Джаггер прикусил зубами жилистые мышцы на шее Рена, поглаживая его руками по бокам. Тело Рена было идеально подтянутым, и по мускулам, которые перекатывались под его ладонями, Джаггер мог сказать, что Рен посещал тренажерный зал. Джаггер провел пальцами вниз, туда, где задница Деклана прижималась к бедрам Рена, а ноги были прижаты к груди Рена. Угол, казалось, идеально подходил для Деклана, потому что он стонал при каждом движении бедер Рена, а его кулаки сжимали простыни.

Джаггер провел рукой по заднице Деклана, пока тот извивался под Реном, а затем погрузил палец в Деклана, когда Рен сделал следующий рывок вперед. Деклан ахнул от усилившегося давления, и глаза Рена заблестели от вожделения, когда он увидел, как его член и палец Джаггера исчезли вместе внутри Деклана.

- Держи его крепче, - прошептал Джаггер, добавляя еще один палец.

Свободной рукой он схватил Рена за бедро и начал толкаться в него, что еще глубже погрузило его в Деклана. Рука Рена исчезла с его шеи и обвилась вокруг ног Деклана, удерживая его на месте, пока Джаггер входил в них обоих. Член Рена пульсировал под его пальцами, в то время как гладкие стенки Деклана сжимали его.

- О Боже, сильнее, - резко сказал Деклан.

Джаггер усилил толчки, отыскивая губы Рена. Он позволил своему языку медленно исследовать рот Рена, в то время как его бедра двигались все быстрее и быстрее. Он сумел опустить взгляд и увидел, что Деклан яростно ласкает себя, в то время как Рен и пальцы Джаггера проникали в него снова и снова.

- Смотри, как он охуительно красив, когда кончает, - прошептал Джаггер Рену.

- Джаггер! - закричал Деклан.

- Покажи ему, детка. Покажи ему, как сильно ты по нему скучал, - сказал Джаггер.

- Люблю тебя, Рен! - Деклан вскрикнул, когда они оба навалились на него.

Струйки спермы ударили ему в грудь и живот, пока волна за волной накатывало наслаждение. Рен издал грубое ругательство, все его тело сжалось, и Джаггер почувствовал, как жидкий огонь пропитал его пальцы, пока Рен продолжал входить и выходить из Деклана. Джаггер перестал бороться с собственным оргазмом и, кончая, укусил Рена за плечо. Блаженная агония, казалось, продолжалась вечно, но все трое начали расслабляться, когда их настигли последствия, Рен отпустил ноги Деклана, чтобы Джаггер мог прижать его к груди Деклана. Он вытащил свои пальцы из тела Деклана и поднес их к его рту. Деклан немедленно втянул их в себя и чисто вылизал. Когда он отпустил пальцы Джаггера, язык Рена занял их место, и Джаггер позволил им немного поцеловаться, прежде чем притянул губы Рена к своим, чтобы тоже попробовать их на вкус.

***

- Ты понимаешь, почему я должен был держаться подальше, верно? - Деклан услышал шепот Рена у себя на груди. Джаггер лежал за спиной у Деклана, но по его ровному дыханию Деклан мог сказать, что он спит.

- Да, - сказал он, проводя пальцами по густым волосам Рена.

Он все еще чувствовал шрамы на голове.

- Тебе пришлось залатать шрамы, до которых мы с Джаггером не могли дотянуться.

Рен приподнял его лицо, так что их губы оказались всего в нескольких дюймах друг от друга.

- Ты все еще видишь в этом Рене что-то от того, в кого влюбился в первый раз?

Деклан улыбнулся и кивнул.

- Не думал, что это возможно, но я люблю этого Рена еще больше.

- Вы с Джаггером спасли меня, Деклан.

Деклан провел пальцами по щеке Рена и прошептал:

- Нет, Рен, мы спасли друг друга.

Эпилог

Рен не мог смириться с таким количеством людей, сидящих за обеденным столом в доме Вина. С мамой Джаггера, то их число достигло шестнадцати. И это он не учел малышку Гейба и Райли, которая в этот момент спала на сгибе отцовской руки. Он задавался вопросом, как, черт возьми, Вин собирается всех рассаживать, а к растущей группе присоединялось все больше малышей. Словно по команде, Вин встал, и все за столом притихли.

- Как все могут видеть, наши семейные обеды становятся все многолюднее, - сказал он, оглядывая сидящих за столом. - И я, например, не могу не радоваться этому, - тихо сказал он.

- Вот, вот, - сказали несколько человек.

- В детстве Дома, Рена, Рафа и меня учили, что семья - это люди, в жилах которых течет общая кровь. Но думаю, братья согласятся со мной, если я скажу, что семья - это нечто гораздо большее. Речь идет о людях, которые будут рядом, когда ты вернешься домой. Или будут искать тебя, когда ты потеряешься. Они прольют свет на твою тьму, - Вин взглянул на Мию, наблюдавшую за ним влажными глазами, - и утешат тебя в горе. - Он сделал долгую паузу, прежде чем сказать: - Я смотрю на сидящих за этим столом и не могу представить себе лучшей семьи, в которую мы с Мией могли бы принять наших детей через шесть месяцев.

На мгновение все замолчали, пока до них доходили слова Вина, а затем раздались радостные крики, и все за столом заговорили одновременно.

- О, и вы все приглашены на свадьбу, - добавил Вин. - Это на следующих выходных! - сказал он с ухмылкой.

Рен улыбнулся, когда все вокруг него встали и начали пробираться во главу стола, чтобы поздравить будущих родителей. Если бы не Деклан и Джаггер, он бы пропустил это событие. Он бы многое упустил из виду.

Разлука с Джаггером и Декланом была одной из самых тяжелых в жизни Рена, но он использовал это время, чтобы понять, кем он был вне их отношений и за пеленой посттравматического стрессового расстройства. Он провел время с каждым из своих братьев и их близкими и понял, что, подобно Деклану и Джаггеру, они видели в нем нечто большее, чем просто сломленного или ущербного человека. Они смеялись над забытыми воспоминаниями и делились новыми. Никто не осуждал его за связь с двумя мужчинами вместо одного и не обсуждал его, казалось бы, внезапную смену ориентации. И когда он, наконец, был готов рассказать о подробностях засады и своего заключения, все его братья плакали вместе с ним о потерянных братьях по оружию, и благодарили его за то, что он оставался сильным достаточно долго, чтобы они смогли вернуть его домой.

Каждый раз, когда он делился воспоминаниями с кем-то из членов семьи или со своей терапевтической группой, он находил хорошие моменты и откладывал их в памяти, а за не очень хорошие моменты принимал и прощал себя. Его главной задачей по-прежнему было найти силы простить себя за Брэндона, но в глубине души он знал, что однажды добьется этого. Именно этого Брэндон хотел бы для него.

Пара рук обвила его шею и скользнула вниз по груди, а на щеке остался поцелуй.

- Черт, близнецы. Ты знал? - Спросил Джаггер.

- Она сказала мне вчера, - признался Рен.

Ему было трудно загладить свою вину перед Мией. Ее испуганный голос преследовал его в течение нескольких месяцев после того, как он напал на нее, и он не ожидал и не заслуживал ее прощения. Но она все равно дала ему это и приняла с распростертыми объятиями, как только он впервые после той ужасной ночи переступил порог дома Вина. И сразу после того, как простила его, она пригласила его пожить у них некоторое время.

- Итак, ты станешь дядей, - сказал Деклан, снова усаживаясь на свой стул рядом с Реном и кладя руку ему на бедро.

- Мы станем дядюшками, - поправил Рен, переплетая свои пальцы с пальцами Деклана и поднимая голову для быстрого поцелуя с Джаггером. - И крестными отцами, - добавил он.

- Не думаю, что троим можно, - сказал Джаггер.

- Я думаю, что три - идеальное число, - дерзко ответил Рен и получил еще один поцелуй за свои старания.

- Ты нервничаешь из-за завтрашнего дня? - Спросил Деклан.

Рен кивнул. Он был рад, когда Деклан и Джаггер с готовностью согласились полететь с ним в Индиану, чтобы передать последние слова Брэндона его родителям и невесте. Он не станет рассказывать всей правды о том, что случилось с Брэндоном, но он скажет им, каким храбрым он был, потому что это было правдой на сто процентов.

- Думаешь, они следят за нами, Деклан?