142

Уже был воздух снова молчалив.

«Вот жесткая узда, — сказал Вергилий, —

Чтобы греховный сдерживать порыв.

145

Но вас влечет наживка, без усилий

На удочку вас ловит супостат,

И проку нет в поводьях и вабиле.^*

148

Вкруг вас, взывая, небеса кружат,

Где все, что зримо, — вечно и прекрасно,

А вы на землю устремили взгляд;

151

И вас карает тот, кому все ясно».

Песнь пятнадцатая

Круг второй (окончание) — Круг третий — Гневные

1

Какую долю, дневный путь свершая,

Когда к исходу близок третий час,

Являет сфера, как дитя, живая,

4

Такую долю и теперь как раз

Осталось солнцу опуститься косо;^*

Там вечер был, и полночь здесь у нас.^*

7

Лучи нам били в середину носа,

Затем что мы к закатной стороне

Держали путь по выступу утеса,

10

Как вдруг я ощутил, что в очи мне

Ударил новый блеск, струясь продольно,

И удивился этой новизне.

13

Тогда ладони я поднес невольно

К моим бровям, держа их козырьком,

Чтобы от света не было так больно.

16

Как от воды иль зеркала углом

Отходит луч в противном направленье,

Причем с паденьем сходствует подъем,

19

И от отвеса, в равном отдаленье,

Уклон такой же точно он дает,

Что подтверждается при наблюденьи,

22

Так мне казалось, что в лицо мне бьет

Сиянье отражаемого света,

И взор мой сделал быстрый поворот.

25

«Скажи, отец возлюбленный, что это

Так неотступно мне в глаза разит,

Все надвигаясь?» — я спросил поэта.

28

«Не диво, что тебя еще слепит

Семья небес,^* — сказал он. — К нам, в сиянье,

Идет посол — сказать, что путь открыт.

31

Но скоро в тяжком для тебя сверканье

Твои глаза отраду обретут,

Насколько услаждаться в состоянье».

34

Когда мы подошли: «Ступени тут, —

Сказал, ликуя, вестник благодати, —

И здесь подъем гораздо меньше крут».

37

Уже мы подымались, и «Bead

Misericordes!»^* пелось нам вослед

И «Радуйся, громящий вражьи рати!»

40

Мы шли все выше, я и мой поэт,

Совсем одни; и я хотел, шагая,

Услышать наставительный ответ;

43

И так ему промолвил, вопрошая:

«Что тот слепой романец разумел,

О «доступе другим» упоминая?»

46

И вождь: «Познав, какой грозит удел

Позарившимся на чужие крохи,

Он вас от слез предостеречь хотел.

49

Богатства, вас влекущие, тем плохи,

Что, чем вас больше, тем скуднее часть,

И зависть мехом раздувает вздохи.

52

А если бы вы устремляли страсть

К верховной сфере,^* беспокойство ваше

Должно бы неминуемо отпасть.

55

Ведь там — чем больше говорящих «наше»,

Тем большей долей каждый наделен,

И тем любовь горит светлей и краше».

p58

«Теперь я даже меньше утолен, —

Ответил я ему, — чем был сначала,

И большими сомненьями смущен.