожалуюсь тёте.

– Сплошное заблуждение. Думаешь она поверит в чушь малолетки. Не огрызайся, детка. Ванная заждалась тебя. А я с радостью потру твою спинку.

– Насильник проклятый! Хоть пальцем притроньтесь, я вас уничтожу, – стремилась отстоять честь. А он стянул мой свитер, оставив в тонкой майке. Потом так варварски ее разорвал. И сейчас я была в одном бюстгальтере, под нахальным взглядом грозного монстра.

– Аська! Сегодня потеряешь свою невинность. Хорошенько запомни этот день, – рассмеялся. Подлец точно мной воспользуется. Колени тряслись от страха. Собственноручно попала в беду. Возможно, недооценила собственного врага. А когда мерзкий Савелий начал раздеваться, нервно сглотнула. Пробудила в нём настоящее чудовище. Очевидно, композитор загубил ни одну женскую судьбу.

Ася

Кобель распутный. Да, что он себе позволяет? Я даже представить не могла, что попаду в такие неприятности.

– Вам в больницу захотелось? Думаете я слабая, беззащитная девочка не способна дать отпор наглому выродку?

– Асенька, какой отвратительный сленг. Матери стоит задуматься о твоем воспитании. Плохо влияет твоя компании друзей. Как думаешь, ты сильно огорчишься, если она запретит вам дружить, – словно манипулировал.

– А вы мне не родственник совать нос в мою жизнь.

– Дитя непослушное. Дядя твой. Мы пока с твоей тётей не разводимся. И знаешь, что самое пчельное лично для тебя? Придётся расстаться с гордостью и стать послушной. Я выиграю, котёнок! – обнаглел.

– И много девиц вы изнасиловали? Да такого негодяя нужно посадить.

– Напрасно считаешь преступником. Все они отдали честь по обоюдному согласию.

– Говорите, никого не принуждали. Чудовищная ложь. Я не согласна заниматься с вами сексом, но всё равно настаиваете! – твердо заявила и самое отравительное. Он рассмеялся. Словно стремился показаться свое господство. Намотал мои локоны на кулак, выглядев еще более омерзительным.

– Непослушная Ася! Плохо, когда проигрываешь, да? Запомни, придется пролить много горьких слез. А сейчас негодница поплатишься за свою шалость, – надеялся надругаться.

И тут на ум пришла гениальная идея. Схватилась за живот. Старый проверенный трюк. Но вдруг подействует.

– Дайте таблетку.

– Что за грязное притворство? До каких пор планируешь вешать лапшу на уши? – рассвирепел.

– С желудком глобальные проблемы. Вам сложно принести аптечку? —симулировала плохое самочувствие. Неужели монстр способен на сострадание. Избавился от пошлых мыслей и принёс лекарства.

– Гастрит мучает? Отвечай, когда спрашивают.

– А вам разве не всё равно. Вам только девственность моя нужна, – продолжала играть роль. Но он больше не глядел как развращенный скин сын.

– За питанием следить не пробовала? Ляг! Кому сказал?

– Хорошего из себя не изображайте! Не дура поняла, что у вас на уме разврат, – фыркнула я от недовольства.

– Может хватит скандалить со мной? Сейчас должно полегчать, – рассуждал так, будто волновался обо мне.

Ася

– Спасибо, что не набросились как зверь.

– Боль утихла?

– Нет.

– Голодаешь, наверное.

– Да, соблюдаю диету. Вам сложно понять. Если бы растолстела, даже бы не клеились, бабник.

– Девица с гадким характером! Спи! Я пока кашу сварю, – резко изменился, словно и не планировал склонить к близости.

– За идиотку принимаете? Я в вашу любезность не верю.

– Почему я такой плохой в твоих глазах? Ась, ты мне нравишься. Да, зол, конечно, из-за твоего поведения. Но это не означает, что я самый отрицательный герой, – стремился оправдаться. Спокойно доверилась ему и даже задремала. А разбудил он меня питательным завтраком.

– Отравить овсянкой решили?

– Капризная грубиянка! Мать, наверное, намучилась с тобой. Ложку взяла и начала покорно жевать. Попробуй, прежде чем критиковать, – заявил неугомонный тиран. Странно, но согласилась его послушать. На удивлении, стряпня оказалась вкусной.

– И где вы научились готовить?

– Будучи студентом музыкального училища, часто варганил себе еду.

– За дурочку принимаете? Вы богатый.

– Но раньше бедствовал. Не сразу проснулся знаменитым. Зубы не заговаривай и ешь, – заботливо произнес. Наше общение неожиданно наладилось. Словно и не было тех ужасных разборок.

– Великодушно с вашей стороны. Что беспокоитесь за меня.

– Я вообще очарован тобой, Ася. Если бы ты доверилась мне, раскрыла душу, рассказала о наболевшем мы могли подружиться, – нежно коснулся щеки. И слегка попала под его очарование.

– Это неправильно. Вы муж тёти.

– И что? Теперь нам нельзя общаться?

– Ваши намеки на секс, они пугают.

– Аська, я дурачился с тобой. Неужели думала, возьму и надругаюсь? Глупышка!

– Постойте, вы нарочно пугали?

– Да, трусиха! Про меня сочиняют всякие слухи. Прям герой любовник! Но поверь, никогда бы не поступил безнравственно. Ведь ранить тебя это действительно скотский поступок.