Я закатила глаза к потолку и устало вздохнула, понимая, что этот гад, читал мой дневник. Ну, за что мне такое горе?
- Чтобы больше не трогал мои личные вещи, иначе выгоню на улицу как вшивого кота! – пригрозила, а мужчина улыбнулся, и поднял перед собой руки, как бы в знаке поражения. - Как ты вообще его открыл… Он же был на замке! – бросила возмущенно. Чемодан хоть и был старым, но имел замочек, который открыть без ключа просто нереально… ну я так думала. Поэтому то, что его так легко и просто открыл этот парень, меня немного удивило.
- Ловкость рук, - бросил мужчина. – Я ребенок улицы. Приходилось.
- Только не говори, что я вора приютила…
- У хороших и красивых девочек, не ворую… Разве что сердечко, - бросает он шутя. Я уже реагировала на его слова спокойно. Наверно привыкла. Ну, такой человек, что поделать…
- Ложись обратно в кровать, и чтобы больше не покидал её без моего разрешения! – пригрозила строго. – Из-за твоей неусидчивости на бинтах опять кровь… Если разойдутся швы, я больше не буду зашивать твои раны!
- Да всё будет нормально, не волнуйся! – отвечает он, но послушно ложится в кровать. - На мне всё как на собаке заживает…
- Я и не волнуюсь… Не хватало!
- Волнуешься! – настаивает он. – Если бы было плевать, оставила бы в лесу…
- Иногда я жалею о том, что не сделала именно так, - бросила сердито. – Тебя разве не учили, что нельзя лазить по чужим вещам и читать чужие дневники?!
- Мне просто было интересно кто ты такая… Я до сих пор не знаю имени своей спасительницы, - говорит он, протягивая мне свою руку для пожатия. – Я кстати, Рус… А ты?..
Глава 7
- Аня, - ответила, пожав руку мужчины в ответ. Но когда знакомство было скреплено нашим рукопожатием, Рус так и не отпустил мою руку, а только крепче её сжал. – И то, я говорю тебе свое имя лишь потому, что не хочу, чтобы ты опять лазил по моим вещам! В другом случае, я бы не назвалась, потому что без надобности… Ты у меня здесь ненадолго… Я надеюсь, - добавила, попытавшись вырвать свою руку из его захвата, но у меня ничего не получилось.
- Так сильно хочется от меня избавиться?
- После того что ты сказал в лесу… Это не удивительно! Я не хочу, чтобы ко мне пришли и прикончили! – ответила, снова попытавшись выдернуть руку. – Пусти!
Он, конечно, не отпустил, а наоборот сильнее потянул на себя.
- Не прикончат, если не узнают где я… А если ты не хочешь чтобы я снова лазил по твоим вещам, тогда ответь мне на несколько интересующих меня вопросов, - сразу меняет он тему, взглянув на безымянный палец моей руки, которую сжимал в своей огромной ладони. – Я вижу ты не замужем… А парень у тебя есть?
- Это личное и тебя не касается! – фыркнула. – Пусти мою руку! – настояла.
- Пущу, когда ответишь на все мои вопросы… Анютка! – говорит он ласково, заставляя меня скрипнуть зубами от досады. Ведь мужчина всё ближе и ближе подтягивал меня к себе, а ещё играл со мной и дразнил… Какого черта я всё это терплю?
Я злилась на него и была недовольна, но знала, что так просто он меня не отпустит, поэтому решила пойти ему на уступки…
- Нет… Парня у меня нет! А теперь отпускай! – рычу.
- Отлично… Парня нет. Вопрос номер два: ты живешь в этой глуши или в городе? - спокойно спрашивает он, обдавая своим горячим дыханием моё лицо.
А вот это уже перебор…
Сам говорит что опасен, что за него убить могут… А теперь спрашивает такую личную информацию.
Ага… Сейчас! Я так и сказала ему!
Слегка приподняв руку, я упираюсь ею в бок мужчины, и надавливаю на рану… Не сильно, но ощутимо.
Рус рычит от боли и отпускает меня. Я быстро отстраняюсь от него, и поднимаюсь на ноги.
- Может тебе ещё и точный адрес назвать, где я живу? – бросаю язвительно. Но мой пыл тут же остужается, когда вижу как бинт на ране, на которую я только что надавила, начал быстро пропитываться кровью. – Черт! – выругалась и подбежала к мужчине. – Ну, вот видишь, что ты наделал?! – бросила с упреком, взглянув на мужчину. Он выглядел бледным, но удовлетворенно улыбался.
- Теперь придется оставаться у тебя на пару дней дольше, - вдруг говорит он. – А я-то думал, что уже завтра смогу уйти…, - говорит наигранно огорченно, и я одариваю его упрекающим взглядом. Ну что за человек… Всё шутит и шутит.
- Давай договоримся, - предлагаю, убирая бинт с раны, чтобы оценить нанесенный ущерб. К счастью швы не разошлись, только кровь выступила. – Я продолжаю за тобой ухаживать, и не выгоню тебя из своего дома, пока ты не поправишься, но ты держишь руки при себе и слушаешься меня!
- Хорошо, Анютка…
- А ещё ты не называешь меня Анюткой… Я – Аня! – настояла.
- Почему? Анютка мне больше нравится, - говорит он.
- А мне, не нравится! – отрезала, взяв со стола бинты, и приступи накладывать новую повязку. Когда заканчиваю, поднимаю взгляд на мужчину и застаю его за разглядыванием.
- А ты красивая, знаешь? – вдруг говорит, снова вгоняя меня в краску.
- Прекрати…
- Почему? – не понимает он. – Говорю то, что вижу…
- Ты смущаешь меня…
- Значит тоже нравлюсь, если смущаю, - заключает он, заставляя меня устало вздохнуть.
- Давай лучше поедим, - предлагаю, меняя тему. – Бульон остывает… Да и, к бабушке нужно сходить…
Рус согласно кивает, внимательно наблюдая за тем, как я иду к столу и беру тарелку в руки, а затем возвращаюсь к нему… Возвращаюсь и замираю, потому что не понимаю что делать дальше.
- Ну, корми уже, - торопит меня Рус, давая понять, что готов есть с ложечки, с моих рук. Хотя я была почти уверена в том, что он мог есть и сам… Не такой уже и немощный, раз смог поднять мой тяжелейший чемодан на кровать!
Только вот мне его жаль… Да и после нанесенного ущерба, я как-то чувствовала свою вину…
В общем, разместившись на краешке кровати, я начала кормить своего пациента.
Глава 8
Пока я кормила Руса, он ни на минуточку не умолкал, а постоянно говорил о том, как я вкусно готовлю, что ничего более восхитительного, он никогда не ел, что он влюбился в мою стряпню и что хочет, чтобы я готовила для него всегда.
В общем, мужчина вел себя как всегда, не жалея комплиментов и слащавых слов. А ещё он так и продолжил называть меня Анюткой… Что было приятно и одновременно, почему-то бесило. Так меня ещё никто не называл.
С горем пополам мне удалось нормально покормить его. Затем я осмотрела его другие раны, сменила повязки и сделала укол. Антибиотиков у меня хватит на три дня, а потом, я надеялась, что мужчине станет лучше и они ему больше не понадобятся.
После целого часа своего времени, которое мне пришлось уделить мужчине, я ещё раз проведала бабушку и занялась стиркой. К счастью, вода в доме была из скважины, а стиральную машинку я купила бабушке год назад, чтобы облегчить её работу. Правда, чтобы купить эту стиральную машинку мне пришлось взять кредит, но я быстро его погасила, потому что на то время подрабатывала официанткой в кафе и получала стипендию.
Я постирала вещи бабушки, затем занялась одеждой Руслана. Когда мужчина будет уходить, ему придется во что-то одеться, а поскольку у меня не было для него сменной одежды, пришлось привести в порядок то, что имелось.
Перед тем как бросить одежду мужчины в стиральную машину, я проверила его карманы на наличие посторонних предметов, но кроме пачки сигарет и денег, больше ничего там не нашла.
Отстирав вещи от крови, я повесила их на улице за домом, чтобы просушились, затем я планировала зашить ему штаны и вернуть одежду владельцу.
Когда со стиркой было покончено, я убрала в доме и занялась обедом. Время от времени я наведывала бабушку и давала ей необходимые лекарства. Так же забегала и ко второму пациенту… К счастью Рус спал и больше не цеплялся ко мне.
