Сейчас или никогда. Рис глубоко вдохнул и крепче сжал рукоять пистолета внутри рюкзака. Сбегая по лестнице, он услышал звук открывающейся сдвижной двери. Лиз явно видела его в зеркало заднего вида и нажала кнопку на панели. Загорелись стоп-сигналы — она уже включила передачу и была готова рвать с места. Он незаметно осматривал парковку, шагая вдоль минивэна. Колено всё еще ныло после прыжка на гравий, но он был уверен, что сможет бежать, если потребуется. Поравнявшись с машиной, он ухватился за поручень и забросил себя на заднее сиденье. Вэн дернулся вперед, едва его ноги оторвались от асфальта, и Лиз помчалась к выезду.

Рис выхватил «Глок» из рюкзака, пока дверь закрывалась, контролируя обстановку. Лиз проскочила под эстакадой метро на 20-ю Западную улицу, резко повернула налево и поддала газу, выходя на шоссе Хайалиа. Если бы федералы хотели их остановить, они бы уже это сделали. Она глянула в зеркало поверх своих авиаторов.

— Ты как, бубба?

Рис облегченно выдохнул.

— Теперь лучше. Спасибо, что забрала. Где взяла колеса?

— У частных терминалов почти всегда есть машины или вэны напрокат для клиентов. Они столько заколачивают на топливе, что на изнанку вывернутся, лишь бы ты был доволен. Ты уже успел разбить грузовик своего друга?

— Успел. Расскажу в воздухе. Тут люди водят как конченые.

— Ты уничтожил две отличные тачки за двадцать четыре часа. Тебе скоро перестанут что-либо одалживать.

Они ехали на восток вдоль путей Metrorail; стало ясно, что они возвращаются тем же путем, по которому Рис только что ехал на поезде.

— Ни слова, Рис. Я в этом городе впервые в жизни.

— Я молчу, Лиз. Делай что должна.

Они повернули налево на 8-ю Восточную авеню, и район стал чисто жилым. Рис подумал, что если ему придется покинуть машину, этот лабиринт из домов, заборов и крошечных двориков станет кошмаром для преследователей, если только у них не будет вертолета. Он отметил про себя, когда они пересекали небольшой канал — явно прорытый, когда осушали землю под застройку. По мере приближения к аэропорту пейзаж становился всё более индустриальным. Путь пролегал мимо складов, строительных баз и авторемонтных мастерских. Рис был почти уверен, что видел сцену перестрелки в старом эпизоде «Полиции Майами», снятую именно в этих краях.

— В новостях про меня уже что-то есть? — спросил он.

— Пока тихо. Я думала, уже вовсю будут трубить. Пока говорят, что нападение на адмирала — это либо теракт, либо конфликт на рабочем месте, смотря какой канал включить.

— Они знают. Им достаточно поговорить с женой Тедеско, и пазл сложится. Наверное, просто выжидают, координируют действия, прежде чем выдавать инфу в СМИ.

Над ними на посадку заходил частный джет, когда Лиз проезжала перекресток на север. Свет сменился на желтый, когда она пересекала стоп-линию, и она прибавила газу, чтобы не застрять. Словно в замедленной съемке, светофор над ними вспыхнул красным как раз в тот момент, когда справа у черты стоял бело-зеленый Dodge Charger полиции округа Майами-Дейд. Патрульная машина повернула направо и резко ускорилась, пристраиваясь им в хвост.

ГЛАВА 61

— Вот дерьмо, Рис. Прости.

«Чарджер» висел в нескольких футах за задним бампером минивэна в течение десяти мучительных секунд.

— Может, он нас не остановит? — с надеждой в голосе спросила Лиз.

В этот момент вспыхнула красно-синяя «люстра», и короткий, резкий вой сирены заставил Лиз подпрыгнуть в кресле. Она глянула в зеркало, включила поворотник и прижалась к обочине.

— Ни слова, Рис. И, пожалуйста, не стреляй в него, — сказала Лиз, вспомнив своего деда.

— Принял.

Рис смотрел прямо перед собой. Он сунул «Глок» под правое бедро, а руки положил на колени так, чтобы их было хорошо видно. Лиз перевела рычаг в режим парковки и сняла кепку с эмблемой Университета Алабамы. Она быстро стянула резинку с хвоста и тряхнула головой, распуская волосы. Правой рукой она поправила майку, обнажая ложбинку на груди настолько, насколько это было прилично, и нацепила свою самую соблазнительную улыбку.

Подошедший к окну офицер был молод, подтянут, латиноамериканской внешности, в безупречно отглаженной форме. Лиз подумала, что он похож на героя мыльных опер, что только облегчило её игру. Она сняла свои «Рэй-бэны», чтобы он мог рассмотреть её голубые глаза. Когда она заговорила, её густой южный акцент стал еще более выраженным — теперь она звучала как героиня «Унесенных ветром».

— Мне так жаль, офицер. Свет сменился так внезапно, я просто растерялась.

Несмотря на всю серьезность ситуации, Рис чуть не расхохотался.

— Ваши права, техпаспорт и страховку, пожалуйста, мэм.

— Да, сэр, конечно.

Она достала права из маленькой сумочки на пассажирском сиденье и открыла бардачок в поисках остальных документов. Когда Рис заметил, что взгляд офицера переместился на фигуру Лиз вместо того, чтобы следить за её руками, он окончательно убедился: её спектакль дает плоды.

— Это подменная машина из аэропорта, так что, надеюсь, все бумаги на месте.

К её облегчению, в бардачке обнаружилась пачка документов. Она перебрала их на коленях и быстро нашла регистрационный лист штата Флорида и карточку страховки. Положив права сверху, она протянула стопку офицеру, лицо которого оставалось бесстрастным.

— Простите еще раз, я пилот, мне нужно было забрать клиента в Майами-Лейкс. Я плохо знаю этот район и пыталась делать слишком много дел сразу.

Офицер бросил взгляд на Риса на заднем сиденье и задержал его на несколько секунд, явно оценивая пассажира. Несмотря на свой неопрятный вид, Рис изобразил максимально доброжелательную мину.

— Я сейчас вернусь, мэм.

Офицер отошел к патрульной машине. Рис предположил, что сейчас он пробьет по базе и Лиз, и минивэн. Скоро станет ясно, объявлен ли Рис в общенациональный розыск и связал ли его кто-нибудь из правоохранительных органов с Лиз Райли.

«Мне не хочется убивать этого бедолагу, но надежда — плохой план. Если будет хоть намек на то, что он нас раскусил, придется вывести из строя его самого, машину и рацию, а потом гнать на восток к марине. Угнать катер и уходить в море. Давай, офицер, думай членом».

Рис переводил взгляд с часов на зеркало заднего вида, отсчитывая минуты и высматривая признаки того, что полицейский вызывает подкрепление по рации. Прошло четыре минуты, прежде чем дверь патрульной машины открылась. Рис внимательно следил за языком тела офицера. В правой руке тот держал металлический планшет с бланками штрафов, а не пистолет; левая рука спокойно висела вдоль туловища. В его походке читалась уверенность, а не страх. Любой здравомыслящий человек, приближаясь к тому, кого считает вооруженным и опасным внутренним террористом, действовал бы куда осторожнее или вовсе вызвал бы спецназ, не выходя из машины.

Офицер опер планшет о край окна, так что Лиз могла его видеть.

— Мэм, я выписал вам предупреждение за невыполнение требований дорожных знаков. Это могло стоить вам двести четыре доллара и три штрафных балла в права. Если вы пилот, вам стоит быть внимательнее. Пожалуйста, подпишите в нижней строке.

Лиз наклонилась вперед, чтобы расписаться, стараясь обеспечить офицеру максимально выгодный обзор своего декольте. Это сработало — на Риса он не обратил ровным счетом никакого внимания.

— Это так любезно с вашей стороны, офицер. Спасибо огромное, что не выписали штраф.

— Не за что, мэм. Хорошего дня и будьте осторожнее. Ваша копия. Если остановлю вас снова, придется выписать штраф по полной.

— Да, сэр, обещаю, этого не случится.

Офицер наконец улыбнулся и кивнул Лиз.

— Удачного полета, мисс Райли.

— Обязательно, спасибо вам большое.

Офицер почти покраснел, разворачиваясь, чтобы идти к своей машине. Дойдя до задней части минивэна, он вдруг резко остановился, замер и снова повернулся к окну. Рис непроизвольно напряг правую руку и глубоко вздохнул, усмиряя бешено колотящееся сердце. Полицейский наклонился, заглядывая прямо в лицо Рису.