В тридцать три года я была достаточно зрелой, чтобы понимать столь очевидные вещи.

Что, впрочем, не отменяло того, что Васю я любила до чёртиков в глазах. На момент встречи с ним, честно говоря, уже и не думала, что вообще могу так всепоглощающе в кого-то влюбиться…

Тем больнее мне было теперь.

Но я запретила себе об этом думать. На ближайшие несколько часов я запретила себе думать вообще о чем бы то ни было, кроме себя самой.

С такими установками я и впорхнула в торговый центр.

К счастью, я не довела себя до того, чтобы ни в одном обычном магазине на меня не нашлось одежды.

Поэтому час спустя вышла из очередного бутика с несколькими пакетами. И очень надеялась, что у Васи от уведомлений о списаниях уже дёргается глаз. Главное, чтоб не слишком сильно, а то ещё Настеньку выронит, которая очень любила сидеть на руках и уже наверняка оккупировала Васины верхние конечности.

Хмыкнув этим мыслям, я направилась в магазин спортивной одежды. Настроена была решительно. И акция с частичной передачей забот о ребенке мужу была вовсе не одноразовой.

Этим утром я купила абонемент в зал. Тоже, конечно, за счёт щедрого муженька, который о своей щедрости пока, видимо, и не подозревал. Ну ещё бы! Он ведь был так увлечён разглядыванием чужих прелестей…

От этого воспоминания болезненно кольнуло сердце. Полезли в голову вопросы…

Давно он с ней встречался?.. Сколько раз меня предавал?.. И почему снова наступал на старые грабли?..

Хотя это не имело значения. Достаточно было и того, что её, девку без особых принципов и морали, он осыпал комплиментами, а меня, свою жену, мать своего ребёнка — оскорблял.

И пусть даже спал он с ней всего лишь раз — это уже перечеркивало все, во что я верила. Все, чем я жила.

Это порождало болезненное отвращение по отношению к человеку, который ещё вчера был мне отчаянно дорог.

Заметив, в какую сторону снова свернули мысли, я решительно от них отмахнулась.

Следующие полчаса я тщательно выбирала себе спортивную одежду и обувь. Намеревалась заняться собой всерьёз — абонемент купила вовсе не для того, чтобы сходить на фитнес от силы пару раз.

Уже на выходе из торгового центра заметила кафе, у которого стояло меню с изображением соблазнительных сладостей…

Хотелось позволить себе эту слабость, но я знала: это как с курением или выпивкой. Люди думают — ну что будет, если я разок это сделаю? И в итоге одного раза хватает, чтобы рухнуло все.

Нет, с этого дня я начала новую жизнь.

И без сладкого в ней я проживу. А вот без самоуважения и уверенности в себе — вряд ли.

Я себя не жалела.

Слезла с беговой дорожки только тогда, когда ощутила, что ещё мгновение — и я, наверно, упаду.

Вытирая полотенцем лоб, просто дышала. Голова при этом была восхитительно-пустой…

Теперь понимала тех людей, которые в трудной жизненной ситуации ударялись в спорт. Физические нагрузки снимали тяжесть с души. Не насовсем, конечно, но хотя бы на время.

— Лия, это ты?!

Голос, раздавшийся где-то рядом, был мне знаком. Но до того, как повернулась, я не сразу сообразила, кому он принадлежал.

Голос из прошлой жизни.

Увидев перед собой человека с работы, которая, казалось, тоже была в какой-то иной реальности — хотя я и намеревалась туда вернуться — автоматически улыбнулась…

— Петя? Привет.

Он окинул меня взглядом с ног до головы. Я невольно напряглась, словно в ожидании приговора. После жестоких слов мужа стало казаться, что и все остальные смотрят на меня так же, как он…

С неприятием.

Но в глазах Пети ничего подобного не было. Он, казалось, просто пытался поверить в то, что и впрямь видит перед собой именно меня.

— Вот это ты потрудилась, — улыбнулся в итоге. — С тебя пот прямо ручьем течёт. Хотя зачем? Ты ведь и без того хорошо выглядишь.

Конечно, он говорил это лишь из вежливости — я понимала. Но мне все равно было приятно.

Голос разума же подсказывал мне, что плюс три размера в одежде и плюс двадцать кило в весе будут мало кому к лицу.

— Спасибо, — отозвалась в итоге столь же корректно.

Он склонил голову набок, в глазах читалось любопытство.

— Я тебя тут раньше не видел, хотя, вроде бы, каждый день хожу.

— Я сегодня первый раз.

— Вырвалась из семейных оков? — пошутил он.

— Вроде того. А как там на работе?

С тех пор, как ушла в декрет, ни с кем из офиса почти не общалась. И теперь ощущала какой-то особый кайф от того, что могла с кем-то поговорить на тему, которая не касалась детей и всего, что с ними связано…

В этот миг я снова чувствовала себя живой. Чувствовала себя полноценной личностью.

Мы проболтали, наверно, ещё минут двадцать. Оказалось, вне офиса Петя был весьма интересным собеседником, чего я, как ни странно, не узнала за все пять лет, что мы работали в одной кампании…

Хотя могла оправдать себя тем, что в разных подразделениях.

Я была ведущим архитектором. Он — трудился в отделе продаж.

Когда настала пора прощаться, он вдруг меня окликнул…

— Лия?

— Ммм? — отозвалась коротко.

Он открыто, обаятельно улыбнулся.

— Если ты свободна завтра вечером, то у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

На подходе к офису мужа меня одолела тревога.

Всё ли в порядке с дочкой? Не совершила ли я ошибку, доверив её такому папаше, каким показал себя Вася?..

Накатила горечь. Вот как я, столько лет жившая в свое удовольствие и не стремившаяся создать семью любой ценой и с кем угодно, в итоге умудрилась выйти замуж за подобного человека? Да ещё и родить ему дочку, которая в итоге оказалась нужна лишь мне?..

Смешно. Всегда, кажется, была очень избирательна, в чем-то даже чересчур рациональна, а встретила этого гада — и так накрыло, что, видимо, отбило мне мозги. Иначе как я могла не разглядеть, что он из себя на самом деле представляет?..

Как могла раньше не понять, что ничего для него, видимо, не значу?..

А кем я вообще была в его жизни? Судя по тому, что он опять прикатился к своей бывшей, я была для него временным бинтом, который он использовал, чтобы залатать рану, а потом безжалостно разорвал и отбросил в сторону…

Нет, даже не на помойку. Просто в сторону, на случай, если ещё пригодится.

Наверно, это было самое обидное. Осознать вдруг, что тебя никогда не любили, а ты сама ему всю душу отдала…

Идиотское чувство — любовь. Какими слепыми, податливыми, глупыми она нас делает!

Я ненавидела в этот момент себя за то, что слишком его любила.

Сделала несколько вдохов и выдохов, пытаясь успокоить разбушевавшееся вдруг сердце. Посмотрела на окна девятого этажа, где был офис Васи…

И сделала шаг вперёд.

— А Василий Андреевич уехал уже, — сообщила мне его администратор, когда я поднялась на нужный этаж и прошла к кабинету мужа, чтобы забрать дочку.

От таких новостей растерянно моргнула. Уехал…

Первая же мысль вырвалась наружу вопросом…

— А Настя где?..

В целом, я бы не удивилась, если бы Вася попросту скинул дочь на чью-то шею. Своей матери, первой попавшейся няньки или кого угодно ещё. Свое отношение к нам с Настенькой он уже весьма явственно показал.

— С ним, конечно, — отозвалась, тем временем, Катя на мой вопрос.

Потом, понизив голос, словно по секрету добавила…

— Когда убегал, что-то бормотал про питание и про то, что вы… ну, его убьете.

Я хмыкнула. Мотивы его убить у меня, конечно, имелись. А вот желания потом за это сидеть — никакого.

И что он, интересно, уже наворотил?..

Немного помолчав, я решила аккуратно поинтересоваться…

— А как тут в целом… были дела?

Вопрос прозвучал расплывчато, но она меня поняла. Неожиданно озорно улыбнувшись, чего наверняка не позволила бы себе при Васе, Катя сообщила…

— Настя сначала плакала. Он даже ко мне подбежал, спрашивал, почему она плачет и что делать. Я сказала, что ему лучше знать, дочь-то его… Ну и потом, в общем, все вдруг утихло. А ещё через час он вылетел из кабинета, как ошпаренный и сказал, что его сегодня не будет, а все звонки на его помощника переводить.