- Рен, - мягко сказал Деклан. Он почувствовал, как рука Деклана легла на его подбородок, и понял, что молчал слишком долго, потому что увидел мимолетное разочарование в глазах Деклана. - Я сказал тебе это не для того, чтобы ты ответил мне тем же.

- Зачем ты мне все это рассказал? - спросил Рен.

- Потому что я устал лгать себе об этом или надеяться, что оно пройдет. Но ты должен знать, что то, что я чувствую к тебе, я испытываю и к Джаггеру тоже. Я не ожидал этого, но не могу этого изменить. И не буду.

- Деклан, - начал было Рен, но Деклан заставил его замолчать поцелуем.

Деклан любил его. Его мозг продолжал повторять эту фразу снова и снова, пока Деклан боготворил его губы. Но холодок пробежал по его телу, когда он понял, что Деклан еще не знает правды. О нем. О том, что он сделал.

- Скажи еще раз, - прошептал Рен. Он знал, что жестоко просить Деклана сказать то, чего он не мог сказать в ответ, но ему все равно нужны были эти слова.

Может, если он услышит их достаточно, то найдет в себе силы признаться в том, что натворил в темноте своей ямы.

- Я люблю тебя, Рен, - выдохнул Деклан ему в губы.

Он сказал это снова, прежде чем Рен заставил его замолчать поцелуем, но когда он потянулся к рубашке Деклана, тот замер и схватил его за руки. Именно тогда Рен услышал звук, похожий на хлопанье закрывающейся двери. Деклан толкнул его на ноги и сам быстро поднялся.

- Оставайся здесь, - сказал он, прежде чем Рен успел возразить.

Деклан даже не успел добежать до двери, как она распахнулась. Измученный взгляд Джаггера встретился с Реном, когда он шагнул к Деклану. Извинения были очевидны, но Рен знал, что они ему нужны не.

***

Деклан даже не услышал звука подъезжающей машины, потому что был слишком поглощен тем фактом, что признался в любви не только к Рену, но и к Джаггеру. Ни одно из этих признаний не входило в его планы, но сегодня вечером ему показалось таким правильным, наконец-то, сказать Рену правду. Как бы ни было тяжело осознавать, что он не услышит таких слов в ответ, он все равно почувствовал себя легче, чем когда-либо за долгое время, и ни о чем не жалел. И у него не было ни малейшего желания брать назад свое признание в том, что он так же влюблен в Джаггера. Последний даже не ударил его, пока он не увидел, как машина Джаггера отъезжает от мотеля. Потеря, которую он почувствовал, была в сто раз сильнее, чем боль, которую причинил ему дед своим бессердечным отступничеством, но он не жалел и о том, что сказал Джаггеру, что всегда будет защищать его.

Надежда пронзила Деклана, когда Джаггер сократил расстояние между ними, и, не колеблясь ни секунды, накрыл губами его губы.

- Прости, - прерывисто прошептал Джаггер, а затем его губы снова прильнули к губам Деклана.

Джаггер отпустил его на время, достаточное для того, чтобы одарить Рена обжигающим поцелуем, а затем Деклан потерял представление обо всем остальном, кроме двух мужчин, чьи руки освобождали его от одежды, а губы обжигали его кожу одним пылким поцелуем за другим. Он даже не заметил, как они добрались до кровати в его комнате, пока он не упал спиной на матрас, а рот Джаггера не сомкнулся на его члене. Он вскрикнул от этого ощущения, но Рен рядом заглушил этот звук.

- Ты покажешь мне, Деклан? - Спросил Рен, не отрываясь от его губ. - Ты покажешь мне, что ты чувствуешь?

Деклан не понимал, о чем спрашивал Рен, пока не почувствовал, как презерватив натягивают на его член.

- Ты доверяешь мне, Рен? - Спросил Деклан.

- Да. Всегда «да».

Это все, что нужно было услышать Деклану, и он быстро перевернул Рена на спину. Он тут же потянулся к Джаггеру за поцелуем.

- Скучал по тебе, - прошептал он прямо в губы Джаггеру. - Подготовь нашего мальчика для нас.

Ноздри Джаггера раздулись, когда он еще раз лизнул Деклана в губы, а затем подтянул Рена к краю кровати. Глаза Рена расширились от замешательства, когда Джаггер приподнял и развел ноги Рена, прежде чем опустился коленями на пол. Джаггер дал Рену немного времени на обдумывание того, что должно произойти, но в ту же секунду, как его язык облизал дырочку Рена, Рен выкрикнул его имя, а затем рукой потянулся к руке Деклана.

***

Стоны Рена медленно сводили Джаггера с ума от желания, пока он лизал и покусывал пульсирующую дырочку. Но когда Рен внезапно дернулся под ним и разразился градом проклятий, Джаггер улыбнулся и уверился в том, о чем уже подозревал - Деклан склонился над Реном и глубоко втянул в рот его истекающий влагой член. Их взгляды периодически встречались, пока они работали над Реном в тандеме, но все закончилось слишком быстро, потому что Деклан оторвался от Рена всего после нескольких безжалостных движений. Он предположил, что Деклан видел, что Рен уже был на грани, и им определенно нужно было, чтобы он оставался там, пока Деклан не сможет войти в него. Помня об этом, Джаггер оторвал свой рот от отверстия Рена и потянулся за смазкой, которую бросил на кровать. Тело Рена напряглось в ту же секунду, как он почувствовал прикосновение пальцев Джаггера, но когда он поднял глаза, то увидел, что Деклан лег рядом с Реном и что-то ему бормочет. Что бы он ни говорил, казалось, это сработало, потому что он почувствовал, как тело Рена немного расслабилось, и когда Джаггер нежно прижался к нему, Рен подался вперед.

Собственное тело Джаггера словно горело, когда он наблюдал, как его палец исчезает в теле Рена, и он не мог поверить, что из-за своей гордости чуть не пропустил этот момент. Предательство, которое он испытал, когда понял, что Деклан, скорее всего, отправился противостоять Митчеллу, было жестоким, и с течением времени его гнев только усиливался. Рен не раз пытался его переубедить, но Джаггер сделал именно то, в чем обвинял Деклана - он самоустранился и отгородился от Рена. Но когда Деклан озвучил то, что Джаггер так долго пытался отрицать - что его мать никогда не защищала его, - Джаггер был ошеломлен.

Тот факт, что его мать предпочла свою извращенную версию любви к Митчеллу своей преданности ему, был правдой, от которой он долгое время скрывался, и когда он услышал, как кто-то другой сказал это, вся его боль снова всплыла на поверхность. Но следующие слова Деклана напугали его до смерти, потому что это было последнее, чего он ожидал. Джаггер всегда был защитником, потому что он был крупнее и сильнее окружающих его людей. Он был им нужен для защиты. Это единственная роль, которую он умел играть. Но он поверил Деклану, сказавшему, что всегда будет защищать его, и ненавистная уязвимость, которую он чувствовал, заставила его сбежать. Ему потребовались часы, чтобы прийти в себя, и всю дорогу до хижины он был охвачен страхом, что на этот раз его не простят. Что он испортил самое лучшее, что было в его жизни, еще до того, как оно по-настоящему началось.

Джаггер почувствовал, как его член возбуждается в предвкушении, когда тело Рена начало принимать плавные скользящие движения пальца, и он осторожно добавил еще один.

- Блядь, - пробормотал Рен, и Джаггер замедлил свои движения, пока не услышал из-под рваных штанов, в которые был облачен, что дыхание Рена выровнялось.

Джаггер приподнялся достаточно, чтобы провести языком по члену Рена, который начал опадать, и был вознагражден громким стоном. Он сосредоточил свое внимание на члене Рена, медленно вводя в него второй палец, и по мере того, как член Рена увеличивался в размерах под его движениями, его бедра начали толкаться вниз, на пальцы Джаггера. Джаггер медленно вытянул их из Рена, а затем поднялся на ноги, наклонился к Рену и крепко поцеловал его. Губы Деклана прильнули к его губам, и они по очереди целовали и гладили руками все тело Рена, пока тот не начал извиваться под ними, моля об облегчении. Пока Джаггер подтягивал Рена на кровати, Деклан занял другую позицию.

***

Рен невольно напрягся, почувствовав, как член Деклана начал вдавливаться в его тело. Он знал, что дискомфорт усилится, если он не сможет расслабиться, но, сколько бы себя ни уговаривал, это не изменило реакцию его тела. Но он напомнил себе, что боль, которую он почувствовал, когда пальцы Джаггера пронзили его, ослабла и начала превращаться во что-то другое, не такое уж и ужасное. За исключением того, что, несмотря на толщину пальцев Джаггера, они не соответствовали размеру члена, пронзавшего его.