– А руки две?
– Да.
– Ты к чему это? – спросил его Иван, не понимая, зачем Алексею такие подробности строения биороботов, речь-то сегодня шла о другом.
– Да мысль одна возникла, – откликнулся Алексей. – Почему-то описание очитеков мне напомнило не «Звездные войны» Лукаса, а «Войну миров» Уэллса. Помните, там у него пришельцы захватили Землю? И были это треножники с круглой башкой. А ты, Вань, говоришь, фантасты подводят. Выходит, что они что-то знают, чертяки.
– Вполне может быть, ведь информационное поле существует, – задумчиво проговорила Маар. – А может он их видел. Я не знаю. У меня нет такой информации. Могу сказать только, что очитеки не захватывают планеты, а только наблюдают за их развитием. И их мало, и маскировка у них на высшем уровне. Но иногда, видимо, все-таки попадаются кому-то на глаза. С другой стороны, очитеки не совсем такие, как Уэллс их описал. Это из той области, когда слышу звон, да не знаю, где он, – Маар вспомнилась смешная поговорка, которую она умело вплела в нить разговора.
– Хорошо, я понял. Поставлю знак вопроса, – Алексей что-то записал себе в планшет. – Извини, Марин, мы опять тебя перебили. Мыслей возникает много. Рассказывай, постараемся тебя больше не отвлекать, – он посмотрел на свои записи и сказал. – Остановились на том, что искатели-биороботы ищут подходящие для жизни планеты. Что дальше?
– Могу добавить, что искатели выглядят совсем не так, как очитеки. У них больше места занимает компьютер, а это не только голова, но и тело. У них прямая связь с бортовым суперкомпьютером и руки-манипуляторы пообъемнее. Пожалуй, на людей чем-то похожи… Опять представление о пришельцах поменялось, да? – Маар пристально посмотрела на Виктора, сидевшего в расслабленной позе слева от нее.
Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, голова немного запрокинулась назад, а глаза были закрыты. При этом его тело изредка вздрагивало, как будто ему снился кошмар, и Маар заподозрила что-то неладное. Но прислушавшись к его ровному дыханию, поняла, что он заснул.
В это время в голове у Виктора куда-то бежали инопланетяне из «Звездных войн», какие-то большеголовые ящероподобные люди с огромными глазами, позади которых маячил знаменитый Чубакка. Тут же смешно подскакивал и куда-то несся ушастый Джа-Джа Бинкс с глазами на антенках. Вокруг танцевали странные инопланетные расы из фантазии Джорджа Лукаса. Чему они радовались, было не понятно. Но было видно, что им нравилось весело скакать у него в голове. Не успев вволю порадоваться такому счастью, они стали постепенно растворяться, превращаясь в треножники Уэллса, которые продолжали отчаянно плясать на фоне разрушенной планеты. Сначала они одновременно приседали и поднимались на трех своих ногах, ускоряясь в темпе, а затем стали и вовсе отплясывать вприсядку «Камаринскую», выбрасывая то одну, то другую ногу в стороны. При этом их головы раскачивались в такт музыке и иногда стукались друг о друга со звонким звуком «Бзы-ын-нь».
И сейчас куча этих «бзынь» звенела у Виктора в голове. Вскоре ноги у треножников от безумной пляски запутались, и вся эта боевая катавасия рухнула на землю, скрутившись в два огромных черных шара. Земля от этого вздыбилась и стала грозно поднимать к небу серо-зеленые горы, а вскоре превратилась в лицо серого пришельца с черными глазами, который пристально смотрел на Виктора. Затем у серого выросли антенки, и глаза стали возвышаться над головой. После чего эти глазюки внезапно разделились на несколько штук, и серый превратился в страшную Медузу Горгону, у которой вместо волос-змей извивалось сто антенок-глаз. Не успев потанцевать, она превратилась в стоглазого всевидящего Аргуса, у которого сто гляделок снова слились в один циклопий глаз. Циклоп пристально уставился на Виктора, несколько раз моргнул единственным глазом, после чего тот раздвоился, и Виктор увидел глаза Алексея, вернее его голову прямо перед собой, склонившуюся над ним и прыскающую ему в лицо холодной водой.
– Витя, Витя, ты чего? Ты куда поплыл? Тебе плохо что ли? – обеспокоенно спрашивал его Алексей, тряся за плечо.
Виктор помотал головой, посмотрел на друзей немного затуманенным взором и, приходя в себя, понял, что пляски инопланетян были не в телевизоре. «Бзын-н-нь» все еще звенело у него в голове. Он увидел испуганные лица друзей и сказал слабым голосом:
– Да. Поплохело мне чего-то. Похоже, от новых впечатлений, или переел. Сейчас пройдет, сам не ожидал.
– Давай, приходи в себя. А я тебе чаю горячего сейчас налью, – Иван пошел к плите ставить чайник.
– А я полотенце принесу, а то окатил тебя по-дружески, со всей дури, – Алексей отправился в ванную.
В это время Маар подвинулась ближе к Виктору, взяла его за руку левой рукой и накрыла сверху правой, ласково посмотрела ему в глаза. Прикосновение ее было мягким и теплым. Ладонь Виктора, соприкасавшаяся с ее ладонью, стала нагреваться, как будто он зимой пришел с улицы сильно замерзшим и стал греть руки о горячую батарею. Сначала в кончиках пальцев забегали иголочки, затем легкое покалывание распространилось по всей руке, после чего тепло добралось до головы, и в его мозгу прояснилось окончательно. Виктору сразу стало хорошо и спокойно. Он с благодарностью посмотрел на Маар, а она улыбнулась ему кончиками губ и убрала руки.
«Бедняга, – подумала она, гладя на толстоватого добродушного увальня. – Для него это действительно перебор. А ведь это мое задание, не их. Зря, наверное, рассказываю. Может, затуманить им мозги и превратить все в сон? Только смогу ли я справиться без них, если я даже своим верить не могу? Что же делать?». Опять вопросы и сомнения, которые разрешились буквально через минуту.
Глава 2. Научные факты и доказательства
Алексей принес Виктору полотенце, которым тот обтер лицо. Иван в это время налил всем в кружки с заваркой вскипевшую воду, поставил на стол тарелку с печеньем. Виктор отхлебнул горячего чая и весело захрустел печенюшкой. Лицо у него порозовело, глаза заблестели. Все успокоились, убедившись, что с ним все хорошо, и тоже стали осторожно отхлебывать горячий чай из кружек.
– Все нормально, Марин. Ты не переживай, мы от помощи тебе не отказываемся. Ты расскажи все, что нужно. Нам очень интересно, хотя и необычно, – Алексей как всегда заговорил первым. – Тем более, гораздо проще искать то, о чем имеешь правильное представление.
За окном садилось солнышко, в форточку задувал теплый летний ветерок. Все сидели за столом и как обычная семья пили чай. В общем, идиллия, да и только. Даже черный кот Васька вылез из своей спальни, потягиваясь и зевая, чтобы посмотреть, что такое происходит у него на кухне. Конечно, он услышал, что там гремят посудой, и что-то съедобное захрустело у людей во рту. Он некоторое время терся о ноги хозяина, изображая порядочного кота, затем сделал вокруг него пару кругов. Видя, что тот не обращает на него никакого внимания, решил взять все в свои «руки». Кот встал на задние лапы, оперся передней о хозяйское колено, а другой лапой потянулся и выпустил когти, стараясь достать до хозяйской руки, в которой Виктор держал печенюшку.
Почувствовав неприятный укол кошачьих когтей, тот дернул рукой и уронил сладость на пол к большущей радости кота, который вальяжно подошел к ней, понюхал, сморщил нос и разочарованно попятился назад от упавшей еды. Затем уселся на пол спиной к хозяину, что означало: «Не ем я эту ерунду, положите мне нормальной еды из моих пакетиков».
Словно услышав его мысли, незнакомая девица насыпала ему в миску любимого корма «КисКис» с курочкой. «Спасибо что ли сказать ей потом? – подумал Васька, пробуя корм на зуб, и тут же, – да чего ее благодарить, все равно не поймет». «А ты просто мяукни», – услышал он в своей голове. От неожиданности Васька оторвал голову от миски, ошалело оглянулся на гостей, повел ушами по сторонам, продолжая пялиться на сидящих за столом. Но ничего удивительного не увидел. Все хрустят какой-то несъедобной фигней, из кружек прихлебывают и молчат. «Да нет, показалось, не может такого быть», – успокоился он и снова уткнулся в миску с едой.
