Она не договорила, но смысл был ясен.

— Один боец, даже D+ ранга, как я, не вытащит всю войну, — продолжила она серьёзнее. — Мне нужна поддержка. Контроль территории и кто-то, кто прикроет спину, пока я заряжаюсь для полноценной атаки. Кто-то, кто добьёт то, что я не смогу достать.

Она обвела нас взглядом.

— Без вас — никуда, голубчики. Так что не обесценивайте себя.

Митяй хотел что-то ответить, но в этот момент земля содрогнулась.

Резко, сильно — так, что некоторые из нас едва удержались на ногах.

На месте, где раньше стоял Генерал, ритуальный круг вспыхнул в последний раз и погас. Багровое свечение, переливающееся всё это время, исчезло.

А потом в небо ударил столб света.

Чистый, белый и ослепительный.

Энергия, которую демоны качали через эту точку, высвободилась и очистилась. Столб поднимался всё выше, пронзая багровые тучи, соединяясь с чем-то там, наверху.

— Узел разрушен, — прошептал Рачок, глядя на показания монокля. — Энергия… перенаправлена. Поток изменился.

Я посмотрел на горизонт.

И увидел то, что заставило меня улыбнуться.

На севере — ещё один столб. Красный, яростный, как застывшая молния.

На юге — зелёный, мерцающий живым светом.

На востоке — золотой, величественный и тёплый.

На западе — серебристый, холодный и острый.

Пять столбов света. Пять разрушенных узлов.

— Титаны справились, — я произнёс это вслух, и команда повернулась к горизонту.

— Они… они все… — Каната не могла подобрать слов.

— Да, — Азура выпрямилась, и в её глазах загорелся знакомый огонёк. — Узлы разрушены. Барьер Заа-Кураата ослаблен.

Я чувствовал это. Давление барьера в небе — то самое, которое высасывало жизнь из всего живого — уменьшилось. Не исчезло полностью, но стало заметно слабее.

«Кость Предтечи» взывала в моей сути предвкушением и азартом. Она тянула меня куда-то, к центру города, к месту, где сходились все линии силы.

К главному ублюдку.

— Значит, остался только он, — я повернулся к команде. — Выдвигаемся.

Мы неслись по крышам, перепрыгивая с здания на здание.

Город внизу кишел демонами. Они лезли из каждой щели, из каждого разлома — будто потеря командиров на узловых точках не ослабила их, а наоборот, свела с ума. Твари метались по улицам без цели, нападая на всё живое и друг на друга.

Хаос в чистом виде.

— Не отвлекаемся! — я крикнул команде. — Игнорируем мелочь, держим темп!

Чем ближе мы подбирались к центру, тем страшнее становилось.

Небо над нами буквально разорвалось.

Багровые тучи барьера смешались с чем-то другим — вспышками золотого и чёрного, молниями всех цветов радуги. Там, над самым высоким небоскрёбом города, происходило что-то невообразимое.

Две точки силы сталкивались снова и снова.

Сириус против Заа-Кураата.

Я видел это издалека — и этого хватало с лихвой. Каждое столкновение порождало ударную волну, которая сносила крыши зданий на километры вокруг. Молнии били непрерывно — причем не из туч, а из самого воздуха, словно реальность трещала по швам. Здания внизу при попадании не разрушались — они фактически испарялись или превращались в стекло.

— Какого… хрена… — Митяй остановился на краю крыши, глядя на это зрелище.

Даже он не мог подобрать слов.

— Это не обычный бой, — прошептала Каната. — Это… это…

— Природный катаклизм, — закончил за неё Бастиан. — Они словно стихийное бедствие.

Азура стояла рядом со мной, и впервые за всё время её лицо было абсолютно серьёзным. Никакой игривости, никаких шуток.

— Сириус выкладывается, — произнесла она тихо. — По полной.

Я увидел цель.

На вершине небоскрёба — того самого, вокруг которого бушевала битва — переливалось «Сердце Мира».

Только оно изменилось.

Артефакт больше не сиял чистым золотым светом, как в Башне. Теперь он пульсировал багровым, раздувшийся, как гнойная рана. Чёрные вены оплетали его со всех сторон, уходя в небо и землю. Реальность вокруг него «глючила» — гравитация скакала, камень крошился в пыль, воздух искажался.

«Кость Предтечи» взвыла внутри меня голодным воем.

Артефакт в моей сути резонировал с Сердцем. Я чувствовал потоки энергии — видел их, как светящиеся нити, тянущиеся от Сердца во все стороны. И меня тянуло туда, как магнитомили даже как голодного к еде.

— Макс? — голос Ники донёсся словно сквозь вату. — Ты в порядке?

Я моргнул, возвращаясь в реальность.

— Да. Просто… чувствую его. Сердце… оно зовёт.

Рядом со мной Лера покачнулась. Я подхватил её за локоть.

— Что такое?

— Тяжело… — она прижала руку к груди. — Что-то давит, будто что-то высасывает силы.

Рачок сверился с моноклем.

— Она права. Фоновое излучение от Сердца… оно вампирит энергию. Мы все теряем энергию и здоровье в ускоренном темпе просто находясь рядом.

Я посмотрел на команду. Бастиан тяжело дышал, а Каната побледнела. Даже Зеленюк выглядел вялым — невиданное дело для гоблина.

Только я чувствовал обратное. Чем ближе к Сердцу тем сильнее это ощущал. Чем громче зов — тем яснее была голова.

«Кость Предтечи» — это явно её влияние. Она защищала меня или… использовала.

Мы остановились на краю зоны поражения.

Впереди — последние триста метров до небоскрёба, и эти метры кишели демонами. Тысячи тварей, сплошной ковёр из когтей, клыков и горящих глаз. Портал в Инферно — чёрная-алая воронка у основания здания — работал на полную мощность, выплёвывая легионы.

— Мы не пройдём, — Азура нахмурилась. — Их слишком много. А Сириус…

Она посмотрела наверх. Очередная вспышка озарила небо.

— Он сдаёт, — её голос стал глухим. — Заа-Кураат подключён к Сердцу. У него считай бесконечная батарейка, а Сириус тратит собственные резервы.

— Да ладно! — Митяй всмотрелся вдаль. — Это же Сириус! Папа всех магов! Вон как жарит!

— Нет, — Азура покачала головой. — Его удары слабеют. Интервалы между атаками растут. Ему нужна помощь и прямо сейчас.

Я стиснул зубы.

Впереди бло триста метров и армия демонов до цели, а также время, которое утекало с каждой секундой.

Воздух рядом с нами внезапно сгустился. Он стал плотнее, будто обретая форму. Внезапно контуры человеческой фигуры проступили из ниоткуда, мерцая золотистым светом.

Сириус.

Это был силуэт Сириуса, и он выглядел… плохо. Полупрозрачный и истощённый — мантия была порвана в нескольких местах, на лице следы ожогов, но взгляд оставался стальным.

— Ну пугайтесь, это лишь астральная проекция, — пояснил он, прежде чем кто-то успел спросить. — Полезный трюк, когда тело занято мордобоем с архидемоном.

— Но ты же там, наверху! — выдохнул Митяй. — Как ты…

— Неважно. Слушайте внимательно, времени нет.

Его призрачная рука указала прямо на меня.

— Макс. Азура не зря привела тебя. Та «косточка», которую ты поглотил в данже по пути к Авалону…

Я замер.

— Это фрагмент существа, которое давным давно создавало миры, — продолжил Сириус. — Предтечи. Для всех нас Сердце Мира сейчас — это словно ядерный реактор без защиты. Любой, кто коснётся его, сгорит. Причем мгновенно и без шансов. По крайней мере, на нашем уровне развития. Любой, кроме…

— Кроме меня, — догадался я.

— Кроме тебя, — он кивнул. — Твоя некротика плюс резонанс Предтечи могут инвертировать поток. Заставить Сердце не поглощать энергию, а отдавать.

— То есть я — единственный предохранитель?

— Не совсем — ты как ключ зажигания, — Сириус слабо улыбнулся. — Без тебя мы не остановим ритуал. Заа-Кураат победит, поглотит планету и станет почти богом. Этого нельзя допустить.

Я переваривал информацию.

— И какой план?

— Я выжму из себя всё, — Сириус выпрямился, насколько позволяла проекция. — Устрою «Сверхновую». Это отвлечёт демона — не знаю, насколько меня хватит, но точно не больше пары минут.

— А мы?

— Вы прорываетесь к Алтарю. Положи руку на Сердце и представь, как выворачвиаешь его наизнанку. Что делать с энергией потом — решишь сам.