— Мы уже обсуждали это, Франческа. Я не смотрел и не целовал – не говоря уже о том, чтобы трахаться – с другой женщиной с тех пор, как мы встретились.

— Это было больше семи месяцев назад.

Челюсть Маттео сжалась, когда он сделал еще один шаг вокруг кровати, чтобы добраться до меня. Я сделала то же самое, сохраняя между нами равное расстояние.

— Ты лжешь.

— Я же сказал, что никогда не буду лгать тебе, Франческа. Я сдержал свое обещание.

— Я тебе не верю.

— И я не собираюсь менять свое мнение. А теперь назови мне имя этого ублюдка, или я сам вырву его у тебя изо рта.

Маттео обогнул последний угол кровати, теперь стоя в паре футов передо мной, и между нами ничего не было. Я отреагировала инстинктивно, запрыгнув на кровать, чтобы перебраться на другую сторону.

На полпути он схватил меня за лодыжку и повалил на матрас. Затем он прижал меня к кровати.

— Мне нужно имя.

— Нет.

— Франческа...

— Нет!

— Если ты не назовешь мне его имя в ближайшие тридцать секунд, я снова надену на тебя наручники и буду мучить тебя всю гребаную ночь. На этот раз никто не придет.

— Маттео.

— Ты думаешь, что можешь играть со мной и не быть наказанной? Мы оба знаем, что я могу продержаться дольше тебя, так что не мучай себя. Я могу делать это весь гребаный месяц, если ты не дашь мне то, что я хочу.

— Почему тебя это волнует?

— Потому что ты моя. Ты стала моей с тех пор, как положила руки мне на плечи в своём кабинете. А потом ты была повсюду в Вегасе. Когда ты надела мне на палец кольцо и поклялась быть моей навсегда. Когда ты кончила мне на лицо и руку сорок шесть раз за последние две недели. Ты стала моей, Франческа. А я был твоим с тех пор, как ты схватила меня за шиворот в своем офисе семь месяцев назад. В этом нет никаких гребаных сомнений. — Он тяжело дышал, и у меня между ног всё сжалось. — Теперь назови мне его гребаное имя.

Я тяжело вздохнула и толкнула его в грудь, хотя он даже не вздрогнул. Я пробормотала: — Нет никакого Кайла. Я его выдумала.

Медленная улыбка тронула уголки его рта. — Спасибо, детка.

Я усмехнулась. — Ты знал?

— Тебе следовало выбрать имя получше.

— Ты болен!

Его рука скользнула мне под юбку, обхватив меня поверх промокших трусиков.

— Мы оба знаем, что тебе нравятся небольшие ролевые игры, малышка.

Я застонала, все еще немного взвинченная, когда он поцеловал меня в шею.

— У тебя действительно ни с кем больше не было отношений с августа?

— Ты единственная, кого я хочу.

Мои руки легли по бокам его лица, притягивая его ниже, чтобы прошептать ему в губы: — Я тоже.

Мы оба застонали в поцелуе от желания. Мгновение спустя мои руки обвились вокруг его шеи, удерживая, когда он притянул меня к себе и зажал между своим телом и матрасом.

Я ухмыльнулась ему в губы. — Ты дрочил на меня?

Маттео провел языком по зубам. — Я не хотел проявить неуважение. Но после Вегаса я вроде как потерял самообладание. Особенно когда твои трусики были в моем распоряжении.

Я прикусила его нижнюю губу. — Ты правда дрочил на мои трусики?

Маттео зарычал, собираясь приподняться, но я потянула его обратно вниз.

— Сколько раз? — Когда его глаза потемнели, я не смогла удержаться от смешка. — Надеюсь, ты их постирал.

Он перевернул меня на спину и шлепнул по заднице.

— Ай! За что это было?

— За то, что заставила меня ждать семь месяцев эту киску.

— Пять месяцев. Я заставила тебя кончить в Вегасе. И сколько это было? Сорок шесть раз с прошлой недели?

Еще одна пощечина.

— Ммм. В штаны. Я, блядь, взрослый мужик, Франческа. Не думай, что я тоже забыл об этом трюке.

— Я Богиня. Ты хоть представляешь, как тебе повезло, что ты вообще прикасаешься ко мне?

Маттео некоторое время наблюдал за мной, проводя языком по своим идеальным зубам.

Еще один шлепок, на этот раз между ног.

Я ахнула, моя задница выгнулась навстречу ему.

— Тебе, блядь, это нравится, да?

Он без колебаний ввел в меня один большой палец. Я ахнула, небольшая дрожь пробежала по мне, когда он скользнул внутрь.

— Посмотри на себя, Донна. Ты такая чертовски мокрая, что вся в смазке, и она стекает по твоим бёдрам и простыням… Ты, блядь, умираешь из-за этого члена, не так ли?

Его другая рука опустилась вниз, чтобы покрутить мой клитор между пальцами. Я уронила лицо на матрас, чувствуя, как оргазм сотрясает меня с такой силой, что я чуть не потеряла сознание.

Затем головка его члена стала тереться вверх и вниз по моей щели. Мои глаза закатились от желания.

— Я думаю, сейчас самое время трахнуть эту киску, верно, детка?

— Да, папочка.

— Ммм. Я так и думал.

Я лежала на животе на кровати, а Маттео накрывал все мое тело, его руки обнимали меня, когда мы, наконец, пересекли черту.

Головка его члена скользнула внутрь меня, заставив меня прикусить губу, когда я вспомнила, когда он делал это в последний раз. Но на этот раз он не остановился. Маттео опустил бедра еще ниже, и мой рот приоткрылся, когда я почувствовала, как его толстая длина толкается все глубже и глубже в меня.

Я почувствовала, как он достиг барьера внутри меня. Но он не остановился.

Я хватала ртом воздух, когда почувствовала, как он проталкивается внутрь и входит глубже.

На мгновение показалось, что этому никогда не будет конца.

Мужской звук одобрения заурчал в его груди, когда он, наконец, вошел до конца.

Мое тело затрепетало рядом с ним, поэтому он крепче обнял меня и наклонился, чтобы поцеловать через плечо. Его рот был мягким и успокаивающим, ему удавалось успокоить меня во всем. Я была такой мокрой, мои бедра и простыни под нами насквозь промокли.

Когда дрожь прекратилась, Маттео полностью вышел, затем снова погрузился в меня. Всхлип за всхлипом покидали меня, переполненные удовольствием и эйфорией.

Я чувствовала, как кровь пульсирует в моих венах. Как каждый дюйм моей кожи покрывается мурашками. Я ощущала шелк простыней в своей душе.

Маттео поддерживал меня все это время, его мускулистые руки удерживали меня. Я так сильно нуждалась в нем, что была в отчаянии. Но я изо всех сил старался принять его, не потому, что это причиняло боль, а потому, что мои чувства переполняли меня.

Его рука запустилась в мои волосы, сжимая их у корней, и заставила меня посмотреть на него.

— Я думал, ты не ханжа, Франческа. Давай, трахни меня в ответ.

Я хотела. Так сильно.

Но я не могла. Всего было слишком много.

— Или это слишком много для тебя? Только не говори мне, что ты не можешь этого вынести. У меня еще есть пара дюймов, которые я могу тебе дать, когда подготовлю тебя.

— Слишком… Большой... — Пробормотала я, немного в бреду.

— Тебя никогда не трахал такой большой член, как этот, правда, детка?

Он схватил меня за руку и завел ее мне за спину, заставляя меня оглянуться. Он оставался рядом, но смотрел между нашими телами, пока погружался в меня.

— Ммм. Я так и думал. Толщиной с твое запястье.

Мои глаза закатились к затылку. — О, мой Бог.

— Нет, — поправил он меня. — О, мой Маттео.

Когда он ослабил хватку в моих волосах, я снова уткнулась лицом в простыни.

Поэтому вместо этого он схватил меня за горло и снова оттащил назад.

— Скажи это. Скажи мне, кто тебя трахает.

— Ты.

— Как меня зовут, детка? Хм?

— Маттео.

— А я что делаю?

— Маттео трахает меня.

— Еще раз, — приказал он, продвигаясь еще на дюйм глубже.

— Маттео трахает меня.

— Снова, — прорычал он, преодолевая очередную преграду и достигая моего предела.

— Маттео трахает меня! — Я закричала, увидев звезды. Слова вылетели из меня, как молитва, как только он перестал двигаться внутри меня, позволив мне содрогнуться от его мощной длины. Он был так глубоко внутри меня, что я задыхалась. Но это было самое лучшее чувство, которое я когда-либо испытывал в своей жизни.