— Мы берём артефакт, — Хвост радостно выдохнул, поставив сундучок передо мной. — Здесь вся сумма, которую удалось собрать за такой срок — четыреста пятьдесят тысяч и расписка на остаток, который можно будет получить в любом банке Ганзы. Или можем предложить что-то в обмен? Снаряжение, геномы?

— Расписка подойдёт, — ответил я, решив, что уже не хочу вести никаких дел с «Крысоловами», пусть катятся по своему Пути, куда хотят.

Я заглянул в сундук, где плотными рядами-колоннами стояли свёртки монет-векселей, завёрнутых в промасленную бумагу. Развернул один, насчитав там десять монет номиналом в пять тысяч аркоинов. Посмотрел на Хвоста, «Крысоловы» себе на уме, конечно, но подсунуть подделку не должны. Тем не менее я проверил все свёртки, забрал расписку, краем глаза заметив, что там печать не только «Крысоловов», но и Хемстеда. Понятно, значит, уже всё официально.

— Не имей сто рублей, а имей сто друзей, — сказала Оса, когда я забрался на водительское сидение. — Но пол-ляма как-то это нивелируют.

Я вернулся на объездную дорогу, а потом снова вернулся в лес, но уже с другой стороны Хемстеда. Увидел разрушенную ферму, которую ещё не начали восстанавливать. Если, конечно, было кому. По дороге сюда мы видели довольно много строек, и ещё больше грузовиков, курсирующих от лесопилок.

На главный дом претендовать не стали, я загнал «КамАЗ» в сарай, где ещё остались спальные места для «Пчёлок» и место под костёр. Удобств меньше, чем в доме, но и стоит в стороне от дороги, и свалить в случае опасности будет легче. Я отдал Осе все карты, на всякий случай показав сразу несколько возможных проездов к лагерю теперь уже бывших повстанцев. Там мои крестники, там Ульрик — страшно подумать, что с ними могли сделать, если и там власть поменялась.

Стараясь не думать об этом, осмотрел дом и нашёл там не только кусок разбитого зеркала, но и кепку. Наплевал на плохие приметы и побрился, включая виски. Практически дальний родственник Томаса Шелби, кепка, конечно, похуже, но для Хемстеда сойдёт. Козырёк не острый, но у меня другие козыри в рукаве. Они же острохвосты, шакраса я оставил на охране девчонок.

На рассвете я уже пересёк городские ворота. Кивнул двум полусонным охранникам, принявших меня за какого-то бедного работягу, идущего на работу. М-да, лучшая маскировка — это уверенный и приличный вид. Через час я добрался до дома Клода. Улицы постепенно наполнялись такими же утренними «работягами», как и я. Город просыпался, кто-то пока вяло и лениво потягиваясь и позёвывая, а кто-то уже чуть ли не бегом.

Клод, видимо, относился к первому типу. Потому что в дверь мне пришлось долбить почти целую минуту, я уже думал, что придётся распрощаться с легендой и маскировкой, потому соседний дом уже поднялся, а мне всё не открывали. Из окна высунулась заспанная женщина, но кричать не стала, а просто махнула рукой. Подозреваю, что Клода так частенько кто-нибудь разыскивает.

— Свалите в туман, — наконец, раздался приглушённый осипший голос. — Я болею. Миллер в курсе, он подменит меня до конца месяца.

Следом донёсся неслабый такой кашель с надрывом, который вполне мог потянуть на пневмонию. Что же это такое делается-то? Одних союзников жадность увела, пневмония ненароком второго заберёт. Я ещё постучал, совершенно не собираясь сваливать в туман и дальше, куда продолжил посылать меня Клод.

— Да идите вы на… — осёкся изобретатель, узнав меня за дверью. — Ты, что ли?

— Я, что ли, — улыбнулся я. — Пустишь?

— Я заразный, — кашлянул Клод, кашляя себе в локоть.

Вид у него действительно был, как у очень больного человека. Я настолько уже привык к регенерации и иммунитету, что даже и не думал, что на Аркадии кто-то может просто подхватить простуду. А в данном случае, похоже, и сильно её запустить.

— Главное, чтобы живой был, — кивнул я, проталкивая Клода внутрь. — Ты бы хоть проветрил, в подземельях «Древних» воздух чище, чем в твоей каморке.

Клод махнул рукой на замок, мол закрой, развернулся и пошаркал в свою спальню-кухню-мастерскую. Я выглянул за дверь, проверив, что никто за мной не подтянулся и пошёл за Клодом, по пути открыв небольшую форточку.

— Ты хоть лечишься?

— Само пройдёт, — прохрипел Клод.

— Может геном какой-то инициировать, а? Лёгкие как-то прочистить, регенерацию подключить?

— Принял уже, — скривился Клод, борясь с кашлем. — Вот побочка и догнала.

— Боюсь спросить, что за навык ты себе хотел поднять?

— Правильно, бойся и при полной луне вообще ко мне не ходи, — Клод собрался посмеяться собственной шутке, но только опять закашлялся, давясь и кашлем, и слезами. Только где-то через минуту смог опять говорить. — Ты чего хотел-то? Биомонитор опять сломался? Или обновить?

— Да как-то он сам обновился, — ответил я, снимая часы. — Ну и стекло можно заменить, треснуло. Сам посмотри.

На профессиональных качествах Клода его болезнь не сказалась. Он цепко выхватил биомонитор, повертел, разглядывая трещину, проворчал что-то про криворуких пользователей и подсоединил к своему планшету. По экрану побежала расшифровка параметров и замелькали, перелистывая страниц. Клод и дальше что-то бурчал себе под нос, как его палец, вдруг завис над планшетом.

— Как ты это сделал? — он повернул на меня голову, разглядывая так, будто видит в первый раз.

— Говорю же само оно. Ты что-нибудь слышал про «Наследие Древних»? Или хотя бы про Тереховского из Седьмого отдела?

— Да пофиг на них, мне интересно, как они так систему взломали? — возбуждённо сказал Клод, совершенно забыв про кашель, даже хрипеть стал меньше. — Щас, дай мне пару минут.

— Буквально?

— Ну, — задумался местный хакер. — Лучше, конечно, пару часов…

Не дожидаясь ответа, Клод бодро потопал к своим загруженным техникой стеллажам и начал греметь на полках. Что-то одно ему не понравилось, потом другое, потом третье. Наконец, он достал какую-то чёрную коробочку с проводами и довольно крякнул. Не кашлянул, а крякнул и, вернувшись к столу, переподсоединил мой биомонитор к планшету, но уже через переходник. И завис над ним, довольно хихикая и потирая ручки.

Больным — в смысле простуженным он уже не выглядел, но больным — в смысле сумасшедшим вполне.

— Ну что там? — спросил я, стараясь разглядеть, что замелькало на планшете.

Клод вздрогнул, будто вообще забыл, что я здесь стою, и замахал на меня руками.

— Сядь там где-нибудь, дай сосредоточиться, — он показал на загаженный и заваленный мусором диван и, не прочитал на моём лице желания туда садиться. — Или погуляй где-нибудь.

— Ты в курсе, что в городе происходит?

— Не особо, я третью неделю на больничном, — кивнул Клод и попытался кашлянуть, но получилось как-то вяло и наигранно.

— И зачем притворяешься? В отпуск не отпускали, что ли?

— Начальство новое, проверки, суета, — вздохнул Клод. — Лезут все, что-то хотят, а я это не люблю. И когда над душой стоят, сосредоточиться не могу. Правда, иди погуляй. Здесь мастер какой-то поработал, неофициально, но изнутри. И я хочу понять, что именно они сделали, и вычислить, кто именно. Нас таких в UNPA немного.

Я прикинул риски. Потом незаметно выпустил острохвостов, направив их в разные углы комнаты. Так чтобы камеры у меня были с разных углов комнаты. Клоду они не помешают, в таком бардаке он их и с лупой не заметит. В остальном у меня осталось около сорока часов, только по истечению которых меня начнут ловить мои же бывшие союзники. Так что можно и позавтракать, а заодно всё-таки узнать новости.

— Ладно, пару часов у тебя есть, — сказал я.

— Угу, только к полицейскому участку не ходи, — вскинулся Клод, будто вспомнил что-то важное.

— Почему?

— Вчера налёт был, пытались то ли отбить кого-то, то ли наоборот забить, — пожал плечами Клод.

— Откуда информация? Ты же три недели на больничном?

— Это да, но ты не единственный, для кого я заказы выполняю, — Клод довольно улыбнулся, явно намекая, насколько он крутой специалист.