— Я же обещала, что не поеду.

Он сделал медленный, почти осторожный шаг ко мне.

— И всё равно можешь меня винить за то, что я этого боялся?

— Нет, — призналась я и медленно выдохнула. — Как ты узнал, что я здесь?

— Захотел быть там, где ты, — просто сказал он, будто перешёл из одной комнаты в другую. — И… пожелал оказаться рядом.

— Вот это да, — пробормотала я. — Даже не знала, что мы так умеем.

Лёгкая улыбка тронула его губы. Без ямочки.

— Уверен, есть много вещей, о которых мы пока не догадываемся.

— Наверное, ты прав. — Я вспомнила о его обращении. — Всё ещё не верю, что ты смог обернуться раньше меня.

— Знаешь почему?

Я вздохнула, пытаясь собрать разрозненные знания.

— Первородные боги могут менять облик почти сразу после Вознесения, а вот Древние — а мы, как деминийские Первородные, ближе именно к ним — иногда ждут месяцами, годами, даже веками. Ты не должен был обратиться так скоро. Это же не значит, что у тебя больше эфира только потому, что ты атлантианин.

— Как я уже говорил, я просто особенный.

Я рассмеялась:

— Эй, не забирай мою реплику.

Он резко вдохнул и уставился на меня.

— Что? — удивилась я.

— Твой смех, — его взгляд скользнул по моему лицу. — Каждый раз он творит с моей грудью… что-то.

— Что-то хорошее? — прошептала я, чувствуя, как и у меня в груди начинает твориться что-то странное.

— Ты знаешь ответ. — Он наклонил голову. — Можно попросить об одолжении?

Я кивнула.

— Отойди от края.

Брови взлетели.

— Беспокоишься, что я случайно снова… — Я осеклась и поморщилась.

— У тебя ведь нет причины для этого, верно? Так что я не об этом думаю, — спокойно ответил он. — Просто не люблю видеть тебя так близко к обрыву.

— Если я упаду, не умру.

— Но приятного будет мало.

— Не знаю, — я вновь повернулась к краю. — Думаю, просто… приземлилась бы на ноги.

— Давай не будем это проверять, — тихо сказал Кастил. Его запах окутал меня, подсказывая, что он подошёл ближе.

Я и не собиралась пробовать. Но, озвучив мысль, вдруг почти увидела это — прыжок по собственной воле. Сердце сорвалось в бешеный ритм, и я заставила себя сделать шаг назад.

Птицы щебетали в ликующих переливах, а между нами повисла тишина. Я ощущала тепло его тела прямо за своей спиной — он стоял так близко. Хотелось повернуться к нему, но я не двигалась.

Кастил почти не прикасался ко мне после Айронспайра. Не разбудил, когда вернулся ночью, и утром его уже не было в постели — а обычно его приходилось уговаривать покинуть постель, если там была я. Даже сейчас он не касался меня, а ведь обычно его рука всегда где-то лежала на мне. Это было непривычно.

Следующий вдох получился прерывистым, и затянувшееся молчание не помогало. Я судорожно искала, о чём заговорить, и, к счастью, нашла:

— Как прошёл разговор с Маликом?

— Как если бы он говорил мне не ехать в Пенсдёрт, думая, что там будешь ты, — ответил Кастил. — Но он остаётся.

Невысказанное пока повисло в воздухе.

Я провела кончиком клыка по нижней губе.

— Если выяснится, что Миллисент там, это вовсе не значит, что она по своей воле.

— Знаю. — Он помолчал. — Но если мы узнаем, что она там, Малика уже не удержать.

Я оглянулась, наши взгляды на миг встретились.

— Ты всё равно попытаешься его остановить?

— Нет, — признался он после паузы. — Не смог бы.

Это было неправдой.

Кастил вполне мог бы остановить Малика. То, что он сумел силой воли оказаться рядом со мной, не зная, куда его приведёт желание, само по себе было доказательством. Но ему и так непросто приказывать брату делать то, чего он сам не сделал бы.

— Так вот где это произошло, — сказал Кастил, вырывая меня из мыслей. — Логично, что ты захотела увидеть это место.

— Логично?

— Ага. — Он сдвинулся ближе, его плечо слегка коснулось моего.

— Я… — глупые слова снова поднялись, но я не стала их глушить. — Я думала, что, придя сюда, что-то почувствую.

— Что именно? — после паузы спросил он.

— Не знаю. — Я прищурилась, глядя в густые серые облака. — Грусть? Злость?

— И ничего из этого?

Я покачала головой. — Наверное, должна радоваться, что нет.

— Ты должна чувствовать только то, что чувствуешь, — произнёс он, и я украдкой посмотрела на него. Он стоял рядом, плечо к плечу, глядя на озеро и вязы внизу. — Главное — позволять себе чувствовать.

— Я и позволяю.

Он глубоко вдохнул, и его плечи поднялись. — Нет, не позволяешь.

Я отрицательно качнула головой и отвернулась. — Ошибаешься.

— Докажи, что я ошибаюсь.

Вглядываясь в облака, я пыталась подобрать слова. — Сейчас я ничего не чувствую. Просто… онемение. Но… — я скрестила руки. — Я знала, где Исбет прятала Звезду.

Кас молчал, и я продолжила: — Она была в Хранилище Уэйфэра. Я вспомнила только вчера. Там же куча монет и драгоценностей. Хватит, чтобы сделать жизнь людей здесь лучше, — добавила я. — Надо их использовать. Все.

— А Звезда? — спросил Кастил, будто я не упомянула несметные богатства.

Я тяжело выдохнула и отступила. — Когда держала её, ничего не почувствовала.

— Думала, почувствуешь?

— Разве не должна была? — я провела ладонями по рукам. — Если моя душа сотни лет была в ней.

Кастил не ответил, и что тут скажешь?

Я повернулась к нему, взгляд упал на золотую цепь на его шее.

— Я уничтожила алмаз. Настолько была зла, — сказала я. — Не потому что что-то ощутила, держа его, а потому что я…

— Потому что что? — тихо спросил он.

Что-то подобное не может быть в порядке.

Я закрыла глаза. — Потому что я этого не выбирала.

— Поппи, — хрипло выдохнул он. На миг сквозь его щиты прорвалось то, что он чувствовал. Волна ярости и горя обрушилась на меня — сырая, тяжелая, почти ломавшая грудь.

Я не хотела, чтобы он это чувствовал.

Он сделал шаг ко мне, и знакомое покалывание пробежало по коже. Инстинкт «бей или беги» вспыхнул: я переместила вес с ноги на ногу. Хотелось бежать. Я, которая почти никогда не выбирала бегство — разве что, если речь о змеях. Это раздражало.

Кастил остановился, его лицо стало резким, почти хищным, глаза впились в мои. Я вдруг поняла, что сама отступила.

Я сглотнула пересохшим горлом. Надо было что-то сказать, но внезапное ощущение дракона где-то неподалёку пронзило меня. Я обернулась к городу и вскинула взгляд вверх.

— Дракон приближается.

— Мне плевать.

— Должно быть не плевать. Раз дракон летит сюда, значит, есть причина. — Чувствуя, что это Ривер, я снова повернулась к нему. — И ты это знаешь.

— То, что ты его чувствуешь, не значит, что он… — он осёкся, когда над Садовым районом скользнула огромная крылатая тень, направляясь прямо к нам.

Я вскинула бровь. — Ты что-то говорил?

Его ноздри дрогнули.

Из облаков вырвался Ривер: его пурпурно-чёрная чешуя сверкала в рассеянном свете, крылья раскинулись, когда он снижался, приземляясь за группой вязов.

— Почему он сел там, а не на лугу? — спросила я.

— Это же Ривер, — проворчал Кастил. — Кто вообще может объяснить его поступки?

Я фыркнула, разворачиваясь к деревьям, благодарнее Риверу быть не могла — и вскрикнула, когда Кастил вдруг возник прямо передо мной.

— Боги! — взвизгнула я. — Зачем ты всегда так пугаешь?

Он усмехнулся.

Я закатила глаза и шагнула мимо него, но его рука мгновенно перехватила мою. Голова резко повернулась, когда по венам вспыхнул эфир. Он это почувствовал — в зрачках Кастила сверкнула серебристая искра.

Кастил рассмеялся. Не тем тёмным, опасным смехом и не своим томным, а глубоким и по-настоящему весёлым.

Я откинула голову назад.

— Что смешного?

— Когда я остановил тебя, ты посмотрела на меня так, будто через секунду ударишь или пырнёшь кинжалом. — Ямочка, которую я безуспешно искала со вчерашнего дня, наконец мелькнула на его правой щеке.