Из всей компании выбивался один парень — молодой, вихрастый, одетый поверх рубахи в жилетку из овчины мехом наружу. Он, хоть и сидит со всеми, но один трезвый и какой-то взъерошенный. Похоже, это вообще один из местных. И допрашивали как раз его.

— Я же сказал — ворота запереть! И никого до утра не пускать! — зыркнув на Фёдора, процедил здоровяк, обросший костяными шипами.

Похоже, он у них за старшего. Вон и сидит во главе стола. Остальные расположились на лавках по обе стороны от него.

— Ну, это ты зря, уважаемый, — спокойно парировал я, не дав старосте и рта раскрыть. — В такой мороз отказывать путникам в ночлеге… Не по-людски это.

Говорил я на ходу, по-прежнему неспешным шагом приближаясь к их столу. Наконец, встал у торца, прямо напротив мутанта.

— Ты меня учить вздумал, юноша? — прищурившись, недобро усмехнулся главарь.

Насчёт «юноши» он, конечно, зря. Этому телу лет двадцать с небольшим, но выгляжу я сейчас старше, про это мне часто говорят. Не знаю, с чем это связано — с количеством поглощенной эдры и Аспектов, с перенесенными нагрузками или с тем, что сквозь телесную оболочку каким-то образом начинает «просвечивать» мой настоящий возраст.

Впрочем, сколько лет этой серой морде, тоже сказать сложно. Он неф, и возможно, для него и сорокалетние — так, юнцы зелёные.

— Что ж поделать. Учу, раз приходится, — спокойно отозвался я, пожав плечами.

Напряжение в воздухе сгустилось ещё сильнее. Позади меня охнула одна из хозяек, выронившая посуду — что-то глиняное шмякнулось, расколовшись на кучу обломков. Но даже сквозь этот шум я расслышал из-под стола характерные металлические щелчки взводимых курков. Сидели незнакомцы все в тех же позах, но у многих рук не было видно из-под столешницы. Как минимум двое целились мне сейчас в ноги, а тот, что справа, ближе к главе стола, кажется, и вовсе навёл на меня ружьё.

Я примирительно поднял руки перед собой.

— Но кажется, мы не с того начали, господа. Позвольте представиться — князь Богдан Аскольдович Василевский. Особый Экспедиционный корпус Священной дружины.

Можно было бы для пущей важности козырнуть эмблемой, но к походной одежде я её не пристёгивал. Впрочем, и без этого у всех присутствующих лица заметно вытянулись. Сам главарь сидел, не шелохнувшись, только странно дёрнул щекой.

— Не слышал про такого, — буркнул он. — Ни про князя, ни про корпус.

— Значит, давненько не бывали в Томске. Вы-то кто будете? Я слышал, тут говорили про Тегульдет? Не оттуда ли, часом?

Пауза затянулась, все сидящие за столом зыркали то на меня, то на главаря. Даже, кажется, протрезвели немного. Наконец, шипастый еле заметно помотал головой, и все как-то разом расслабились. Но продолжали молчать.

— Может, и оттуда, — нехотя отозвался главарь, не спуская с меня глаз. — А вам-то это зачем… ваше сиятельство?

— Мы как раз туда путь держим. По заданию губернатора.

— Давно пора! — с какой-то странной злобой буркнул один из мужиков, щедро плеснув себе в кружку чего-то мутного из стеклянного бутыля. Следом за ним оживились и остальные — кто-то тоже за выпивкой потянулся, кто-то за закуской. Но на меня поглядывать не переставали.

— Угадал, князь, — тоже, кажется, чуть расслабившись, кивнул главарь. — Мы из гарнизона Тегульдетского острога. А путь у нас обратный — в Томск. В увольнение едем.

— Вот как? — хмыкнул я.

Странно. А Стрельцов в своих донесениях жалуется, что людей ему катастрофически не хватает, кое-как удаётся острог удерживать. А тут — целую дюжину бывалых бойцов отпустил. А то и полторы. За столом сейчас не все, остальные, похоже, уже набрались так, что отправились спать. Двое вон точно храпят на лавках в углу.

Позади хлопнула входная дверь, донеслись тяжелые скрипучие шаги сразу нескольких человек. Я не оборачивался, лишь переключился на пару мгновений на Аспект Ткача и взглянул через Око, закрепленное на спине. Я этому трюку научился уже давно, когда только начал экспериментировать с новым Аспектом, полученным от Албыс. В буквальном смысле завёл глаза на затылке. Очень удобно. С помощью этой штуки можно наблюдать за людьми, которые думают, что ты их не видишь. Это интересно. Я бы даже сказал, познавательно.

Наши. Демьян, с ним Илья, средний из братьев Колывановых, и смуглый угрюмый волчара по имени Ахмад. Видно, они были в той передовой группе, которую я заметил с воздуха. Значит, основной караван тоже уже вот-вот подтянется.

— Это со мной, — небрежно бросил я, потому что мутант с шипастым лицом и сидевший по правую руку от него второй неф снова напряглись и незаметно потянулись к оружию.

Шипастый кивнул и снова повернулся ко мне, окидывая изучающим взглядом.

— Ясно. И что, большой отряд-то у тебя, князь? Нам, похоже, потесниться придётся?

— Ничего, разместимся как-нибудь. Караван у нас большой, всё равно сюда все не влезем. Лагерем встанем рядом. А то, что вы из Тегульдета, очень даже кстати. Говорят, там сейчас неспокойно? Вот и хотелось бы узнать всё из первых рук.

Шипастый, снова нервно дёрнув щекой, покосился на подошедшую троицу волков и изобразил некоторое подобие улыбки.

— Расскажем, отчего ж не рассказать-то. Да вы располагайтесь, в ногах правды нет. Отдохните с дороги.

— Некогда рассиживаться, — проворчал Демьян. — Обоз у ворот, сначала разместиться надо. Темнеет уже.

— Ну, тогда после и поговорим,— хлопнув ладонями по коленям, поднялся со своего места главарь. — Мы пока тоже свои пожитки в одну избу стащим, чтобы вам место освободить. Да и вообще, мы сами недавно с дороги, умаялись. А время позднее…

Вслед за шипастым начали собираться и остальные, суетливо прихватывая со стола початые бутылки спиртного и краюхи хлеба. Вихрастый парень, которого вояки допрашивали перед тем, как я вошёл, под шумок ускользнул с лавки и скрылся где-то за кухней.

Всё это выглядело скорее как бегство. Да и в целом компания была крайне подозрительная. Но я пока не стал на них давить. В конце концов, никуда они с заимки не денутся. Лишь попробовал задать пару вопросов, пока не смылись.

— Ну, а если в двух словах? Вроде как бандиты вас там донимают?

— Хуже, — буркнул второй Одарённый — хмурый коренастый мужик с широкой седой прядью в бороде. — С лиходеями-то разговор короткий — петлю на шею, да до ближайшей сосны. Но Ванька Кречет — не просто бандит. Хитрая сволочь. По всей округе народ баламутит, басни свои плетёт про таёжное братство.

— Угу, — поддакнул заплетающимся языком кто-то из шайки. — И с чулымцами наверняка спелся. Ясное дело — коли сам безбожник, то и с дикарями этими якшается.

— После, после поговорим, — прервал их главарь, протискиваясь мимо стола. — Не отвлекайте его благородие.

Роста он оказался невысокого, ноги необычно короткие, так что фигурой больше напоминал шар. Однако двигался достаточно легко и, подозреваю, силищей обладал необыкновенной.

— Ты только сам-то не представился, — напомнил я. — Буду в остроге — от кого Стрельцову привет передать?

— Передай, передай, — криво усмехнулся он. — От есаула Реброва. И от всего его отряда.

— Ага. То-то он рад будет! — тихо хихикнул кто-то из его людей, думая, что я не услышу.

Демьян хмурым взглядом проводил Реброва и его головорезов и тихо сказал:

— Зачем один вперёд полез? Народец тут разный попадается.

— Да брось. Чего они мне сделают-то? Но ты прав — ребята мутные. Илья?

Колыванов шагнул ближе, вопросительно приподняв рыжую бровь. Лицо у него в такие моменты становилось ещё более похожим на хитрую лисью морду.

— Ты последи за ними, — тихонько, вполголоса, распорядился я. — Только незаметно, как ты умеешь. Может, через Пухляша. И они тут одного местного паренька пытали о чём-то. Патлатый такой, в овчиной жилетке. Узнай, чего хотели.

— Сделаем, — беспечно пожал плечами Илья, уже жуя кусок хлеба, прихваченный со стола.

— Ты сам-то как — здесь хочешь ночевать, или в ковчеге? — спросил Демьян.