В условиях эпидемии не было возможности провести полноценное исследование мероприятия, поэтому мои выводы вынужденно спекулятивны. Однако напрашивается мысль о том, что наблюдавшиеся в прежние годы всплески политических страстей во многом были вызваны присутствием агрессивно настроенных посетителей, приезжающих на праздник из России и, возможно, других постсоветских республик. Фактическое приостановление сообщения между Россией и Германий лишило их такой возможности, и в результате праздник прошел гораздо спокойнее.

Приложение

Подсчет посетителей Трептов-парка 9 мая 2014 г.

Советский мемориал в Трептов-парке каждый год 9 мая притягивает огромное количество посетителей^[130]. При этом немецкие СМИ практически игнорируют это мероприятие, и сам факт ежегодного массового праздника остается неизвестен подавляющему большинству жителей Берлина. К тому же, как говорилось выше, в пространстве мемориала одновременно присутствуют разные, слабо соприкасающиеся группы посетителей. В совокупности это приводит к тому, что размах праздника систематически недооценивается многими плохо осведомленными сторонними наблюдателями и даже участниками праздника. 9 мая 2013 г. я провел почти весь день в Трептов-парке и пришел к выводу, что мемориал посетило существенно больше 10, возможно, около 20 тысяч человек. В 2014 г. я решил проверить личные впечатления при помощи систематического подсчета. Результат подтвердил мои ожидания: с 6 утра до 22 часов вечера наша команда насчитала 12 813 посетителей. В 2013 г. День Победы совпал с (выходным) днем Вознесения Христова и Днем отца и весь день стояла прекрасная солнечная погода. В 2014 г. 9 мая выпало на рабочий день, и к тому же шел дождь, поэтому весьма вероятно, что посетителей было гораздо меньше, чем в предыдущем году — а значит, мои впечатления оказались верными. Указано число посетителей самого мемориала. Оно не включает в себя участников «праздника-2», не посетивших «праздник-1» (см. выше). Из интервью и неформальных бесед с координатором «праздника-2» я знаю, что его организаторы не пытались вести подсчет посетителей, но очевидно, что в нем даже в плохую погоду участвует много сотен, а вероятнее всего — тысячи людей, некоторые из которых, как уже писалось, приходят только в «Розовый сад» и не посещают мемориал. Таким образом, общее количество участников двух праздников выше указанной цифры.

Как мы считали?

Подсчет стал возможен благодаря тому, что пройти на территорию мемориального комплекса можно только через небольшое количество точек. Я поместил ассистентов рядом с каждым из четырех входов — у южной и северной арок (с учетом находящихся рядом с ними проходов с территории собственно Трептов-парка) и у каждого из небольших боковых входов. (Пятые ворота, расположенные за основной статуей, постоянно закрыты на замок.) Используя механические счетчики и работая восьмичасовыми сменами, они считали всех входящих и выходящих. Один «лишний» ассистент и я сам работали «джокерами», сменяя сотрудников во время перерывов, чтобы обеспечить непрерывность подсчета. У основных входов входящих и выходящих считали разные участники проекта. У боковых входов и тех, и других считал один человек.

Результаты фиксировались письменно в десятиминутных интервалах. Не считали мы только паркового садовника, полицейских в форме (в связи с украинскими событиями их было больше, чем в 2013 г.) и нас самих. В остальном при подсчете не принимались во внимание никакие параметры, будь то возраст или статус (индивидуальный посетитель, участник организованной группы, случайный прохожий или спортсмен и т. п.).

Как говорилось выше, мемориальный комплекс ежегодно 9 мая посещает как минимум шесть разных категорий людей. Однако по моим впечатлениям в 2014 г. было меньше представителей «немецких» категорий и больше посетителей, приехавших в составе организованных групп из Беларуси или России. Это вполне объяснимо: международное путешествие сложнее отменить в связи с погодными условиями, чем вылазку внутри Берлина. Также мне показалось, что было меньше организованных групп, состоящих из русскоязычных жителей Германии. Однако ни то, ни другое наблюдение я не могу подкрепить цифрами.

Подсчет входящих и выходящих позволил определить, сколько человек находилось на территории мемориального комплекса в течение каждого десятиминутного интервала, а также проверить точность подсчета. Если бы наш метод был полностью лишен погрешности, к концу дня разница между вошедшими и вышедшими должна была быть равна нулю (или чуть выше: даже после 22 часов в темноте на территории комплекса оставалось с десяток посетителей). В реальности результат оказался отрицательным (-34 — мы посчитали 12 847 выходящих против 12 813 входящих). С учетом количества посетителей и считающих можно исходить из того, что погрешность была минимальной. (Илл. 3, 4.)

^{Илл. 3. Количество находящихся на территории советского мемориала в Трептов-парке 9 мая 2014 г.}

^{Илл. 4. Посетители, входящие на территорию мемориала 9 мая 2014 г. (за каждый десятиминутный интервал)}

Естественно, 12 813 — это не количество уникальных посетителей, поскольку некоторые из них по нескольку раз приходили и уходили, и (к счастью) у людей нет IP-адресов. Однако количество посетивших мемориал более одного раза, очевидно, не очень большое. В основном это люди, устанавливающие стенды на территории комплекса либо те, кто выходил в кусты через северный боковой вход «по нужде». Таким образом, можно исходить из того, что 9 мая 2014 г. мемориальный комплекс посетило около 12 тысяч человек.

Используя тот же метод, наша исследовательская группа повторила подсчет 9 мая 2015 г. К сожалению, в связи с недобросовестной работой некоторых участников погрешность оказалась значительно выше, чем в 2014 г., и за 2015 г. я не могу привести точную статистику по временным интервалам. Однако общее число посетителей в этот день превысило 40 тысяч — что неудивительно, если учесть юбилейную дату, солнечную субботу, растущую политизацию праздника в связи с войной в Украине и проведение на территории мемориального комплекса новой трехдневной акции «Солдатские имена над братскими могилами».

Источники

[2] Gabowitsch М. Insel Treptow. Praktische Aneignung und mediale Kartographien sowjetischer Gedenk-orte in Berlin und Wittenberg // Gabowitsch M., Gdaniec C., Makhotina E. (Hrsg.). Kriegsgeden-ken als Event. Der 9. Mai 2015 im postsozialistischen Europa. Paderborn: Ferdinand Schoningh, 2017. S. 203–277, 319–334.

[3] О восприятия «германской модели» в других странах см.: Gabowitsch M. (ed.). Replicating Atonement: Foreign Models in the Commemoration of Atrocities. Basingstoke: Palgrave, 2017.

[4] О «проработке прошлого» как поколенческом проекте см.: Jureit U., Schneider Ch.

Gefuhlte Opfer: Illusionen der Vergangenheitsbewaltigung. Stuttgart: Klett-Cotta, 2010.

[5] См.: Deak I., Gross J. T., Judt T. (eds.). The Politics of Retribution in Europe: World War II and Its Aftermath. Princeton: Princeton University Press, 2000.

[6] Например: Georgi V. Entliehene Erinnerung. Geschichtsbilder junger Migranten in Deutschland. Hamburg: Hamburger Edition, 2003.

[15] Об этом см., например: Olick J. Genre Memories and Memory Genres. A Dialogical Analysis of May 8, 1945, Commemorations in the Federal Republic of Germany // The Politics of Regret. On Collective Memory and Historical Responsibility. New York; Abingdon: Routledge, 2007. P. 55–83.